Влада Ольховская – Призрак Тилацина (страница 46)

Впрочем, никакие скандалы и наказания Аллу остановить не могли. Она врала бывшему возлюбленному о беременности. Врала в резюме. Врала в ничего не значащих беседах вежливости. За свою жизнь она стала настоящим мастером лжи, но таким достижением мало кто готов был восхититься.

Кроме Олега, разумеется. Он счел патологию своей новой пассии очень полезным талантом. И если у Аллы не было мотива преследовать Натали, — это и сбило Кирилла с толку, — то у Олега как раз был.

Он не просто встречался с Натали когда-то, эти двое были женаты, пусть и недолго. Но куда важнее оказалось то, что Натали прописала его, иногороднего, в свою квартиру. Когда же они собрались разводиться, Олег решил, что настало время небанальных поступков. Он не только не выписался, но и заявил, что хотел бы забрать квартиру себе. Потому что Натали хорошо зарабатывает, а у него с деньгами туго, ему будет сложнее обзавестись новым жильем.

Натали, несколько ошалевшая от такой наглости, даже попыталась выяснить, чем он вообще руководствуется, есть ли логика у этой потрясающей просьбы. Ведь квартира принадлежала ей, Олега туда пустили из жалости. Но Олег считал, что жалеть его нужно и дальше — у него образовалась душевная травма. Натали, сообразив, что других аргументов не будет, что все действительно строится на его уверенности в себе, послала бывшего мужа так, что он долго обижался.

Однако никакая обида не заставила бы его гордо уйти в закат. Олег начал думать: как бы получить то, что никогда ему не принадлежало и принадлежать не могло? По закону он мог разве что вселиться в эту квартиру. Но он знал характер Натали: еще неизвестно, кто кому больше крови попортил бы при таком вынужденном общении.

И вот тогда ему подвернулась Алла. Когда Олег узнал о ней побольше, он пришел в восторг: планы обмана и мошенничества она придумывала легко, шутя, и сама мгновенно верила в любую ложь. Кирилл подозревал, что ради этого Олег и сошелся с ней. Доказать такое он не мог, но вслух произнес, и ненависть, мелькнувшая в ангельских глазах Аллы, была ему лучшей наградой.

Вдвоем они начали разворачивать многоуровневый план. Они изображали травлю, сами себе присылая письма с угрозами. Адрес Аллы на сайты извращенцев тоже слила лично Алла, а потом старательно зафиксировала спровоцированные этим нападения. Она поставила себя в позицию жертвы — ведь жертв обвинять не принято, как и сомневаться в их словах. Принцип, правильный по своей сути, она через грамотную игру с обстоятельствами довела до маразма.

Натали первое время не атаковали. На нее указывали лишь легкими намеками, а она посмеивалась над этим, считая, что, раз она не виновата, бояться ей нечего. Это и стало ее ошибкой: когда началась травля, оправдаться было уже невозможно. С одной стороны ее травили сторонницы Аллы, искренне жалевшие «бедную девочку». С другой — конкурентки Натали, с которыми сговорилась Алла. Их и видел Кирилл на мастер-классе: они пользовались подорванной репутацией блогера, чтобы вывести ее из игры.

Перед всем миром ситуация предстала очевидной: Натали была яркой и успешной, такое не прощают, и очень многие поверили, что она травила робкую, скромную Аллочку, которая посмела ее в чем-то превзойти. Есть люди, которые любят наблюдать за падением кумира с пьедестала, и людей таких удручающе много.

У травли была и еще одна цель, которой тоже удалось достигнуть: Натали начала срываться. Она еще улыбалась на публику, еще пыталась сделать вид, что ничего особенного не происходит. Но у нее все чаще сдавали нервы, она вела себя агрессивно даже со случайными знакомыми, если подозревала в них посланников Аллы. Ее подводили к образу истерички, а она невольно подыгрывала.

Все это нужно было для финального акта: момента, когда Натали погибает при нападении на свою жертву. Может, сначала Олег и планировал забрать у нее квартиру шантажом. Но потом он решил не рисковать, ведь шантаж мог придать Натали сил, показать ей, где мотив, с чем именно нужно бороться. А вот если она погибнет, разве не просто будет забрать квартиру тому, кто там и так прописан? Родственников у Натали в Москве не было, и знакомый риелтор обещал Олегу мигом все уладить.

— А потом вы имели глупость втравить в это дело меня, — указал Кирилл. — Зачем? Решили получить надежного свидетеля ее агрессии? Того, кому полиция с готовностью поверит? А вам не приходило в голову, что я могу вас разоблачить?

