Влада Юрьева – Жить (страница 2)

Забавно даже… В детстве то самое заветное «когда я стану взрослой» выглядит пусть и несколько туманным, но обязательно радостным. Можно будет делать, что хочешь, и наслаждаться успехом. Так, по крайней мере, казалось маленькой Кате, когда она отвечала на вопрос «Кем ты хочешь стать, когда вырастешь?»

Но вот она выросла и стала совсем не той, кем хотела. На работе – одна из тех, кого зовут офисным планктоном, маленькая Катя такого определения не знала. Восемь часов в день, а то и больше, в тесном кабинете за полузаваленным столом. Папа по-прежнему недоволен – он как начал дуться из-за той тройки в четверти, так и не прекращал десятилетиями, каждый раз находя новый повод рассказать Кате, что она сделала не так. Мама больше не хвалила, а напоминала про то, что часики тикают. С ее подачи эти самые часики превратились чуть ли не в обратный отсчет. Маленькая Катя была уверена, что заведет десять котов, пять собак и двух лошадей, а потом вместе с ними посмотрит весь мир. Взрослая Катя не завела никого, потому что ей все сказали, что это дурацкая идея, ну а путешествие в Таиланд стало первой поездкой за пять лет.

Ее жизнь оказалась на удивление… никакой. Серой. Лишенной грандиозных достижений и великих целей. Она превратилась не в принцессу из сказки, а в одно из тех чуть размытых, плохо прорисованных лиц, которыми в детских книжках изображают толпу. И вроде как это все формировалось годами, да еще с ее одобрения. Она должна была заметить свои проблемы раньше, но почему-то не заметила…

– Эй, ты там не заснула? – обратился к ней Роман. Его голос, привычно бодрый, даже слишком громкий, отвлек Катю от размышлений о собственных неудачах. – Приехали!

Когда он сказал, что они отправятся на экскурсию с «частниками», Катя предположила, что это все равно будет какое-нибудь туристическое агентство, просто не из дорогих, ориентированных на иностранцев, а из тех, которые водят на экскурсии местных. В каждой стране ведь есть такие!

Однако Роман отыскал еще большую экзотику. Они прибыли в крошечную деревню, расположенную на самой границе с природным заповедником. Их арендованный автомобиль здесь казался главным достижением цивилизации.

Естественно, никакого офиса туристической фирмы среди деревянных лачуг не было. Будущие участники экскурсии собирались на поляне, временно превратившейся в парковку. Тут уже дожидалась группа из четырех молодых китайцев, а одновременно с Катей и ее спутниками прибыла пожилая пара. Группа получалась немаленькая, и это чуть успокаивало. Если бы в пещеру предстояло спускаться только им троим, было бы слишком похоже на сцену из фильма ужасов! А девять туристов – это солидно…

Да еще и гидов у них оказалось двое. Тайцы лет тридцати, одного роста с невысокой Катей, были одновременно похожими и очень разными. Один косился на туристов волком, он никому не сказал ни слова и в целом вел себя так, будто его взяли в рабство, на самом деле он совсем не хотел быть здесь. Второй же постоянно улыбался и тараторил на английском – безграмотно, зато быстро и весело.

– Пожалуйста, пожалуйста! – объявил он, налетая на туристов тропическим ураганом, подталкивая их друг к другу. – Я Най, вот Канут, будет с вами – как сказать? Гид, гид! Магия, джунгли, очень красиво! Пещера – как сказать? Залы! Четыре! Мистика! Магия!

– Почему четыре, если он показал три пальца? – шепнула Катя Марии.

Та не стала отвечать, лишь толкнула спутницу локтем в бок. Мария уже сообразила, что для Романа это не просто экскурсия – трофей, он же смог доказать какому-то жалком отельному гиду, что добьется своего! Поэтому он наверняка готовился пройти весь маршрут, даже если не чувствовал былого восторга.

А причин наслаждаться экскурсией оказалось не так уж и много. Небо становилось темнее – тонкая пелена облаков набухала, грузно прогибалась к земле, явно готовясь пролиться на джунгли дождем. При этом прохладней не стало, скорее, наоборот: при растущей влажности терпеть жару оказалось куда труднее. В таких условиях каждое движение требовало намного больше усилий, чем обычно. Простую прогулку выдержать еще можно, а вот долгий переход через джунгли…

Но бодрый Най уже собрал с приезжих деньги и первым зашагал к возвышающейся впереди стене деревьев. За ним последовали туристы, привычно уверенные в том, что, раз они заплатили, безопасность им гарантирована. Катя, похоже, стала единственной, кто заметил, как странно смотрели на них немногочисленные жители деревни. Но она так ничего и не сказала, потому что некому оказалось слушать.

По пути Най сыпал местными байками и уверял, что постоянно водит в пещеры туристов – и водить будет до самого августа, только тогда станет опасно, а сейчас очень даже нормально. Все хорошо. Сказка и магия. Ваш гид будет рад чаевым.

