Владимир Абрамов – Последний барсук (страница 22)
— Вот и ладно. Я по магазинам пробегусь. Жена мне список продуктов на полный багажник написала. Я этого свитка боюсь. Раскатаю в магазине — прибью кого-нибудь. Ты лучше скажи, зачем тебе деньги? Может, я могу чем-то помочь?
— Спасибо, сам справлюсь. Мне знакомой операцию нужно оплатить. Ерунда. За пару месяцев с арендной платы отобью.
Иванов каждый день ездил из Барсуков в Челябинск навещать свою подопечную. Ей некоторое время после операции предстояло ходить с повязкой на глазах. Зная это, он купил ей аудиоплеер, на который закачал много музыки и аудиокниг.
Каждый раз он привозил ей гостинцев и долго говорил, чтобы поддержать. Девушке было неуютно быть лишённой зрения. Эти визиты она ожидала с нетерпением и с радостью слушала спокойный размеренный голос благодетеля, к которому испытывала огромную благодарность. Постепенно это чувство крепло и начало перерастать в нечто большее. Такую заботу она чувствовала лишь со стороны родителей. А тут едва знакомый человек. Вскоре ей начало казаться, будто они знакомы всю жизнь. Ей не хотелось расставаться с Иваном и возвращаться в Кременскую, где кроме родителей её никто не ждал.
Выписки девушка ожидала с нетерпением. Когда с её глаз сняли повязку, она готова была ликовать. И даже тот факт, что некоторое время придется поберечься от напряжения глаз и ходить в темных очках, её ничуть не смущал.
Щурясь от света, который даже через темные очки казался чересчур ярким, Наташа взирала на встречающего её Ивана, заново оценивая его. До этого она видела его в размытом виде.
— А ты моложе, чем казался…
— В смысле, моложе?
— Мне по разговорам казалось, что ты старше сорока. А ты выглядишь ненамного старше меня. Сколько тебе?
— Двадцать восемь. Третьего июня стукнет двадцать девять. Но в душе мне шестьдесят три…
— То есть ты меня на пять лет старше, — констатировала девушка.
Мир Наташе казался сказочно прекрасным, а Иван предстал волшебным принцем на белом коне… модели ВАЗ 2102.
Даже через темные очки не заметить, что машина «чуточку» изменилась, было невозможно.
— Ваня, мне кажется, у тебя была другая машина…
— Она мне разонравилась. С твоего позволения, я покатаю тебя сегодня на этом прекрасном аппарате, — Иван распахнул перед спутницей переднюю пассажирскую дверь. — Прошу, мадам.
Наташа молча забралась на пассажирское сиденье. Когда автомобиль тронулся, она вынырнула из задумчивости.
— Ваня, ты продал иномарку, чтобы оплатить мне лечение?
— Что за глупости? — шутливо отозвался он. — Просто надоела. Потом куплю другую тачку.
— Не надо врать, — с укором качнула головой Золотова. — Я понимаю. Такую крупную сумму невозможно просто так найти.
— Подумаешь, машина… Не бери в голову. Это всего лишь груда металла. Не стоит к ней привязываться. Машин в нашей жизни будет ещё много, как и другой техники, а здоровье дано одно на всю жизнь.
У Наташи кольнуло в груди. Ещё никто никогда так не относился к ней. Пожертвовать дорогим автомобилем ради неё… У неё по щекам побежали слёзы радости.
— Ты плачешь? — с беспокойством заметил Иванов, останавливая Жигули у обочины. — Тебе плохо? Вернуться в клинику?
— Нет-нет, — смахнула она слезинки. — Это я от радости. Спасибо. Спасибо тебе огромное! Не знаю, что бы я без тебя делала.
— Фух! — с облегчением выдохнул Иван. — Я уж испугался… Пожалуйста. Рад, что сумел тебе помочь. Хоть на одного счастливого человека в мире станет больше. Дари добро, и оно к тебе вернётся.
— Да… — с затаенным нечитаемым чувством протянула Наташа. — Ты прав…
Если бы Иван не уделял всё внимание дороге, он бы заметил, каким красноречивым взором, полным теплоты и желания, одарила его пассажирка. Также он не заметил, как её губы беззвучно прошептали:
— За добро нужно платить добром…
Проснувшись утром, Иван почувствовал на груди теплую тяжесть. Приоткрыв глаза, он залюбовался частично обнаженным телом Наташи, которая закинула на него руку. Остальное тело было скрыто под одеялом, которое девушка стянула на себя.
Было приятно вновь ощущать рядом с собой живого человека. Оно, конечно, одному спать удобней. Но с девушкой приятней, несмотря на постоянные стягивания одеяла, периодические брыкания и попытки спалить ночью соприкосновением жарких тел.
При воспоминании о вчерашнем дне на лицо парня вылезла глупая широченная улыбка, как у чеширского кота.
Стоило им приехать в Барсуки и переступить порог дома, как Наташа прижала Ваню руками к стене и решительно впилась в его губы страстным поцелуем.