Они не отвечали ему. Было заметно, что Олегу отчаянно хочется напасть и только вид включенной камеры его останавливает. Они пока не могли поверить, что ошиблись за миг до того, как победить…

— Нет, конечно же, нет, — покачал головой Кирилл. — Вы и мысли такой не допускали. Не знаю, кто рассказал вам обо мне… Подозреваю, что Вика, на которую вы ссылались, знать вас не знает. Но вы определенно слышали обо мне от тех, кому известно мое прошлое… Вся та история со скандальным видео, с отчислением… Это подсказало вам, что я слишком глуп для расследования, но достаточно убедителен на суде в силу родства. Я прав?

— Это все какая-то ошибка… — пролепетала Алла. Она снова владела собой: ни по ее взгляду, ни по выражению лица невозможно было догадаться, что она злится. Она казалась все той же несчастной девушкой, которая когда-то впервые пришла к нему за помощью. — В меня же плеснули кислотой… Ты видел это!

— Не плеснули, а пытались, — напомнил Кирилл. — Что тут удивительного, если ты изначально работала не одна, это был ваш общий план? Вы наверняка все рассчитали так, что он бы не попал в тебя, даже если бы я не успел помочь. Но я бы увидел, что покушение было… По-другому вам было нельзя: не важно, насколько тупым вы меня считали, я все равно оставался незнакомцем. Вам требовалось быстро перетащить меня на свою сторону.

— Кирилл… Ну как же…

Она придумывала новую версию, Кирилл не сомневался в этом. Преимуществом Аллы было то, что она легко верила в собственную ложь — и становилась на удивление убедительной. Только сейчас это не принесло бы ей толку: он обернулся, указал на двор перед их домом, чтобы обратить внимание на уже заметный отблеск сигнальных огней.

— Я же говорил, что съемка не в пустоту уходит, — усмехнулся он. — Если честно, я думал, разобраться с вами будет сложнее.

Вот теперь Олег не выдержал. Он сообразил, что на камеру уже и так попало слишком много, он рванулся вперед, надеясь хотя бы придушить Кирилла — раз уж добиться цели теперь не получится.

Однако Кирилл не переставал тренироваться с тех пор, как покинул больницу после травмы шеи. Это не делало его непобедимым, зато позволяло в пару движений скрутить увальня вроде Олега. Он даже успел перехватить Натали, которая в это время попыталась лишить Аллу хотя бы части волос.

— Не нужно, — сказал Кирилл. — Это только даст ей возможность оправдаться на суде, много чести. Ей и так в ближайшие годы придется выступать со своими байками перед не самой приятной аудиторией.

Он бы хотел сказать Натали больше — что-нибудь такое, что мигом успокоило бы ее, заставило рассмеяться и поверить, что беда прошла стороной. Однако правильных слов не было, да они оказались и не нужны. Натали расплакалась навзрыд, и он успокаивал ее до тех пор, пока не подоспели медики. Потом увезли и ее, и Аллу с Олегом.

Ощущение было странное. Он вроде как впервые раскрыл дело без помощи близнецов (хотя и с помощью отца, но об этом Кирилл пока предпочитал не вспоминать). Успех принес определенное торжество, однако не полное. Осталось чувство незавершенности, почти обиды, он надеялся получить нечто большее… А что — он и себе бы не признался.

Чтобы избавиться от этого раздражающего ощущения, Кирилл попросту отправился к дяде. Ему сейчас нужна была компания, и не такая, которая намекала бы ему на его привязанности, как отец, а способная занять его чем-то.

Как он и ожидал, Ян не спал даже в поздний час. Визиту племянника он тоже не удивился, впустил без вопросов и сразу вернулся к компьютеру.

— От чего опять страдаешь? — полюбопытствовал Кирилл.

— Все от того же. Фэн Ливей завтра будет в Москве, а я пока слабо представляю, как к нему подобраться.

— Э… А что за он?

Кирилл так увлекся делом Натали, что все остальное само собой отошло на второй план. Имя, названное Яном, было знакомым, но почему-то не соотносилось с конкретным человеком. К счастью, дядя пока не был ни на чем сосредоточен. Он все пояснил — может, не столько для Кирилла, сколько для себя, прикидывая что-то.

— Короче, китайский мафиози, — заключил Кирилл. — А что он в Москве потерял?

— Вот это и любопытно… Официальная причина его приезда — явная игра на публику. В его графике полно белых пятен, и я не представляю, где он будет в это время.

— Зачем тебе точный график знать?

— Чтобы понять, где его перехватить, — пояснил Ян. — Не думаю, что он согласится на официальную встречу.

— Ты проверял?

— Спугнуть боюсь.

— Тогда перехватывай в отеле, — рассудил Кирилл.

— Как, переодевшись в горничную?

— Не думаю, что это прям незаметным тебя сделает…

— В отеле к нему не подобраться, — признал Ян. — Он наверняка с охраной, окопается в каком-нибудь люксе и будем там сидеть. Меня даже при попытке постучать в его дверь с лестницы спустят.

— Ты не стучи, просто возьми и войди.