Владимир Абрамов – Молочник (страница 114)

— Отнеси эту палочку Хагриду.

Самому посещать хижину лесника, а ныне ещё и профессора УЗМС, не было ни малейшего желания. Сильно хотелось уснуть и никогда больше не видеть наглой рожи полувеликана, из-за которого пришлось потратить кучу времени. Если бы не он, мы бы спокойно под маскировкой долетели до Хогвартса. Хорошо ещё, что удалось его раскрутить на «взятку».

— Винки сделает, — обрадовалась домовая эльфа.

Винки с подобострастием приняла «дубинку» из дуба и исчезла. Широко зевнув, я отправился на боковую.

Глава 40

Медленно выплывая из дрёмы, я почувствовал сладкую истому. Тело ощущалось лёгким, словно пушинка, так хорошо я себя никогда не чувствовал, казалось, каждая клеточка организма пела.

Открыв глаза, я с удивлением смотрел на потолок. Вначале не мог сообразить, что же удивительного в обычном потрескавшемся камне, как вдруг осознал, что каждая трещинка была прекрасно различима. Настолько хорошо я не видел даже в очках. По привычке прикоснулся к переносице и обнаружил, что очков как раз таки на мне нет. Зрение стало не просто хорошим, а идеальным. Тут же пощупал шрам. Он остался на месте, но при этом перестал ощущаться бугорками.

Я тут же соскочил с кровати и подбежал к настенному зеркалу. Шрам на лбу был бледным и едва заметным.

Из-за топота проснулся Деннис.

— А-а-а-м! — протяжно зевнул он. — Ум… Как же хорошо я себя чувствую, — пробурчал он.

Вдруг Дэн резко вскочил с постели, словно ужаленный в пятую точку. Он посмотрел на меня огромными глазами.

— Колин! Я всё вспомнил! — завопил он.

— Что вспомнил?

— Помнишь, что было вчера вечером? — спросил брат.

Я нахмурился и понял, что помню не только то, что произошло вчера, но и вообще всё. Как Гермиона наложила на меня Империо, как она приказала забыть о диадеме и зачаровать Кубок Огня. Вспомнил, как Луна наложила на меня Обливейт во время поездки в Хогвартс-экспрессе. И что самое важное — больше не чувствовал ни капельки желания подчиняться приказам Гермионы.

— Вижу, что вспомнил, — начал брат. — Вчера вечером, когда ты подошёл к Гремучей иве, мы с Луной следовали за тобой скрытые Дезиллюминационными чарами. Гермиона приказала тебе превратить Кубок Огня в портал и ты тут же позвал Винки и скрылся с ней. — Деннис замолк и с опаской посмотрел на меня.

— Я всё вспомнил, Дэн. Империо больше не властно надо мной, так что можешь смело говорить.

— Фух… — с облегчением выдохнул Деннис. — Мы за тебя очень переживали. Перед рождественскими каникулами Луна заподозрила, что кто-то наложил на тебя Обливейт. В поезде с помощью Легилименции она выяснила, что ты находишься под действием заклятья Подвластия, она рассказала об этом мне. Пока Лавгуд тебя легилементила, я забрал твою палочку. Как оказалось, сделал это очень вовремя, ты чуть не набросился на нас, хорошо, что мы подстраховались. Луна поняла, что тебе внушили какие-то приказы, поэтому стёрла тебе память об использовании Легилименции. Мы не знали, кто наложил Империо, поэтому опасались кому-либо говорить об этом. Вдруг это оказался бы кто-то из учителей, например, тот же Грюм.

— Теперь я помню это, но не держу обиды, вы поступили правильно. Попробую предположить, что вы решили вылечить меня своими силами.

Деннис кивнул.

— Но почему не сказали об этом взрослым? Например, мистеру Лавгуду. Как раз на каникулах можно было это сделать.

— Вообще-то Луна рассказала об этом своему отцу, — ответил Деннис. — Мистер Лавгуд сказал, что Империо невозможно снять с человека. Точнее это реально, но есть всего несколько способов. В первом случае волшебник должен сам перебороть заклинание. Во втором случае необходимо использовать мощные амулеты, которые постепенно вытравят чужую магию. Третий вариант предполагает использование сильнодействующих целительских препаратов вроде Эликсира жизни или…

— Волшебного сыра, который мы вчера съели, — продолжил я за брата.

— Именно! — согласился Деннис. — Мистер Лавгуд сказал, что целители могут обнаружить Империо лишь по косвенным признакам. Если бы мы отвели тебя в Мунго, то тебя там бы заперли в палате на несколько лет, обложив артефактами, никто не стал бы поить пациента дорогими эликсирами, которые даже богатым волшебникам почти невозможно достать. Помимо этого тебя бы начали исследовать легилименцией и обнаружили бы, что это ты подбросил имена чемпионов, после чего поднялся бы скандал. Вряд ли тебя исключили бы из школы, но несколько лет провести в больнице, после чего вернуться в Хогвартс снова на третий курс и доучиваться с тринадцатилетними, будучи пятнадцатилетним… Такого я родному брату не желаю.