Тут до Иванова, как до животного с длинной шеей, то есть до жирафа, дошло, что девушка совсем не против его общества. Как говорится: не дурак — намёк понял, был бы дурак — не понял.
В итоге они переместились в спальню. А там… Скромная деревенская девушка превратилась в страстную львицу.
Что ни говори, а о вчерашнем дне вспоминать было приятно. Ваня жалел, что раньше не решился завести себе девушку. Всё мечтал вернуться к своей бывшей жене, храня в памяти её светлый образ, который в нынешних реалиях оказался запятнан сажей с пяток по уши.
От направленного на неё взгляда Наташа проснулась, приоткрыла глаза, после чего быстро прищурилась, спасаясь от яркого для неё света. Её губы изогнулись в настолько же широкой и счастливой улыбке.
— Доброе утро, — сонно сказала она.
— Доброе, милая. После такого, как честная девушка, ты должна выйти за меня замуж, — в шутливой интонации начал Иван.
— А я не против, — серьёзно ответила она. — Хоть сейчас в ЗАГС!
— Нет, сейчас не получится. Нам нужно три-четыре дня, как сказал доктор, поберечь тебя от пыли, ветра, яркого солнца и прочих неурядиц. Потом следует проехать по магазинам и обновить тебе гардероб, а то живя с девушкой почти без вещей и нескольких пар обуви я начинаю подозревать в себе владельца куклы-андроида с АлиЭкспресс.
— Ты такой милый и внимательный, — она склонилась над парнем и жарко впилась сочными персиками в его мягкие и податливые губы. Оторвавшись, она с непроходящей улыбкой продолжила: — И такой заботливый…
— Погоди, женщина, я ещё не перечислил все шампуни, крема, скрабы и прочую дребедень, которой каждая уважающая себя леди обязана заставить всю ванную комнату молодого человека, оставив ему десяток квадратных сантиметров под шампунь…
— О чём я и говорю, — нежно провела ладонью девушка по мужской груди. — Ты очень заботливый… Даже удивительно, что у тебя до сих пор нет девушки.
— Я держался до последнего. Теперь смею надеяться, что девушка есть и никуда не денется.
— Не дождешься!
Довольный Иванов после совместного завтрака отправился к другу поделиться позитивным настроем. Зайдя к нему в гараж, он обнаружил Михаила с болгаркой возле установленной на стапеле жёлтой битой в морду Киа Пиканта. Вместо приветствия он начал:
— Ходят слухи, что все владельцы Тойоты — сектанты…
На его речь Миша обернулся. Обнаружив товарища, он улыбнулся ему и приветливо кивнул. Ваня продолжил:
— Как человек, у которого была Тойота, я хочу сказать, что это, конечно, неправда… Говорят, что по субботам мы собираемся у алтаря и забиваем на нём болгарками маленькую Киа Пиканта… Но я скажу так: у каждого свои слабости.
После этого весь рабочий процесс встал. Сложно работать, когда основной и единственный работник личной автомастерской, отложив в сторону болгарку и согнувшись пополам, хлопает себя ладонями по коленям и ржёт до слёз, как умалишённый.
Отсмеявшись и смахнув влагу со щёк, он спросил:
— Чего-то у тебя рожа слишком довольная, словно нашёл миллион и ни с кем не делишься.
— Самому такого счастья мало, чтобы делиться.
— Привёз из города свою, ради которой тачку продал? — прозорливо вопросил Михаил.
— Деревня… Ничего тут не скроешь.
— А я говорил, Ванёк, давно тебе пора было бабу завести. Сразу стал другим человеком. Так и хочется угостить лимоном, чтобы рожа такой довольной не была!
Лишь часть денег от продажи второго Марка пошла на оплату лечения Золотовой. Приличная часть суммы осталась на руках у Иванова. Она пришлась как нельзя кстати.
У Наташи фактически не было ничего из одежды, не считая нескольких повседневных комплектов. Ей нужно было полностью обновить гардероб, затариться средствами гигиены, всякими маникюрными наборами, расческами, феном и всем тем, что позволяет девушке выглядеть красиво.
Ваня не желал, чтобы его девушка ходила в рванине, хотя она настаивала на том, что китайские шмотки с рынка ей вполне сойдут, мол, всю жизнь в них одевалась.
Будучи практичным человеком, дорогие бутики Иван отверг и даже не был против вещей с рынка. В бутиках он лишь однажды покупал вещи, надеясь произвести приятное впечатление при встрече с Сауле. С тех пор он к ним охладел. Но он настоял на покупке только качественной одежды вне зависимости от места приобретения. С опытом ему пришло понимание и принятие пословицы: скупой платит дважды, а дурак — всю жизнь. Качественная вещь прослужит дольше, чем несколько более дешёвых низкого качества, и в итоге выйдет дешевле. При этом товар плохого качества может стоить не только дешево, но и дорого. Поэтому к выбору всего стоит подходить с умом.
Кто хоть раз ходил по магазинам и видел ценники на женские вещи, тот сразу поймёт, что это дорогое удовольствие. А уж когда следует приобрести всё от носков и нижнего белья до зимнего пуховика и осенней куртки, то вообще хоть вешайся.