Влада Одинцова – Развод. Свекровь, таро и серебро (страница 10)

— Да, Сереж?

— Чем занята, моя красавица? — ласково спрашивает он.

— Да вот, привела Олю в свадебный салон.

— Правда? — спрашивает.

Жду, что он напряжется, как и все мужчины, которые могут предположить, что их женщина зашла в такой магазин, чтобы примерить на себя роль невесты еще до того, как ей сделали предложение. Но тон Сергея не меняется.

— Оля выходит замуж.

— Что? Серьезно? — шокировано уточняет он.

— Ага. Сказала, что в ее возрасте нужен врач рядом, вот и выходит за доктора.

Сережа смеется своим глубоким смехом, а я наслаждаюсь этим звуком.

Еще я люблю слышать, как он шепчет мне нежности после секса.

И как хрипло соблазняет.

И как признается в любви.

Я люблю в нем все! В прямом смысле этого слова.

Таких, мужчин, как он, я не встречала. Заботливый, умный, предусмотрительный, рассудительный.

А еще он любит исполнять мои желания, и через два месяца с момента нашего первого свидания мы отдыхали на Мальдивах. А еще через месяц летали на выходные в Вену, чтобы послушать “Женитьбу Фигаро” в оперном театре.

Самое приятное, что он предугадывает мои желания и закрывает все потребности, даже самые мелкие. В те самые дни месяца кормит вкусняшками, обнимает и терпеливо смотрит со мной мелодрамы, подавая салфетки, чтобы вытирать слезы.

А в дни, когда я устала, Сережа заказывает ужин из ресторана, балует меня цветами и ванной с ароматной пеной.

Ну какая женщина не будет счастлива с таким мужчиной?

На мои слова о враче Сергей смеется.

— Малыш, у меня на тебя планы вечером. Заеду за тобой в семь.

— Как одеться?

Задаю этот вопрос, потому что Сергей любит делать сюрпризы. И если он приглашает на свидание, не факт, что мы пойдем в ресторан. Мы можем оказаться в уличном кинотеатре или вообще поехать в горы на выходные. Так что теперь я всегда спрашиваю о форме одежды.

— Как в ресторан. У нас с тобой ужин на яхте.

— Ого, — восклицаю.

— Что там такое? — спрашивает Оля, появляясь передо мной в роскошном платье пудрового цвета, расшитом мелкими бисеринками.

— Мы с Сережей ужинаем сегодня на яхте.

Оля подмигивает мне и подходит к зеркалу. Крутится напротив него, рассматривая себя со всех сторон.

— Мне пора. До вечера, малышка, — произносит Сергей. — Я тебя люблю.

— И я тебя, — отвечаю тихо.

— Через несколько дней мы к вам вернемся, — уверенно заявляет Оля консультантам, которые крутятся возле нее. — Подбирать моей бывшей невестке платье на ее собственную свадьбу. Смотрите, девочки, она у меня требовательная, с вас сто потов сойдет, — подмигивает она мне в отражении зеркала, а я только закатываю глаза.

А вечером мы с Сережей поднимаемся на палубу роскошной белоснежной яхты.

Я ахаю, когда вижу столик, на котором стоят стеклянные подсвечники, и в них горят свечи. Неподалеку от столика две скрипачки играют красивую мелодию, а официант отодвигает для меня стул.

— Здесь так красиво, — произношу с восхищением.

Нам наливают шипучий напиток в высокие бокалы, и официант отходит от столика.

— Ты красивая, — отзывается Сережа. Яхта разворачивается, и мы отплываем от берега. Город светится огнями, когда мы покидаем залив. — Ты невероятная, Ир. Я счастлив, что ты со мной. И теперь знаю, почему никогда не женился.

— Почему? — спрашиваю с улыбкой.

— Ждал такую женщину, как ты. За тебя, — добавляет, и наши бокалы с тихим звоном соприкасаются. Мы делаем по паре глотков.

