Владимир Андрейченко – Предел везения (страница 39)

– Знакомое ощущение, – Артем вспомнил трагическую ситуацию, когда он впервые столкнулся с «огнивом». – Так что же здесь необычного?

– Этот мостик еще первые сталкеры строили, когда болота образовались. С тех пор ничего в этих местах странного не происходило. А мы к «Правопорядку» шли, нагрузившись разным добром. Думали, сдадим здесь половину добычи и на Пятихатки двинем. Я с мостика спрыгнул на землю и начал руками воду плескать в «огниво». Не сообразил сразу, что ее водой не потушишь, коли она прямо из ручья в небо бить начала. Так проводник «правопорядковцев» меня еле в сторону оттащил. Все не мог мне доказать, что потуги напрасны. А мостик весь сгорел, дотла… Они потом другой построили недалеко.

– А в чем соль-то? – Культя, глядя на улыбающегося Артема, так и не мог понять смысла сказанного.

– Так ведь в том-то и дело, что спрыгнул я с той стороны, куда вода течет… Все руки кипятком ошпарил в запале. Так разволновался, что и не понял сначала этого. А когда успокоился, смотрю – у мужиков глаза на лбы повылазили. Думаю – все, чокнулись парни. Хотел для проформы у виска пальцем покрутить, мол, сдурели все, что ли? Руку поднял, а она на клешню вареного краба похожа, только лохмотья вместо кожи свисают. Чуть в обморок не упал! Ох, и помучился же потом! Но, слава всем богам, обошлось. Правда, мужики без меня на Пятихатки убыли. А я только через месяц смог ложку в незабинтованную руку взять. За лечение, почитай, весь хабар у хозяев оставил. Кожа розовенькая стала такая, как у младенца. Кто прикоснется, так я ржу, как лошадь. Щекотно – ужас. Мне тогда «правопорядковцы» новое погоняло дали – Щекотунчик.

– Ахах! Хорошо, хоть, не Щелкунчик или Щеканчик какой, – Культя в течение еще нескольких минут никак не мог остановить приступ хохота. – Вот же, правда, нарочно не придумаешь!

– Так ведь и я о том же… – Неудачник хмыкнул. – Но это еще не все. Отлечился я у них и попросил через болота на Пятихатки меня проводить. Сами же знаете, там без провожатого и соваться не стоит. Собрались, повели. А идти опять старой тропой пришлось. Смотрю – мостик новый в стороне, прочнее прежнего, а на старом месте все из воды парит. Правда, поменьше уже. «Правопорядковцев» двое было, чтобы в одиночку обратно не возвращаться. Добрались мы с ними до середины мостика, и давай прощаться. Там уже проход виднелся между холмами да старая железнодорожная ветка. Обнялись, как братья какие, друг друга по плечам похлопали и в разные стороны начали расходиться. Только я в последний раз им махнул, из воды под середкой моста как жахнет снова. Я опешил, а у проводников челюсти отвисли, впору рукой только закрывать. И тут меня осенило, что это опять из-за меня случилось. Я быстро к холмам сиганул и за валунами спрятался. Только изредка выглядываю, как там парни, не вышли еще из ступора? А они по другому берегу носятся, кулаками машут в мою сторону и матерятся. Впервые тогда видел ругающихся «правопорядковцев»… Вот с тех пор я больше к ним не совался. Нечего мне там делать. Не хватало еще все болота пожечь на фиг…

– Уха-ха-ха! – Культя от смеха покатился по земле. – Вот же обормот! Нет, Артем, ты слыхал, чё творит, шельмец? Ха-ха-ха! Слушай, Неудачник, так тебя же можно использовать на общее благо! Я придумал! – покалеченная рука дотянулась до глаз и вытерла набежавшие слезы. – С тобой хорошо бороться за свободные земли, пытаясь их отвоевать у мирового океана! Подходишь к берегу, зажариваешь его, глядишь – новая территория для курортного романа… Лишь бунгало останется построить и девок туда пригласить. Ха-ха-ха!

Наконец, веселье завершилось. Только Культя еще иногда по-лошадиному всхрапывал, вспоминая услышанную историю, и качал из стороны в сторону головой. Они с Неудачником собрали оставшиеся от импровизированного стола продукты и начали укладывать их по рюкзакам, тихо переговариваясь между собой.

Артем откинулся на спину, закрыл глаза и задумался.

«Вот, значит, как все обернулось! Олеся жива и здорова. Я из-за нее сломя голову ринулся в Зону, а она… Хотя, в чем же ее вина? Кто же знал, что таким свиным хвостиком завернется жизнь? Кто заставлял меня бездумно, на одном порыве возвращаться туда, откуда я с таким трудом вырвался? А если бы приехал домой, к матери, смог бы работать спокойно? Как прежде – с отдачей и энтузиазмом? Вряд ли. Даже совершенно точно – не смог бы! Потому что решение принимал не столько я, сколько за меня решили Зона или сама Армада. Это, брат, судьба…»

Сталкер – это другое. Это не выбор, это – призвание. Жизненная позиция, карма. А Олеся? Наверное, она по-настоящему влюбилась, если на волне чувств бросилась за дорогим человеком, как в омут с головой. Лишь бы была счастлива. Зона ломает людей. И многих настолько, что никакие теплые отношения никогда больше не заставят их быть ласковыми, любящими и заботливыми по отношению к близким. Не может ли так случиться, что, сделав свой выбор, Олеся останется у разбитого корыта? А Артем от всей души желал ей только счастья, пусть даже с другим, пусть… Главное, что она жива. А он уж постарается сделать так, чтобы она не ведала лишений и бед. И сталкер уже знал, что следует предпринять в дальнейшем.

