Влада Зайцева – Одержима игрой тобой (страница 9)

До его переезда мы проводили очень много времени вместе. Играли в баскетбол, отмечали все праздники и ходили друг к другу на матчи. Все самые смешные и нелепые моменты тоже связаны с ним. Например, мое прозвище «принцесса Ди» и его «Лешик».

Последнее время мы общались реже из-за его сессии и моего окончания полугодия, но всегда находили возможность обменяться мемами или шутками.

Мне моментально пришло ответное сообщение: «Систр, тебе очень идет. В этом году украшаем тебя вместо елки?»

Я отправила в ответ смеющийся смайлик и, убрав телефон в карман куртки, поспешила зайти в школу. Сдав в гардероб одежду, я глянула на главные часы – две минуты до конца первого урока. Можно еще посидеть и передохнуть с дороги. Сев на скамейку и достав из сумки книгу, я ждала звонка на перемену, как вдруг открылась входная дверь и вошел Никита с Олей Ивановой, нашей одноклассницей. Она была такой же прогульщицей, как и он. Они шли, о чем-то разговаривали и чем ближе подходили, тем четче были слышны их смешки. Мы с девочками думали, что они встречались класса с шестого, но если и так, то ребята этого никогда не афишировали.

Почему-то от этих мыслей я разозлилась то ли на Никиту, то ли на себя. Я опять потерялась в своих мыслях, а когда пришла в себя, обнаружила, что уже несколько секунд пялюсь на них.

– Диана, привет, – сказала Оля.

– Ага, да, привет, Оля, – отчеканила я.

Никита как-то странно посмотрел на меня и изогнул бровь.

– С тобой все хорошо? – спросила она.

М-да, вот кому, а ей это точно не должно быть интересно. Мы за все время совместной учебы практически не общались, кроме редких «привет-пока».

– Живее всех живых, – ответила я, посмотрев исподлобья прямо ей в глаза.

Раздался школьный звонок. Я вскочила со скамейки и от резкого движения у меня потемнело в глазах. Я вспомнила, что в утренней суматохе забыла выпить назначенные таблетки. Развернувшись, я направилась к кабинету, где скоро должен был начаться урок химии.

Пройдя медкабинет, я вспомнила, как вчера вечером мы с Власенко наблюдали за снежной сказкой.

– О ком мечтаешь, красавица? – Саша застала меня врасплох.

– Ни о ком!

Ответ получился слишком быстрым и резким, отчего подруги на меня странно покосились. Надо срочно спасать ситуацию.

– Девочки, как же я рада видеть вас!

Пытаясь сменить тему, я обняла сначала Леру, потому Сашу и Лесю. Вроде как получилось.

– Ну и ужас на улице творится, – недовольно сказала Лера.

Посмотрев в окно, я ответила:

– Да ну, если такая погода продержится две недели, то у нас будет настоящий Новый год, что не может не радовать!

Болтая, мы зашли в кабинет химии. Я села за парту с Лерой, а Леся с Сашей сразу за нами. Мы продолжали обсуждать вчерашнюю игру и домашние дела. Саша рассказала, чем пригрозила Лиане. Оказывается, та яро писала одному парню, приглашая его на свидания. Тот отказывался, ссылаясь на то, что у него есть девушка и она ему в целом не интересна. Но однажды ей все-таки удалось его вытащить, и каким было ее удивление, когда он пришел со своей подружкой. Лиане тогда было жутко неловко, и она всячески отказывалась от своих слов и действий. Мол, что она ничего такого не думала, просто хотела подружиться, и вообще, он ей не интересен, просто хотела позабавиться.

– Откуда ты знаешь об этом? – поинтересовалась я.

– Я учусь в одной группе по английскому с этим парнем. Вот он мне и поведал эту компрометирующую историю, – ухмыляясь, ответила Саша. – Вы бы видели ее лицо, когда я ей это сказала. Она раскраснелась как помидор. Зато это помогло заткнуть ее на какое-то время.

Саша достала телефон, чтобы показать профиль того парня. Мы принялись рассматривать его фотки, но моя улыбка сползла с лица, как только в кабинет зашли Власенко и Иванова. Девочки заметили перемену моего настроения.

– Я думала они не дойдут до урока. Теперь понятно, почему выпало так много снега, – прожигая пару взглядом, пробубнила я.

– Ты чего рычишь? – удивленно спросила Леся.

