Влада Ольховская – Призрак Тилацина (страница 42)

Эта гроза должна была стать паузой, возможностью перезагрузиться во время поисков, которые пока ни к чему толковому не привели. Им удалось пересечься с несколькими туристами, бывавшими здесь постоянно, рейнджером и смотрителями национального парка. Некоторые вообще не понимали, о чем речь, чего от них пытаются добиться. Другие признавали, что бывают гости, которые разбивают палатки и остаются на ночь в заповедном уголке вопреки любым запретам. Однако имен они то ли не знали, то ли не хотели называть.

Александра подозревала, что за ответами придется ехать еще дальше, но отчаиваться было рано. Когда закончилась гроза, мир стал светлым и чистым, по дорогам снова можно было свободно передвигаться без угрозы получить молнией. Они отошли от горы, добрались до площадки, но там Андрей все-таки обернулся на рыжеватого гиганта.

— Интересно с этими углублениями получилось, — заметил он. — Как будто русла рек, которые то пересыхают, то снова заполняются…

— Примерно так и есть. Хотя аборигены верят, что эти углубления — следы драки двух духов, сцепившихся на склоне Улуру.

— То есть, человек опять свел все к насилию?

— И не без причины.

Места здесь были красивыми, завораживающими даже. Из-за гроз, которые привлекала гора, почва не успевала омертветь, как в других регионах, и вокруг поднимались высокие деревья, раскидывали колючие лапы кустарники и постоянно цвели цветы, скромные в любом другом месте и особенно прекрасные в пустыне.

Судя по фотографиям, Арсении Курцевой нравилось бывать здесь, окрестности горы привлекали ее куда больше, чем другие пустоши. И вряд ли дело было в одной природе… Александра по собственному опыту знала, насколько приятно делить такие моменты с другим человеком. Вот и Арсения, похоже, делила… А теперь этот человек стал раздражающе неуловимым.

От горы они направились к небольшому центру отдыха, объединявшему ресторанчик, мотель и магазин сувениров. Рядом с горой строительство было запрещено: люди когда-то пытались, заметно навредили природе, но вовремя одумались. Из-за этого любые здания теперь возводились на солидном отдалении от главной достопримечательности парка. Когда Александра и Андрей добрались до цели, Улуру превратилась в странный медный изгиб на горизонте.

В центре отдыха фотография Арсении тоже не вызвала никакой реакции. Эту девушку здесь то ли не видели, то ли не запомнили, через столько лет уже и не разберешь… Александра готова была сдаться и продолжить путь, когда ее взгляд упал на открытки, выставленные на отдельном стенде.

Там Арсении, разумеется, тоже не было. Зато там обнаружились не только снимки Улуру во всей красе, но и более интересные композиции — например, палатка-шатер, выставленная неподалеку от Улуру ночью, такая роскошная, что она сама напоминала миниатюрную версию горы. На этом сходстве и сыграл фотограф, выстраивая кадр.

Александра поспешно взяла открытку с подставки и посмотрела на обратную сторону. Там значилось не только имя фотографа, но и год, когда был сделан этот кадр. Даты совпадали со временем, когда Арсения выкладывала в соцсети свои фото из национального парка…

— Скажите, вы знаете человека, который делает эти открытки? — спросила Александра.

Продавец сувенирного магазинчика нахмурился, и на его лбу появилось такое немыслимое количество складок, что позавидовал бы и рельеф горы Улуру. Он вспоминал долго, и Александра даже начинала подозревать, что сейчас ее отошлют подальше, когда он наконец просиял:

— Итан! Да, эти Итан привозит, его поделки.

— Он ведь местный?

— Из наших забулдыг, мэм. А он вам зачем?

— Мне понравилась эта фотография, — Александра продемонстрировала продавцу открытку. — Я бы хотела купить оригинал в более высоком разрешении… У вас ведь такого нет?

— У нас такое никому и не нужно! Но с Итаном есть толк поговорить, он продает всякие-разные картинки. Сейчас намалюю схемку!

Продавец взял одну из сувенирных карт и на удивление точно прочертил маршрут к деревне, где полагалось обитать фотографу. Правда, он не мог поручиться, что неведомый Итан действительно дома, а не бегает с камерой по просторам национального парка, но тут многое зависело от удачи.

Когда они вернулись в машину, Андрей с сомнением спросил:

— Ты действительно думаешь, что этот парень, если он действительно прибухивает, вспомнит события трех-четырехлетней давности?

— Это же аутбэк! — рассмеялась Александра. — Если тебя тут не называют забулдыгой, появляется повод задуматься: а приличный ли ты человек? Так что у парня есть все шансы оказаться нормальным.