— Так это мистер Лавгуд посоветовал вам сделать сыр?

— Мы сами это придумали ещё раньше, чем Луна пообщалась с отцом, — продолжил Деннис. — Мистер Лавгуд сказал, чтобы мы ни во что не вмешивались, держались от всего происходящего как можно дальше и попытались сделать супер-сыр. А Луна ещё сделала тебе пояс. Даже если бы с сыром ничего не вышло, то через пару лет эффект Империо благодаря поясу сошёл бы на нет. Мы стали присматривать за тобой, чтобы не допустить встречи с тем, кто наложил Империо, или же обезвредить его.

— Хм… И что же произошло вчера у Гремучей ивы?

— Вчера вечером мы сразу поняли, что это Гермиона завладела диадемой и находится под её контролем, — продолжил Деннис. — Мы опасались атаковать, потому что на пути стоял ты. Как только ты исчез вместе с Винки, я запустил в Грейнджер Ступефай, но она очень шустро увернулась. Луна атаковала Гермиону заклинанием Инкарцеро. Но противница оказалась слишком сильной и ловкой, она нас очень быстро вырубила, несмотря на невидимость, после чего наложила на обоих Империо, приказала уйти в свои спальни и забыть об инциденте.

— А могла убить, — нахмурился я.

— Если бы она нас убила, то об этом могло стать известно, — сказал брат. — Тогда план Гермионы, вернее диадемы, каким бы он ни был, наверняка накрылся бы медным тазом.

— Всё это слишком далеко зашло. Надо сообщить директору, пусть сам разбирается.

— А как же ты, Колин? Тебя не накажут? — обеспокоенно спросил Деннис. — Мы столько всего совершили, список потянет как минимум на отчисление, а как максимум на тюремный срок в Азкабане: кража артефакта, книг и мётел из Выручай-комнаты; проникновение в кабинет профессора прорицаний и кража домашних заданий; проникновение в кабинет директора и добыча слёз феникса; подсаживание феникса на заклинание удовольствия; браконьерская добыча единорожьего молока…

— Можешь не продолжать. Если подумать, то большую часть «преступлений» мы совершили без принуждения, так что, даже действуя из лучших побуждений, мы всё равно можем пострадать. Наверное, мистер Лавгуд был прав, лучше вообще не лезть в это дело, но Гермиона… Я её не люблю, но и не желаю, чтобы девочка пострадала и находилась под принуждением артефакта. К тому же что-то затевается с турниром. Надо что-то делать.

— Анонимное письмо, — предложил брат. — Помнишь, мы его начали делать? Можно доклеить и отправить Дамблдору, к примеру, с помощью Винки.

— Да, думаю — это наилучший выход. Тащи его, только перчатки надеть не забудь.

Мы достали старые газеты, клей и ножницы, после чего продолжили лепить письмо.

Мистер Дамблдор, я обнаружил эту диадему в одном из заброшенных помещений Хогвартса. Недавно осознал, что этот артефакт подчиняет сознание и заставляет меня совершать ужасные поступки, затем стирает об этом память. Этот артефакт как-то связан с Сами-Знаете-Кем, именно из-за него Гарри Поттер, Джинни Уизли и Драко Малфой стали чемпионами турнира. Артефакт что-то нашёптывал про возрождение с помощью чемпионов.

Аноним.

П.С.: Когда осознал, что диадема влияет на сознание (в декабре) смог от неё избавиться и оставил на ночь в одном из помещений, хотел передать её вам вместе с запиской, но артефакт пропал. Диадему нашёл Гарри Поттер, у него артефакт забрала Гермиона Грейнджер (четвёртый курс Гриффиндор) и, вероятно, попала под её влияние. Она подкараулила меня возле этой комнаты и наложила Империо.

Всё это время я пытался избавиться от заклятья Подвластия, готовил сильное целительское зелье. Вчера вечером Гермиона приказала мне зачаровать Кубок Огня в качестве портала. Я пробрался к кубку и изменил портал. Координаты прикладываю с запиской, которую она мне передала.

После этого я принял настоявшееся зелье, только что избавился от действия Империо. Вспомнив всё, что творил под принуждением, опасаюсь отчисления из школы или даже тюремного срока, но совесть не позволяет оставить всё как есть, поэтому сразу же решил предупредить вас. Надеюсь, эта информация вам поможет.

— Хорошее письмо получилось, — констатировал Деннис. — Осталось придумать, как его подкинуть. Винки нельзя задействовать, Дамблдор расспросит домовых эльфов и узнает, что она принадлежит тебе.

— Я уже придумал. Фоукс!

В огненной вспышке появился красавец-феникс.

— Урю-рю-рю! — выдал он радостную трель.

— Здравствуй, Фоукс. Вот это письмо, — я на левую руку надел перчатку из драконьей кожи и протянул птице сложенный пергамент, — надо отнести Альбусу Дамблдору. Только я тебя очень прошу не выдавать нас. Это очень важно, информация из письма может спасти жизни нескольким ученикам.

— Рю! — с серьёзным видом кивнул феникс и застыл в ожидании.