Сергей встает и забирает у официанта огромный букет кроваво-красных роз. Подходит ко мне и… встает на одно колено.

— Эти пять месяцев я был счастлив так, как никогда раньше за всю свою жизнь. Мне понравилось это ощущение. Нравится то, как ты обо мне заботишься. Как улыбаешься. Как проявляешь характер. Как споришь. Как плачешь и смеешься. Как говоришь и как бьется твое сердце. Я люблю в тебе все, моя милая девочка. И мечтаю каждый день до конца жизни любоваться тобой. — Он передает мне цветы. — Слушать твое дыхание. Засыпать и просыпаться вместе с тобой. Хочу, чтобы наши сердца бились в такт, а глаза смотрели в одном направлении. С тобой я хочу всего, Ириш. Выходи за меня.

Словно по волшебству в его руке появляется коробочка с кольцом, и мои глаза застилают слезы.

— Я согласна, — всхлипываю и протягиваю руку.

Сережа надевает на мой палец кольцо, а потом тянет меня за руку, чтобы я встала из-за стола. Офицант забирает цветы, а я обнимаю своего мужчину за шею. Его руки тут же оплетают мою талию.

— Ты делаешь меня счастливой, — произношу я. — И я так сильно люблю тебя. Конечно, я бы согласилась.

— Моя малышка, — бормочет он и целует так, как умеет только мой жених — нежно и проникновенно. Так чувственно, что у меня дрожат колени.

Эпилог

Я едва ли помню день нашей свадьбы. Он пролетел, как счастливое, сумасшедшее мгновение и как мираж. Мне каждый раз приходится напоминать себе, что это был не сон. В этом мне помогают снимки с роскошной фотосессии в Индонезии, куда мы полетели сразу после торжества, и где сделали самые безумные, но очень трогательные фотографии в наших свадебных нарядах.

Оля была подружкой невесты и ответственно подошла к своей задаче. Ради смеха друг Сергея, Максим, украл у меня туфлю, а Оля потом за нее торговалась так, что Максу чуть не пришлось доплатить моей свидетельнице, чтобы только она уже забрала туфлю.

Спустя месяц на приеме у гинеколога я узнала, что беременна. А спустя еще три нас с Сережей шокировали, что у нас будет двойня.

Сегодня я наконец вышла в декрет. Скорее по настоянию мужа, чем по велению души. Но он прав, мне нужно больше отдыхать.

— Ир! — слышу голос от калитки, и поворачиваю голову.

Смотрю на то, как ко мне торопится Оля, держа под мышкой какую-то коробку.

— Что это у тебя? — спрашиваю.

— Купила на распродаже маленькие табуреточки. Дети на таких зубы чистят.

— Оль, — смеюсь. — Я еще даже не родила, а ты уже хочешь, чтобы они чистили несуществующие зубы?

— Знаешь, ты даже глазом моргнуть не успеешь, как мои внуки уже скажут первое слово.

Я закатываю глаза, а потом улыбаюсь.

— Спасибо.

Оля ставит коробку на деревянный настил террасы в нашем с Сережей доме и садится в соседнее садовое кресло.

— Это все, что ты ела? — спрашивает, кивая на пустую упаковку из-под чипсов.

— Так вредности захотелось, — поглаживаю живот. — Аж скулы сводило.

— Ты не голодная? Может, что-то приготовить?

— Лина Марковна тебя опередила, — смеюсь.

Моя нынешняя свекровь, как и бывшая, ведут себя, словно наседки. Кружат надо мной, следят, чтобы я ела и вовремя ложилась спать. Мама Сережи даже предлагала до родов пожить у нас, но муж запретил ей. Сказал, что она меня залюбит до смерти, пока рожу, а потом я не захочу возвращаться из роддома.

— Накормила уже? — хмыкает Оля.

— Ага. Окрошку приготовила, я наелась от пуза. Ты лучше скажи, что там Стас.