То, что на карте смотрелось несколькими короткими линиями, в реальности оказалось очередной многокилометровой дорогой. Александра невольно подумала о том, что вот по этим путешествиям, долгим и пыльным, она точно скучать не будет. А еще — о том, что размышлять о своей австралийской жизни как о завершенном этапе стало вполне привычным.

Деревня, в которой жил фотограф, оказалась не деревней даже, а вполне приличным городком, бравшим на себя часть туристической нагрузки национального парка. Из-за этого здесь оказалось людно, и они были вынуждены покружить, прежде чем нашли свободное место в отеле. Александра не сомневалась, что им придется остаться на ночь независимо от того, найдут они фотографа или нет, оба слишком устали. Компенсацией за их поиски стал неожиданно хороший интернет, так что тут можно было связаться с Яном.

Однако этому предстояло подождать, сначала Александра хотела решить вопрос с фотографом. Когда они приближались к его дому, она напряженно думала, что сказать этому Итану, как расположить к себе, доказать, что они не психи, задающие нелогичные вопросы. У него, если задуматься, не было ни одной причины откровенничать с ними!

Вот только знакомство получилось естественным. Итан сам выскочил им навстречу, причем с радостным воплем — он будто приветствовал старых друзей, которые навестили его после долгой разлуки. Александра, никак не ожидавшая такого, растерялась — она-то видела взлохмаченного, похожего на хиппи из семидесятых фотографа впервые в жизни. Она даже осмотрелась по сторонам, чтобы понять, нет ли на улице кого-то еще, того, кому на самом деле радовался фотограф.

Ошибки не было, он смотрел только на них. А в частности — на Гайю, к которому уже бежал с фотоаппаратом наперевес.

— Динго! — выдал фотограф, остановившись перед ними в облаке им же поднятой пыли. — Прирученный динго, поверить не могу! Да еще такой роскошный!

— Да, он такой, — кивнула Александра.

— Позвольте мне его поснимать, умоляю! Я за это что угодно сделаю!

— Думаю, мы договоримся.

Единственным, кому не понравилась эта сделка, стал Гайя. Для него фотограф задумал серию снимков о домашней жизни дикого зверя. В итоге динго пришлось позировать с мячиками, какой-то плюшевой игрушкой и даже в бейсболке с флагом Австралии. Все это время он смотрел на хозяйку с видом мученика, однако та была неумолима.

Александра сразу заметила, что фотограф был увлекающейся натурой. Работая с камерой, он забывал обо всем вокруг. В такие моменты он отвечал на вопросы, но рассеянно, не задумываясь о смысле слов. Он вряд ли даже запоминал, что сказал и что у него спросили.

Это было идеально. В иных обстоятельствах он мог бы насторожиться, начать выпытывать, зачем им понадобились такие сведения, почему это стало важным спустя столько лет. Теперь же он думал в основном о том, как подчеркнуть рыжий мех динго подходящим окружением, и вряд ли был способен на ложь.

— Да, я помню эту фотку, — сказал он, бросив беглый взгляд на открытку. — Одна из немногих, на которые я не получал разрешение. Так и обойдутся! Лиц там не видно, денег у этих хмырей и без того куры не клюют, а чтоб засудить меня за использование фото, пусть сначала признают, что ночевали там, где другим нельзя. Всем нельзя, а им можно!

— Вы знаете, чей это шатер?

— Знаю, конечно! Это я сам так сфоткал, чтобы нейтрально было… Так-то там логотип компании был! Но это чтобы рейнджеры не трогали, явно же все проплачено было… Типа, это какие-то дела компании, исследования или еще что… Только сразу понятно, что дела тут ни при чем! Там база отдыха у них… Бассейн переносной, шампанское-фиганское, барбекю и все такое… Если им под барбекю настреляли птиц прямо в парке, я б даже не удивился… Днем их фоткать опасно, охраны полно… А ночью — легко!

— Так кто это был? — с трудом сдерживая желание повысить голос, утонила Александра. Сейчас нельзя было слишком заметно показывать заинтересованность в этом деле, даже Итан мог насторожиться.

Но он в это время подбирал кепку для Гайи и был далек от всяких подозрений.

— Китаец этот… Который хозяин «Великого Пути», забыл, как его… То ли Фан, то ли Фэй…

Александра бросила быстрый взгляд на Андрея, тот кивнул и достал смартфон. Поиски в интернете пока предстояло вести ему, она оставалась сосредоточена на разговоре.

— Вдруг не он? Вдруг кто-то еще из компании?

— Ну, всякому-то такое не позволят, даже из их компании! Да и видел я его, он же приметный такой, даром что китаец… У меня и фото, может, сохранилось с тех дней, но не факт.

— А можно как-то проверить? Мне очень понравились снимки ночной палатки… Может, есть еще что-то интересное из той же серии? То, что нельзя в продажу пустить из-за авторского права? Я бы купила!