Владимир Андреев – Своих не бросают (страница 4)
Добрыгин тогда уже понимал, что решение руководства бросить их одних на таких условиях в «Русмашимпорт» очень напоминало затыкание дыры. Руководство либо не верило в положительный исход дела, либо приняло неверное решение. Такая мощная легенда, как «Русмашимпорт», некогда витавшая в самых верхах нашей внешнеэкономической политики, требовала к себе более уважительного отношения. На восстановление легенды необходимо было бросить и средства, и мощные силы.
– В конце концов, государство должно, просто обязано уметь себя защищать – не только на военных фронтах, но и на других, в том числе внешнеторговых, – говорил Сергей Давыдову.
Запросы в Росимущество, как акционеру объединения, о предоставлении сведений об активах предприятия, в том числе за рубежом, не дали результатов. Руководитель территориального управления Росимущества России госпожа Потерянова отказывалась от встреч, а другие представители информацией особо не делились. Это было странно по нескольким причинам: во-первых, объединение предоставляло отчёты в министерство о своей деятельности на протяжении длительного времени, а во-вторых, представители Росимущества входили в совет директоров объединения, в его ревизионную комиссию.
Неожиданно выяснилось, что Росимуществу правительством России было поручено создать реестр недвижимых активов, принадлежащих РФ за рубежом, и на эти цели из бюджета страны были выделены большие средства. Это давало надежду на то, что в одном из сейфов Росимущества пылится полный список зарубежного имущества, принадлежащего «Русмашимпорту», со всеми их адресами, мощностями, ценами. Давыдов, Юрьев и Добрыгин бросились в Росимущество. Обращались во все отделы, департаменты, к заместителям. Прямого отказа чиновников в предоставлении информации не было, но и помощи должной они не оказывали. Выяснилось, что поручение правительства России министерством выполнено не было, реестр не был создан. Надежды не оправдались.
Появление в «Русмашимпорте» нового руководства не прошло незамеченным старой гвардией объединения.
– Я знаю, вернее будет сказать – мы знаем, что вас интересует, – сказал Сергею немолодой, уже седой собеседник, одетый в вышедший из моды, но добротный костюм английского покроя. – Я, конечно, могу перечислить все активы, которые вы ищете, но будет лучше, если вы сами всё прочтёте в документах.
Сергей просто не мог поверить в услышанное. Этот аристократической внешности человек, бывший сотрудник «Русмашимпорта», так легко открывал двери, которые, казалось, были замурованы.
– Я очень рад нашему знакомству. Вы сказали – «мы». Кого вы имели в виду?
– Уважаемый Сергей Иванович, я могу сказать вам, что старания ваши по выяснению случившегося в «Русмашимпорте», ваше возмущение по поводу всего случившегося с объединением получили должную оценку у бывших сотрудников «Русмашимпорта», которые и делегировали меня на встречу с вами.
– Не можете ли вы рассказать, что произошло с архивом?
– Я понимаю, этот вопрос интересует вас в первую очередь. Архив был вывезен в промышленную зону, в район станции метро «Нагорная», где пребывает и по сей день. Я вам дам точный адрес.
– Вы передаёте нам эту ценную информацию совершенно безвозмездно, почему?
– Молодой человек, мы поняли, что появились люди, которым небезразлична судьба «Русмашимпорта». Нам нравится ваша позиция. Мы вам доверяем. Моё личное мнение, которое я составил о вас во время этой нашей встречи, также является весьма положительным. Мне кажется, что вы обязательно добьётесь результата. «Русмашимпорт» продолжит свою деятельность, а посягнувшие на него понесут заслуженное наказание. Я попрошу вас обратить внимание на дочернее общество «Русмашимпорта» – ООО «Конструкторский центр». Именно через него были выведены наиболее дорогие зарубежные активы объединения.
Сказанное этим мудрым человеком заслуживало внимания. Сергей ещё раз, как и в начале разговора, с почтением пожал сухую, уже не крепкую руку собеседника.
– Наша встреча не последняя, я обязательно познакомлю вас со своими коллегами, которые в меру своих знаний с превеликим удовольствием окажут вам посильную помощь. Мы ждём от вас вопросов.
Это была удача, которую ищут, в которую верят, когда оказываются в безвыходной ситуации. Бескорыстное желание ветеранов помочь значительно ускорило восстановление деятельности предприятия.
В Москве, в районе станции метро «Нагорная», на заброшенном заводе был найден архив общества. Сергею, как когда-то Али-Бабе, открылась полная сокровищ пещера сорока разбойников. Помещение было довольно большое, а вместо золота, жемчугов и бриллиантов оно было завалено тоннами старых бумаг. Он понимал их ценность: где-то среди этих залежей, пахнущих пылью и плесенью, ему и его друзьям предстояло разыскать бумаги, что откроют путь к уже не сказочным, а настоящим сокровищам.
