Влада Одинцова – Миллиардер для деревенской невесты (страница 5)
И вот опять это ощущение внизу живота. Как будто трепещет там все.
Сама себе приказываю не трепетать тут. Не перед кем! Да и вообще! Не заслужил! Хамло такое.
А он уже нависает надо мной, прижимая к закрытой двери бани спиной.
И такой маленькой я себя рядом с ним чувствую…
Ох, не нравится мне это ощущение, ох, не нравится.
Ни к чему хорошему такое не приводит.
А он сверлит меня своими глазищами и дышит как зверь загнанный.
Очень сексуальный, дикий, разъяренный зверь.
Ну уж нет!
Я на такое не поведусь.
Больше нет… никогда… ну, может, разочек… так только, на минуточку…
– Василиса, – хрипло рычит этот зверь. Негромко так, но мне достаточно, чтобы грудь моя и без того тяжелая, еще тяжелее стала. – Ты нарываешься.
– Что вам надо? – спрашиваю, а голос больше на мышиный писк похож. – Зачем пришли? Я не звала.
– Меня и не надо звать. Помыться пришел. В том доме негде.
– В тазике мойтесь, все так делают.
– Хватит мне выкать. Я Егор, кстати.
– Ага, – отвечаю, а сама взгляда с его лица не свожу.
Пальцы аж щекочет потребность прикоснуться к мощной груди, которая вот-вот прижмется к моей.
Но я не стану! Я же приличная девушка, а не какая-то там…
А пахнет он как…
Сажей и дымом, конечно, тоже пахнет. Но еще мужчиной и очень головокружительным парфюмом.
Говорила мне Ирка, что я долго без мужика не выдержу. Завою.
Не выла я! До сегодняшнего дня не выла. А теперь вот так отчаянно захотелось… завыть, что мочи нет.
Это все Егор этот виноват. Ходит тут полуголый. Пахнет он! Я не просила вообще-то пахнуть тут в моем дворе!
– Скажи, что я могу у тебя помыться.
Он таким голосом произносит это, что кожа покрывается мурашками.
Но я же не поведусь!
И выть не буду, нет.
– М-можете, – слегка запинаясь, произношу я.
– Где? – не сводя с меня взгляда, спрашивает гость.
– В бане. Идите… в баню.
На его лице расплывается улыбка и он чуть отстраняется.
– Спинку потрешь? – спрашивает и подмигивает, паршивец.
– Нет, – отвечаю, а сама почему-то киваю.
– Точно нет? Или все же да?
– Нет.
И опять, блин, киваю.
Нырнув под рукой, которой он уперся в дверь бани, отскакиваю от него, как от прокаженного. Сердце подскакивает к горлу и колотится там, заставляя меня вибрировать от этого грохота.
– Так а баня где? – спрашивает Егор.
– Ты как раз упираешься в нее рукой, – тычу пальцем в сторону двери и… сбегаю.
Да-да, что-то смелость моя подсдулась.
Или я просто почувствовала опасность и решила поскорее скрыться от нее.
От греха подальше.
Я же знаю, какие они – эти богатые мужчины. Помню, что они считают, будто могут купить целый мир.
Нет-нет, я это уже проходила, с меня хватит!
Пусть моется и проваливает.
Убегаю в дом, слыша смех за спиной. Пусть смеется. Мало ли, вдруг человек анекдот какой вспомнил.
Заскочив внутрь, сбрасываю сланцы и тороплюсь на кухню. У меня духовка уже давно пропищала и выключилась.
Я решаю заняться обыденными делами, чтобы не думать о том, как Егор там раздевается и голый заходит в мою баню. Как вода стекает по его каменным мышцам. Как он намыливает свой… гм… торс. Пусть будет торс.
Тряхнув головой, вынимаю из духовки противень с булочками и ставлю на подставку. Выкладываю булочки на решетку, чтобы поскорее остыли. Потом ставлю чайник и завариваю ароматный чай с травами. Это те, которые еще бабушка год назад собирала до того, как мама ее к себе забрала.
В доме витает приятный аромат выпечки и трав.
Накрываю булочки чистым полотенцем и мою противень. Потом готовлю для себя вещи в баню. Кладу сверху полотенце.
И тут меня осеняет. Егор был без полотенца и запасных вещей. Вряд ли такой, как он, наденет после бани грязную одежду. Тогда в чем он выйдет?
Сглатываю, представляя себе эту картину.
А потом медленно – как будто боюсь спугнуть сама себя – засовываю ноги в сланцы, беру полотенце и осторожно топаю к бане, будто иду по минному полю.
Я только зайду в предбанник, кину на скамейку чистое полотенце и убегу.
Только вот моим планам не суждено осуществиться. Потому что стоит мне лишь одной ногой стать в предбаннике, как Егор хватает меня за руку и затаскивает внутрь.
Глава 6
– Эй! – успеваю выкрикнуть до того, как дверь за мной закрывается. Еще и щеколда щелкает!
Как это вообще? Как он успел?
Но не это главное. А то, что сейчас мое тело прижато к распаренному, мокрому и чертовски горячему мужскому.
А еще там, внизу… ну… все нормально там. Если судить по моим ощущениям, более, чем нормально. Черт, мне с таким нельзя после перерыва в полтора года. Он же меня разорвет.
О чем я вообще думаю?!
Меня тут, может, насиловать собрались, а я о том, можно или нельзя. Маньяки не спрашивают. Даже очень сексуальные.
Поднимаю голову и давлюсь воздухом.