– Я не рычу, просто лучше бы они не приходили, – ответила я.

– Так-так-так, ты нам ничего не хочешь рассказать? – поинтересовалась Саша.

– А что рассказывать-то? – уставилась я на нее и продолжила: – Когда вы вчера ушли из медпункта, ко мне зашел Никита.

Она хихикнула. Я бросила на нее испепеляющий взгляд.

– Извини, продолжай, – игриво ответила Саша.

– В общем, он зашел и сказал, что переживает, что из-за него все это случилось, потом показал плакат, который нарисовал, а еще мы пялились в окно и вообще было много неловкостей.

Теперь они улыбались втроем, Лера вдобавок многозначительно играла бровями.

– Значит, говоришь, переживал? – переспросила Лера.

– Вот и я думаю – это бред! Власенко и переживания. Ну да, как же.

Леся ударила ладонью по лбу.

– Ди, а ты подумала, что ты ему, может, нравишься? – простонала Леся, как будто я не могла додуматься до столь банальной вещи.

– Кто? Я?!

Несколько одноклассников обернулись на нас. Хорошо, что до парты Никиты мои крики не долетели.

– Ты случайно вчера не ударялась головой?

– В отличие от тебя, нет, – с обидой ответила Леся.

Я закатила глаза.

– Он с Олей везде таскается, а меня вечно цепляет, на лабораторные не приходит, явно не желая меня видеть, а еще вечно достает своими тупыми шуточками.

Прозвенел звонок, и стоило мне задуматься о совместной работе с Власенко, как учительница громко объявила:

– Сегодня лабораторная работа, берем пробирки и реагенты, работаем в тех же парах, что и всегда.

– Да ладно?! – простонала я.

– Вам есть что сказать, Семенова? – спокойно спросила учительница, сверля меня взглядом.

– Извините, – произнесла я.

Повернувшись к девочкам, я начала суматошно собирать вещи.

– Думайте что хотите, но мне уже второй день не везет. Заодно проверим – если он снова соскочит с совместной работы, значит, я права, а если нет, то… То мы это обсудим как-нибудь потом.

Забрав сумку, я пошла на последнюю парту к Никите. Молча села на стул, достала учебник и стала ждать указаний учителя. Почувствовав, что на меня пялятся, я повернула голову и увидела этот взгляд. Серых, как грозовая туча, глаз.

– Чего тебе? – без интереса спросила я.

Продолжая пялиться, Никита ответил:

– Я тебя звал на первом этаже, почему ты не остановилась или хотя бы не повернулась?

– Я не слышала, в коридоре было слишком шумно. – Жестами я показала на уши, при этом по-прежнему продолжая смотреть ему в глаза. – Так что ты хотел?

– Я хотел спросить, как твое самочувствие. У тебя остался синяк.

Дальше случилось то, чего я никак не могла предвидеть. Он коснулся пальцами моего лба в том месте, куда пришелся удар. Прикосновение вышло таким легким, еле ощутимым. Мягкие подушечки пальцев скользнули выше лба, в волосы. Мелкая дрожь пробежала по рукам, оставляя мурашки. По-моему, на мгновение я перестала дышать. Преподаватель начала рассказывать цель и задачи работы, но мы ее не слушали. Мы были сосредоточены друг на друге.

– Блин, мы же ничего не успели записать! – опомнилась я и уронила голову на раскрытую тетрадь.

Удар пришелся легким, но даже учитывая, что у меня был всего лишь ушиб, а не сотрясение, делать этого не стоило.

– Я сейчас все узнаю, – сказал Никита.

– Ага. Не смеши, – истерично усмехнулась я. – С чего бы тебе узнавать что-то, связанное с химией? Ты за три года ни разу этого не сделал.

– Ну, а теперь я узнаю!

Он произнес это так решительно, что я действительно начала ему верить. Власенко встал со своего стула и начал красться к столу Димы и Оли.

Мои подруги одновременно обернулись ко мне, в их глазах читался немой вопрос. В ответ я развела руками. Ох, если бы я сама знала, что тут происходит. Либо я в коме, где все нереально, либо из-за неожиданной тяги к учению Власенко на улице смерч из единорогов начнется. Ну не может человек вот так взять и за два дня поменяться. В этот момент вернулся Никита, победно потрясая листом, на котором, вероятнее всего, было написано задание.