Открыли несколько коробок. Из них выглядывали корешки аккуратных международных контрактов, пухлые тома приказов по объединению, папки с переписками, с тематическими журналами, личные дела сотрудников.
С фотографий смотрела ушедшая эпоха. Сергей увидел давнего поклонника России – президента Франции Валери Жискар д’Эстена – на открытии мощнейшего пресса, установленного нашими работниками во Франции. На одной из фотографий зарубежной делегации Сергей обнаружил знакомое лицо Николая Ивановича Рыжкова, ещё молодого, ещё не знающего, что он станет последним председателем Совета Министров несуществующего уже СССР. Архив их ждал, он многое хотел рассказать, а им хотелось его услышать.
Рассказы бывших сотрудников говорили о беспрецедентных масштабах хищений всех активов объединения, включая зарубежные. Убежденность и та горячность, с которой они об этом говорили, вызывали доверие. По их рассказам получалось, что хищения происходили практически во всех странах мира с высокоразвитой индустрией. Друзья окунулись в архив и через несколько дней держали в руках документы, подтверждающие слова заслуженных аксакалов внешнеторговой деятельности.
Документы архива показали невероятные масштабы похищенного. Выяснилось, что «Русмашимпорт» был обладателем не только двух видавших лучшие годы офисных рабочих столов, но и огромной собственности за рубежом. Ушедшая эпоха внешнеторговой деятельности через переписку, через приказы и указания, докладные и прочую документацию разговаривали с ними, доводили до сознания, с какой мощью они столкнулись.
Документы показывали, что на правах акционера объединение владело примерно двадцатью зарубежными обществами, в числе которых было расположенное в Париже общество «Маш-Франс». Оказалось, что французское общество имело в собственности огромные и дорогущие активы: четыре квартиры в 16-м округе; в 15 км от Парижа, в Лонжюмо, – земельный участок площадью 10 тыс. кв. м с технико-коммерческим центром площадью 6,3 тыс. кв. м; земельный участок площадью 20,5 тыс. кв. м со складским помещением и бюро в Сандувиле – площадью 10 тыс. кв. м…
– Слушай, Юра, да окна этих квартир на Булонский лес и Триумфальную арку смотрят. Представляешь? Даже в горле пересохло.
– В этом я тебе помогу, – сказал Юра, доставая из портфеля две бутылки пива, – давай-ка «полирнём» эту новость пивом.
Пиво приятно пробиралось сквозь стоящую в горле архивную пыль, наполняло добром и расслабляло.
Сергей вспомнил и поделился с Юрой мыслью о том, как ещё неделю назад они не могли пробить несуществующую, но ощутимую стену. Бред какой – никак невозможно было найти концы активов. Но теперь на руках и номера исходящих документов, и отчёты, и фамилии чиновников, и переписка – с числами, с датами; всё аккуратно, всё досконально, всё с подписями. Все эти стены уже в прошлом, теперь будет легче.
Допили пиво. Если бы кто заглянул в это время в архив, то увидел бы следующую картину: двое подозрительно весёлых, представительных, казалось бы, мужчин, перепачканных пылью, восседают на куче бумаг в комнате без окон с бутылками пива в руках, радуясь, как пионеры во время сбора макулатуры, и, перебивая друг друга, показывают что-то в пачках старых документов.
– Вот они! А вот ещё! – на разные лады приговаривали эти двое чудаковатых мужчин. Напряжение, наполнявшее их всё это время, спадало.
Общество «Маш-Франс» участвовало в капитале компании «Маш-Бель».
Бельгийское общество «Маш-Бель» имело в собственности земельный участок площадью 0,7 га с главной конторой, демонстрационным залом, торгово-техническим центром, ремонтными мастерскими в Брен-ле-Шато.
В Италии, в Милане, находилось общество «Машитальяна». Общество имело в собственности технико-коммерческий центр площадью 3,4 тыс. кв. м, девять жилых квартир и восемь гаражей.
В другой части Европы, в Норвегии, располагалось принадлежащее «Русмашимпорту» общество «Маш-Норге». В собственности его значились: здание общей площадью 4,6 тыс. кв. м, включая 510 кв. м офисных помещений, 2,1 тыс. кв. м складских помещений, 2 тыс. кв. м производственных помещений с демонстрационным залом.
Недалеко от Норвегии, в Финляндии, «Русмашимпорт» владел контрольным пакетом акций общества «Маш-Финляндия». Обществу принадлежали земельный участок площадью более 3,2 га; основное производственное здание площадью около 2,2 тыс. кв. м; дополнительное производственное и складское здание площадью 1,7 тыс. кв. м.