Влада Ольховская – Лунар. Книга 2 (страница 2)
Никто не просил у Миры помощи, да и она не вызывалась геройствовать. Наблюдательная платформа, которую она выбрала, располагалась далеко от используемых для исследования путей, поэтому Мира не видела ни дронов, ни разведывательных кораблей, ни других указаний на человека. Были только она – и космос.
А потом единение с Сектором Фобос пришлось прервать, потому что у Миры появилась компания. Осторожные, тихие шаги… Так мало кто ходит на станции. Механики и солдаты без сомнений грохочут ботинками по металлическому полу, у них нет причин таиться. А такое тихое движение доступно немногим… И даже это можно считать данью вежливости: Мира прекрасно знала, что ей
Это сейчас мог быть любой из них. Если Гюрза, то ему что-то нужно. Поддержать Миру он в эти дни даже не пытался, его позиция была проста:
– Зачем утешать тебя из-за того, что ты такая, какая есть? Пользуйся преимуществами.
Кочевники же ее сторонились, да оно и к лучшему. Мира все равно не знала, что им сказать.
Когда шаги достигли зала, она не отвернулась от обзорного иллюминатора. Этого и не требовалось: достаточно сфокусировать взгляд не на космосе, а на самом стекле, и становится видно отражение вошедшего. Белое пятно, слишком светлое для человека…
– Здравствуй, – печально улыбнулась Мира. – Пришел меня убить? Постарайся сделать это быстро, пока я не в настроении возражать.
Они уже общались с Сатурио после того, что произошло с его сестрой, но недолго и вынужденно. Он был среди кочевников, которые спасали ее и Гюрзу с ледяной луны. Он тогда не произнес ни одного лишнего слова. Это Бруция и тот, второй, чуть ли не рычали на нее. Сатурио умудрялся даже там сохранять невозмутимое спокойствие лидера.
Мира не позволила себе обмануться этим, она знала, что ему не все равно. Она пересматривала свой бой с Умбренией не меньше сотни раз. И уж конечно она разглядела лицо старшего кочевника в миг, когда погибла его сестра!
Но сейчас Сатурио снова выглядел невозмутимым. Он подошел ближе, к первому ряду кресел перед иллюминатором. Он присел неподалеку от Миры, не вплотную, через одно место от нее, однако и это много. Он не пытался нависать над сидящей девушкой и не выдерживал демонстративную дистанцию.
– У меня скорее обратная цель, – признал он.
– Оживить меня?
– В некотором смысле. Я пришел сказать, что с нашей семьей у тебя проблем не будет.
– Новости тебе лучше не поручать, – вздохнула Мира. – Мне об этом сказали уже чуть ли не после первого шага обратно на станцию.
– Кто?
– Адмирал. А ей, полагаю, твой отец.
– Нужно ли тебе объяснять, что мое слово имеет большее значение?
Она не удержалась, покосилась на него. Сатурио казался отрешенным, он как раз на нее не смотрел, он наблюдал только за звездной россыпью за иллюминатором.
– Почему же? – спросила Мира.
– Я не даю обещаний из вежливости. Чтобы сказать что-то, мне нужно знать наверняка. В этом случае я узнал. Я поговорил со всеми из наших, и я вижу, что никто из них не собирается устраивать на тебя охоту. Даже Антифо.
– Это… приятно слышать. Наверно. Хотя я не думаю, что они будут относиться ко мне так, как раньше.
Тут Сатурио все-таки позволил себе усмехнуться:
– Ошибаешься, они и раньше относились к тебе плохо.
Мира не думала, что у нее получится рассмеяться, и все равно почему-то рассмеялась. Прозвучало нервно… Видимо, в этом и была причина.
Сатурио не собирался упрекать ее за это, он теперь наблюдал только за Мирой, и его взгляд оставался свободным от ненависти и страха.
– Послушай, я хочу спросить тебя кое о чем личном, и ты не обязана отвечать… – начал было он, но потом раздраженно поморщился. – А, нет, не в этот раз.
Мира не стала уточнять, почему он не договорил, она и так поняла. Она ведь знала, что грохот шагов обычного человека можно будет услышать издалека, и не ошиблась. Они с Сатурио уловили нарастающий звук одновременно… Раньше она по привычке попыталась бы это скрыть, спросила бы, что случилось. Теперь ей хотя бы не нужно больше притворяться.
Шаги определенно были не обычные, а поспешные – еще не бег, но последняя скорость перед ним. Это настораживало.
– Опять что-то случилось? – нахмурилась Мира.
– Нет, кто-то рвется тебя увидеть. Чистый энтузиазм.
– Откуда ты знаешь?
– Если бы что-то пошло не так, мне бы сообщили. Старший полицейский, – напомнил Сатурио, указывая на тебя пальцем. – Да и потом, это твой… давний спутник. Ему не положено бежать к тебе при тревоге, он делает это, только если очень надо.
