Владимир А. Паутов – Операция «ВОЗМЕЗДИЕ» (страница 14)

– Господа, господа! Я знаю, о чём идёт речь. Думаю, что данный вопрос мы обязательно обсудим, но в другой обстановке, когда времени будет побольше. Вы согласны?

– Хорошо, господин Ламберт! – недовольно ответил пуштун.

Полковник, стоя за спиной афганца, облегчённо вздохнул и вызвал дежурного по штабу. Когда тот вошёл в кабинет, он сказал: «Сержант, проводите господина Мохаммадзая до КПП!»

*****

В комнате после ухода афганца отдыха воцарилось молчание. Джордж Ламберт, поглядывая на полковника, самостоятельно налил себе в стакан изрядную порцию виски, бросил пару кубиков льда и, с удовольствием сделав большой глоток, вернулся в кресло. Усевшись поудобней, он закурил очередную сигару.

– Что за проблемы, дружище? Ты же здесь босс! Ты сам и чёрт, и бог на всём юге этой дикой страны! Разве десантники тебе не подчиняются

– Джордж, это моя проблема! И я её решу! – несколько удручённо ответил полковник Клиффорд.

– А что это вдруг наши парни стали столь активны? Им пообещали большие премиальные? – стал допытываться резидент Ламберт.

– Да тут один очень ретивый полковник прибыл из Багдада, представитель разведуправления министерства обороны.

– Из Багдада? Почему из Багдада? Какое отношение имеет Ирак к Афганистану?

– В том-то и дело, что никакого!

– Ну и…

– Мы, десантники, никакого отношения к Багдаду не имеем. А вот наши армейские разведорганы находятся в оперативном подчинении генерала Роберта Хаксли. Видимо, в Пентагоне решили, что Ирак и Афганистан – это один регион. Сам генерал в Ираке, а сюда с инспекционной проверкой прибыл его заместитель. Вот этот полковник и спланировал тот злосчастный рейд! О результатах ты слышал. Я присутствовал при постановке задачи командиру разведывательной роты. Операция должна была проводиться завтра, а потом её взяли и перенесли. Короче, провели вчера операцию. Я узнал о её начале, когда парни уже высадились в районе и начали боевые действия.

– А что ты думаешь, почему вдруг перенесли дату операции? – настороженно спросил резидент, – похоже, что пуштун прав и тебе не доверяют, дружище!

– Может и так! – угрюмо откликнулся Клиффорд.

– Как его зовут того ретивого полковника?

– Дэвид Фрост! Лазает везде, вынюхивает что-то, расспрашивает о чём-то! Не нравится он мне!

– И что, один какой-то полковник, пусть даже из Пентагона, может нам помешать?

– Не волнуйся, Джордж, я решу эту проблему! За этот участок отвечаю я!

– Решай, Рассел, решай, но быстро! Ну, а теперь давайте ещё раз обсудим все детали наших общих дел.

Почти целый час, оставшийся до отлёта резидента ЦРУ в Кабул, он обговаривал с полковником Клиффордом до мельчайших подробностей план предстоящих мероприятий, с которым каждый из них связывал не только свою дальнейшую служебную карьеру, но и личное благополучие.

Перед тем, как сесть в самолёт Ламберт неожиданно спросил полковника: «Дружище, а что у Вас произошло с этим… как его… ну тем, что из Ирака?»

– Фростом?

– Да, да, этим самым Фростом! Поговаривают, что он Вам здорово расквасил нос и даже отобрал пистолет? – хохотнул резидент.

Клиффорда этот вопрос буквально вывел из себя. Лицо его побагровело, а глаза налились кровью. Казалось, что полковник теряет контроль над собой. Его рука даже потянулась к пистолету. Это состояние начальника гарнизона привело в смятение резидента, так как он не ожидал столь болезненной реакции на безобидную, по его мнению, шутку. Ламберт даже немного перепугался.

– Ладно, дружище, успокойтесь! Я не хотел Вас обидеть!

Однако полковник Клиффорд так разозлился, что ещё долго не мог успокоиться даже после того, как резидент ЦРУ улетел обратно в Кабул. О скандале, который произошёл между Расселом и представителем армейской разведки, говорил весь гарнизон.

*****

Полковник Дэвид Фрост после прибытия в Кандагар с головой окунулся в боевую работу. Он проводил совещание с офицерами разведотдела 82-й воздушно-десантной дивизии. Представитель Разведывательного управления министерства обороны нашёл много недостатков в работе своих коллег. Полковник считал, что они очень пассивно действуют в зоне ответственности дивизии, мало используют информацию, полученную из Разведуправления, и практически не ведут оперативно-агентурную работу среди местного населения с целью внедрения в банды талибов своих людей и проникновения в сеть наркоторговцев.