– Артем, вставай скорее! – встревоженный голос Культи вывел из состояния дремоты. – Уже третий раз слышу, как недалеко машины фырчат. Никак, по наши души облава?

– Я, что ли, опять уснул? Неладно это. По-всему, пора организму дать серьезный отдых. А может быть, старею, а, Лёнь? – натренированное длительной практикой тело пружинисто напряглось и моментально приняло вертикальное положение. – Не раненько ли они спохватились? Да и кому за нами гнаться? В баре, почитай, целыми только очкарик и один из качков остались. Да еще мужики эти двое, что в уголке пили и покалеченных помогали раскладывать. Но они явно протрезвеют не скоро. А больше нас опознать некому. Водитель, правда, еще. Если действительно так, то надо было ему тоже что-нибудь поломать… И откуда звуки слышались?

– Сначала издалека, как раз с той стороны, откуда мы пришли. А потом все ближе, как будто местность прочесывают.

– Та-ак. Включаем твою любимую логику. Сколько раз мы направление меняли?

– Четыре.

– Вот! Ты же тертый сталкер. Рассуди сам – как после такого ломаного маршрута на нас так точно вышли? И это летом, когда следы только с ищейкой найти можно… Стоп! Вот я сам и ответил на свой вопрос, – Артем засуетился и полез в рюкзак, достав из его недр небольшую жестяную банку. – Быстро все ко мне! Ах, как непростительно! Так оплошать! Надо было сразу подумать и принять меры. Теперь поздно каяться, подставляйте ноги – будем натираться. Глядишь, еще успеем оторваться. Э-эх! Сказал же бармен, что крышуют его, значит, высоко связи уходят. А где связи, там и до ищеек недалеко. Хуже, когда органы привлекут или армейцев для прочесывания. У этих-то сил предостаточно, да людей тоже. Оцепят местность кольцом, не вырвешься.

После тщательной обработки обуви Культя достал из рюкзака флакон аэрозоля.

– А теперь повернитесь к ветру спиной, чтобы в лицо не дул. Иначе, как сифилитики безносые, будете потом ходить и шмыгать всю оставшуюся жизнь, с грустью вспоминая, что когда-то вдыхали ароматы. Это я для собачек подарок приготовлю. Точно больше не смогут воспользоваться их услугами. Неудачник, я же сказал – спиной!

– Да я с перепугу и понять не могу, туда или сюда… Что делать-то, братцы? Коли поймают нас, ведь ноги ломать не будут, а сразу – головы с плеч! – в голосе парня послышались панические нотки.

– Не робей, паря, еще и не из таких передряг выпутывались! – Артем старался говорить бодро, хотя в груди у самого бродил неприятный холодок. – Ты-то как, отошел от бодуна?

– Как будто и не пил вовсе! – вид Неудачника и впрямь заметно улучшился.

– Вот и хорошо, потому что пробежка нам предстоит долгая. А в такой ситуации дыхалка на раз сбивается. Пьяному не под силу. Леня, ты закончил? Готовы? Вперед!

Стараясь держаться только лесистой местности, Артем время от времени отвлекался на КПК и заранее определял наиболее суженные расстояния между перелесками. Передвигаться ускоренным темпом смогли лишь пару километров. Затем бег замедлился и вскоре ничем не отличался от обычной ходьбы. Но решили не останавливаться, чтобы как можно больше оторваться от погони и выйти из кольца оцепления, если таковое имелось. Сейчас Артем пропустил вперед Культю, потому как сам почувствовал усталость в ногах. Первому всегда тяжелее, чем идущим следом за ним. Он задает темп, выбирает маршрут, рассекает поток ветра. Сейчас ему требовалась небольшая передышка. Но это еще полбеды. Обернувшись назад, он понял, что «главная беда» едва поспевает за ними. Неудачник с лицом, не отличающимся по цвету от коры молодого осинового дерева, передвигался рывками и волочил ноги. Дыхание его сбилось. В конце концов, он замер, не в силах сделать даже черепашьего шага. Артем, заметив это, остановился и окликнул отдалившегося Культю. Тот резко затормозил и прислонился к дереву, переводя дух.

– Пять минут, мужики, не больше, – Леонид, разминая ноги, топтался на месте. – Когда уже на километр от места привала отошли, я слышал визг собак. Так что, оторвались мы ненамного. Если не все собаки под аэрозоль попали, тем, что ноги обмазали, мы помогли себе на полчаса, не больше. Если по большому кругу пройдут, на следы выйдут однозначно.