– Ты что, действительно знаешь шаги каждого на станции?
Ответить Сатурио не успел – в зал все-таки вошел Рино де Бернарди. Пилот действительно выглядел обрадованным чем-то, но у него как раз с эмоциями все просто: он их не скрывает. Не потому, что не умеет, просто смысла не видит.
Правда, обнаружив рядом с Мирой Сатурио, он тут же замер, насторожился, инстинктивно потянулся к пистолету, висящему на поясе. От кочевника это не укрылось, но он лишь укоризненно покачал головой:
– Ну каковы шансы, что ты им успеешь воспользоваться?
Рино его проигнорировал, он бросил быстрый взгляд на Миру:
– Он снова угрожает тебе?
– «Снова»? – изумился Сатурио.
– Нет, говорит, что меня не планируют зажарить и съесть. Что-то случилось? – Мира поспешила сменить тему, заметив, что кочевник начинает злиться.
Вспомнив, что обрадовало его недавно, Рино тут же с готовностью поддался этой радости вновь:
– Еще как! Я только с миссии, решил сразу тебе сказать…
– Адмирал в курсе? – осадил его Сатурио.
– Естественно, она меня знает и перехватывает сразу в ангаре! Твой отец тоже в курсе, у него и спрашивай.
– Ничего не имею против того, чтобы услышать все здесь и сейчас.
На миг Рино явно рассматривал возможность если не драки, то хотя бы конфликта. Не потому, что ему интересен сам процесс, а чтобы напомнить кочевникам их место. Потом, видимо, сообразил, что Мира не так далека от кочевников, как ему казалось, или просто очень хотел поделиться своим открытием. В любом случае, он перешел сразу к сути, но общался только с Мирой, так, будто и не было поблизости никакого Сатурио.
– Помнишь тот фрагмент, который изначально указывал на экспедицию?
– Конечно. Как я вообще могла забыть?
– Мы нашли нечто большее! У экспедиции Нерии-Рузанова были в распоряжении немного другие технологии, ты знаешь…
– Начиная с того, что у них не было единой станции, – кивнула Мира.
– Это как раз не важно. Станция далеко в систему не пройдет, большие корабли – тоже. Им понадобились бы разведывательные челноки, как и нам. Но сама связь у них была хуже – эту проблему выявили сразу, у нас маяки для ее решения есть. А у них не было, и в системах, подобных этой, такое важно – тут и у нас есть определенные сложности из-за помех. Поэтому, выпуская на разведывательные миссии челноки, они вынуждены были полагаться чуть ли не на почтовых голубей.
– Дроны с записанными сообщениями? – догадалась Мира.
– Ну да, не худшая тема, не факт, что мы их с дальней полки не достанем!
– И вы нашли одного из таких дронов?
Экспедиция Нерии-Рузанова стартовала не так уж давно по меркам космоса, точно недостаточно, чтобы их технологии были признаны музейными. Однако, когда речь идет об испытаниях, многое устаревает даже слишком быстро, не то что за годы, за месяцы, если оборудование показало себя не с лучшей стороны.
Но к дронам такого рода это не относилось, они действительно были и на складах «Виа Ферраты» – уже не как основной вид связи, как подстраховка, но тем не менее.
Принцип их работы был прост: послание записывалось на центральное ядро, оно дублировало его на нескольких дронов, и они отправлялись к пункту назначения. Долетали не все, но статистическая вероятность на успех была очень высокой.
Похоже, одного из дублирующих дронов и обнаружил теперь Рино.
– Он был на астероиде, – пояснил пилот. – Других я не видел, эти вполне могли долететь куда надо. Но наш не выглядит поврежденным! Понятное дело, прямо сейчас он не работает. Но твои сказали, что можно починить.
Мира тоже бы такое сказала навскидку. А теперь ей особенно не хотелось оставаться среди простых зрителей, она не сомневалась, что сможет ускорить процесс, они точно получат послание от первой экспедиции… Полноценное, пусть даже и предназначенное не им!
Она понимала, почему так обрадовался Рино, и разделяла эту радость. Это все равно что годами брести по безжизненной пустыне – и вдруг увидеть других людей, о встрече с которыми ты даже не мечтал.
Но если она и Рино были на одной волне, то Сатурио расслабляться не собирался. Обычно общее хорошее настроение портил Гюрза, однако сюда он явиться не потрудился, и кочевник зачем-то взял на себя его роль:
– Вместо того, чтобы праздновать раньше времени, лучше подумайте вот о чем: что мы будем делать, если нам не понравится то, что мы услышим?
Иногда мне кажется, что они творят это с одной целью: обеспечить мне биполярное расстройство. Опустить до своего уровня, так сказать. Но потом я понимаю, что снова их переоцениваю, они до такого вряд ли додумаются. К тому же психическое расстройство у меня и так есть, они это знают и надежду уже утратили. Поэтому вся их дичь – явление искреннее и вряд ли им самим подвластное.