Нужно сказать, что полковник за несколько дней, что находился в дивизии, завоевал огромный авторитет среди десантников. Особенно его стали уважать после того, как он день назад предотвратил полное уничтожение разведывательной роты дивизии и спас сотню жизней американских солдат. Тогда рота выполнила свою задачу: уничтожила склад, на котором находилось около пятисот тонн опиума-сырца, сожгла грузовые автомобили, но потом, когда противник подтянул подкрепление и неожиданно большими силами атаковал десантников, оказалась в полном окружении. В штабе дивизии не знали, как вытащить своих бойцов, но полковник Фрост в той сложной ситуации взял всю ответственность на себя. Он лично возглавил десант, который высадился с вертолётов в районе боя, и с воздуха повёл в атаку солдат. Удар был настолько дерзким и стремительным, что противник, фактически не оказывая сопротивления, начал отступать. Полковник сумел собрать уцелевший десантников, занять выгодные позиции и оборонялся на них до тех пор, пока не подошёл батальон на бронетранспортёрах. Причём, удерживая в течение нескольких часов позиции, разведрота и высадившиеся десантники не потеряли ни одного человека убитым. Пожалуй, именно это обстоятельство послужило тому, что полковник Фрост стал пользоваться неоспоримым авторитетом среди офицеров и солдат дивизии. К тому же, его конфликт с начальником гарнизона ещё более заставил бойцов дивизии уважать представителя вышестоящего штаба.

Когда от разведывательной роты пришло сообщение, что она несёт большие потери, то были высланы два транспортных вертолёта для эвакуации раненных и убитых солдат. Из Кандагара вышел батальон на броневых машинах, которому вменялось в обязанность деблокировать роту, на броне вывести её бойцов из района боевых действий и доставить в пункт постоянной дислокации. Однако один вертолёт, как стало известно, был сбит противником, а второй повреждён. Других винтокрылых машин у разведывательного батальона не имелось, поэтому Центр боевого управления запросил помощь у начальника базы полковника Клиффорда, которому подчинялись все части ВВС американских войск, расположенных в международном аэропорту Кандагара. Начальник разведки дивизии связался с Расселом Клиффордом, но тот по какой-то надуманной причине отказал ему. Тогда полковник Фрост взял роту десантников и выехал на вертолётную площадку, прихватив по дороге два экипажа лётчиков. Пока вертолёты готовили к вылету, приехал начальник гарнизона полковник Клиффорд. Он приказал прекратить самоуправство и отменить вылет, так как вертолёты предназначены для решения других задач.

– Вы не скажите, каких задач и конкретно когда? – спокойно спросил полковник Фрост.

– А это не Ваше дело! – получил он короткий чуть грубоватый ответ. Солдаты переглядывались между собой, лётчики не знали, что делать в такой ситуации, то ли запускать двигатели, то ли…

– На взлёт! – приказал им представитель Пентагона, и сделал он это таким грозным тоном, что пилоты не посмели его ослушаться. Они бросились в кабины своих машин, а десантники дружно стали загружаться в вертолёты.

– Вы что творите? Кто позволил? Это преступление! Самоуправство! Да я за такие дела… – начал орать полковник Клиффорд, но его крик заглушил шум начинающих набирать мощность вертолётных двигателей. Далее произошло то, о чём, вспоминая потом, каждый десантник при встрече с полковником Фростом считал за честь удостоиться простого кивка его головы, не говоря уже о рукопожатии. Начальник гарнизона настолько рассвирепел, что его рука потянулась к кобуре. Он выхватил свой «Глок». Это всё, что Клиффорд успел сделать. Десантники потом долго обсуждали между собой тот конфликт, но никто из них не мог припомнить, как получилось, что пистолет начальника гарнизона в мгновение ока оказался в руках полковника Фроста, а сам полковник Клиффорд – на земле. После этого представитель Разведуправления разрядил «Глок», вытащил обойму и бросил пистолет себе под ноги. Затем полковник Фрост схватился за ручку двери и ловко запрыгнул в вертолёт, причём сделал это он так ловко, будто всю жизнь только тем и занимался.

Двигатели вертушек уже набрали необходимые обороты. Полковник Фрост встал возле кабины за спиной экипажа вертолёта и знаком руки дал команду лётчику взлетать. Вертолёты взмыли в воздух и устремились на запад в сторону провинции Гильменд, где в окрестностях кишлака Сийах-Аб погибала разведывательная рота 82-й воздушно-десантной дивизии армии США, находясь в полном окружении.

– Вот тебе и тыловая крыса, – говорили потом между собой солдаты и офицеры, когда речь заходила о полковнике Фросте. Теперь ни один разговора не начинался с того, чтобы десантники не вспомнили об этом необычном офицере из центра, который был так не похож на тех, кто обычно приезжал к ним на инспекционную проверку.

***

Вечером того же дня, когда разведрота была эвакуирована с места боя, раненные отправлены в госпиталь, а убитые перевезены в холодильные камеры морга, полковник Фрост усталый, весь в пороховой копоти, зашёл в разведотдел дивизии. Там он нашёл подполковника Шорта, начальника разведки, тихо подошёл к нему и сказал: «Генри, – они уже общались друг с другом по-дружески, – у меня есть к Вам серьёзный разговор. Не сможете ли мне уделить немного времени!»