Они только-только вошли под крышу джунглей, когда с неба упала мелкая сеть первых дождевых капель.

Ваня всегда посмеивался над ней за то, что она пыталась подготовиться ко всему. Говорил, что она еще до тридцати стала бабкой – вон, даже пакет с пакетами есть! Катя его веселье не разделяла, не доказывала, что нет у нее никакого пакета с пакетами, просто терпела. И все равно делала по-своему, не привлекая к этому внимания.

Вот и теперь она оказалась единственной в группе, кто запасся специальным водозащитным чехлом для телефона. Пока Катя упаковывала в него устройство, Роман заметил ее усилия и расхохотался, совсем как Ваня когда-то.

– Ну, ты даешь! Ты что, думаешь, с неба в Таиланде не дождик, а кислота капает?

– Почему кислота? – растерялась Катя.

– Ну а зачем тебе тогда этот презерватив? – тут же поддержала жениха Мария. – Подумаешь, пара капель на экран упадет, не проблема!

– Пара капель – не проблема. Но если дождь перейдет в ливень, я не успею уже чехол надеть, да и бессмысленно это будет, вода с мокрого телефона окажется внутри.

Ее спутники ничего больше не сказали, но отошли на пару шагов вперед и тут же начали шептаться. Как школьники какие-то, честное слово… Катя почувствовала, что краснеет, и, чтобы поскорее отвлечься от неприятного момента, она сосредоточилась на джунглях.

Она всегда любила природу – куда больше, чем большие города и уж тем более ночные клубы. Ей нравилось открытое пространство, свежесть воздуха, которую могли подарить только старые деревья. Небо тоже нравилось, но тут оно скрылось, укуталось в шаль из облаков и дождя.

Джунгли оказались совсем не похожи на привычные Кате леса. Здесь деревья, кусты и лианы сливались так, что и не разберешь, где кончается одно и начинается другое. Зелень вилась, стелилась вокруг людей кружевом, впивалась в землю и тянулась к небу. Пройти можно было далеко не везде, и хорошо, что их гиды знали пусть и узкую, но вполне удобную тропинку.

А еще джунгли были очевидно живыми. Там постоянно что-то летало, прыгало, ползало, таилось в кустах. За чужаками наблюдали сотни глаз, скрытых где-то на границе света и тени. Катя понимала, что глупо приписывать всему происходящему тайный смысл, и все же ей казалось, что это сами джунгли следят за ними, джунгли недовольны тем, что они пришли в час, когда им запрещено было приходить.

Впрочем, неспокойно пока было только ей. Катя то и дело отрывала взгляд от пульсирующей жизнью зелени, чтобы изучить своих спутников. Может, кто-то еще заметил угрозу? Может, если недовольных станет больше, группа развернется и пойдет обратно? Катя даже деньги гиду оставила бы, лишь бы это поскорее закончилось!

Но нет, у ее спутников все было прекрасно. Най явно сочинял на ходу какую-то легенду о принцессе, бежавшей от злого отца или мужа… словом, кого-то злого. Китайцы его не слушали, они то и дело сходили с тропы, чтобы сфотографировать джунгли, друг друга или каждый сам себя. Пожилая пара что-то увлеченно обсуждала – кажется, на шведском. Роман указывал на деревья и рассказывал, что это такое. Кате не нужно было прислушиваться, чтобы определить, что ошибся он уже минимум два раза. Но вмешиваться она не собиралась, Марии точность информации все равно была не важна.

Таким же настороженным, как Катя, оказался лишь второй гид, Канут. И это было куда важнее, чем веселье всей группы: он-то прекрасно знал, чего ожидать от этих мест! Катя пыталась убедить себя, что, если бы он верил в настоящую угрозу, он бы не пошел, однако получалось плохо, страх постепенно брал верх.

В какой-то момент, когда они окончательно потеряли из виду деревню и оказались в жарких влажных джунглях, Катя не выдержала. Она поравнялась с Канутом, замыкавшим группу, и спросила по-английски:

– Вы не считаете, что нам следовало отменить экскурсию? Я знаю, что она была запланирована, что ваш напарник не хочет отдавать деньги, но… Так ли нужны деньги, если кто-то погибнет? Вы уверены, что мы сможем вызвать отсюда спасателей? Если что-то пойдет не так, нам хотя бы помогут?

Она не ожидала, что Канут сейчас все осознает и развернет группу, но надеялась хоть на какое-то утешение. Напрасно. Таец лишь окинул ее тяжелым взглядом и объявил:

– Нет английский!

Только это и сказал, а Кате почему-то показалось, что его «нет» было ответом на все ее вопросы.

Вход в пещеру оказался совсем не таким, как на картинках в Интернете. Там он смотрелся величественным провалом в пространстве, космической черной дырой, способной навсегда утянуть в себя все живое. Реальность же показывала, что фотографы пещерам польстили.