Владимир Алеников – Зелёная зона (страница 47)
Оба переглянулись. Это не могло быть просто случайным совпадением.
Настоящий добрый знак. Теперь они не сомневались.
Что бы ни случилось, зло никогда уже не будет властно над ними.
Машина вырулила на дорогу и стала спускаться. Невесть откуда взявшиеся белоснежные морские чайки с гортанными криками кружили вокруг нее.
В зеркальце над лобовым стеклом Виктору был хорошо виден машущий им вслед Горлов. Арина в свою очередь махала ему, пока он окончательно не скрылся из виду.
33. Эпилог
Владимир Эдуардович в последний раз махнул рукой и неспешно, чуть прихрамывая, зашагал вниз. Никаких чаек он не видел, а криков их не слышал и подавно. Зато внимательно прислушивался к звуку мотора уезжавшей «Волги».
Бак был практически пуст, бензина он оставил там на самом донышке, чтобы просто доехать до Виктора. Вниз «Волга», конечно, как-то съедет, а дальше встанет, как раз рядом с его домиком.
Звук мотора внезапно прекратился. Горлов удовлетворенно кивнул, озабоченно взглянув на часы. Зелье, которое он когда-то купил у покойной цыганки Натальи, начинает действовать ровно через три минуты.
Цыганка немало мужиков с его помощью отправила на тот свет. И ни разу ее ни в чем не заподозрили, никаких следов не находили. Только он, капитан Горлов, постепенно начал о чем-то догадываться. Он все же
А когда прищучил ее, ей, ясное дело, деваться было уже некуда. После того, кстати, как она выбросилась в окно, выяснилось, что вовсе она никакая не цыганка. Но это неважно, главное, что зелье срабатывает безупречно, он в этом сам уже дважды убеждался.
Сейчас дорогой друг Виктор уже съехал с холма, остановился и тщетно пытается опять завести машину. Но ни хрена! Это тебе не кошек-собачек лечить, это техника, в ней разбираться надо. К тому же уже мозги небось поплыли, язык заплетается, руки не слушаются, живот схватило.
Еще через минутку-другую изо рта у нашего славного доктора вытечет капля розоватой слюны, и он ткнется носом в руль. Тут бесстрашная девочка Арина все-таки испугается не на шутку, начнет трясти бедного ветеринара, приводить его в чувство.
Тут как раз и подоспеет он, Горлов. Успокоит девочку. Она поможет ему перетащить дорогого Виктора в дом, и тогда-то
Владимир Эдуардович радостно заулыбался, предвкушая всю предстоящую церемонию.
В этот раз он все очень тщательно продумал. Хватит ему того, что эта последняя сучка
Раньше-то ему как-то эти дела сходили с рук, везло, можно сказать. Складно все выходило, в его пользу. А с Дашенькой, например, которая жила у этого доморощенного артиста Латынина, просто получился сказочный подарок. Ублюдок Латынин оказался маньяком, милое дело было на него списать
Горлов поневоле облизнулся, почувствовав, как при этих томящих воспоминаниях в паху у него начинает твердеть.
Хороша была Дашенька. Но и Ариночка, похоже, будет не хуже.
Конечно, не все сразу, придется потрудиться, изловчиться кое в чем. Он ведь, когда обнимал ее, явственно ощутил, как какой-то твердый предмет выпирал у нее из-под свитера. Не иначе как пистолетик. Скорее всего, тот самый, что проделал дырочку в потолке. Но это ничего, пустяки.
В этом даже особый смак!
Будет потом что вспомнить, когда от девочки Ариночки почти ничего не останется. Уж он ей отдаст должное, каждую косточку обсосет, каждую капельку крови выпьет. В самом наилучшем виде все исполнит.
Давно он этого не делал. Ох, как давно! Уже, можно сказать, и не надеялся. А вот, нате вам, нежданно-негаданно!
И как славно все сложилось с этим непонятно откуда возникшим мотоциклистом, которого милые соседушки прихлопнули. В результате даже уговаривать их не пришлось, сами приплыли, не знали, как благодарить. Интересно, кстати, будет наконец-то выслушать все подробности этой истории, проверить свою интуицию. Но спешить некуда, им с Ариночкой предстоит о-очень длинный денек, самый длинный в ее короткой жизни.
Горлов еще раз облизнул губы и ускорил шаг. Конечно, здесь редко кто когда ездит, но мало ли что. Лучше на всякий случай поторопиться.
На ходу он бессознательно вытягивал вперед шею. Вот-вот из-за поворота должна была появиться остановившаяся «Волга» с неподвижным Виктором и бьющейся в истерике Ариной.
В этот момент из леса бесшумно вынырнул молодой лось и плюшевой статуей замер на вершине холма. Влажными бархатистыми глазами он слегка настороженно следил за уменьшающейся вдалеке фигуркой.
Потом, теряя интерес к уходящему, лось повернул свою гордую, увенчанную рогами голову в другую сторону, задумчиво пожевал мягкими губами. Ничто больше не нарушало благодати Зеленой зоны. Радостно распевали птицы, оживленно стрекотали в шелковистой траве кузнечики, нежно шелестели деревья.
Безмятежный покой царил кругом.