Влада Ночь – Ключ от всех звёзд (страница 1)
Влада Ночь
Ключ от всех звёзд
Дождь хлестал по асфальту с таким ожесточением, будто хотел смыть весь город в ливневую канализацию. Алекс, пригнув голову, нырнул в первую попавшуюся открытую дверь и оказался в лавке «Кладовая времени».
Воздух здесь был густым и неподвижным, пропахшим нафталином, старыми книгами и тайной. Пыль висела в луче света от единственной лампы под абажуром с бахромой. Алекс, стряхивая капли с куртки, машинально скользил взглядом по заваленным хламом полкам: фарфоровые пастушки с отбитыми пальцами, потускневшие самовары, стопки журналов полувековой давности…
Ничего стоящего и приметного, по мнению мужчины, тут быть не могло, но вдруг его взгляд зацепился за небольшую шкатулку, которая стояла на отдельной, резной дубовой полке, словно на пьедестале.
Эта вещица была не похожа на вычурные ларцы с инкрустацией вокруг. Простая коробочка из тёмного, почти чёрного дерева, отполированного до лёгкого матового блеска. Но поверхность шкатулки покрывали серебристые насечки – тончайшие, будто нанесённые иглой.
Под определённым углом эти хаотичные штрихи складывались в гипнотический узор: спираль, закручивающаяся внутрь самой себя, как галактика или раковина древнего моллюска.
Алекс, как зачарованный, протянул руку и взял странным образом манящий его предмет. Шкатулка оказалась неожиданно тяжёлой и тёплой, будто изнутри её согревала собственная, неизведанная этим миром энергия.
– Любопытствуете? – раздался рядом хриплый голос, и из-за стойки возник старик, лицо которого было похоже на высохшую грушу. – Восточная штуковина. Говорят, головоломка. Восемнадцатый век, не раньше. У меня лет тридцать пылится. Ни один умник не открыл.
– А что внутри? – спросил Алекс, поворачивая шкатулку в руках. Ни замочной скважины, ни щелей, ни кнопок…
– А чёрт его знает. Может, пусто. Может, прах чей-то. Если надо, то продам за смешную цену, чтобы глаза мне больше не мозолила.
Алекс, человек цифр и логики, программист, зарабатывавший на жизнь расшифровкой виртуальных лабиринтов, почувствовал вызов. Этот физический, осязаемый ребус раздражал и манил одновременно. Поэтому мужчина заплатил, не торгуясь, и удалился восвояси подальше от этого странного места.
Две недели шкатулка стояла у Алекса на рабочем столе рядом с мониторами, мерцающими строками кода, и действовала ему на нервы.
Мужчина изучал её под сильной лупой, но насечки казались абсолютно гладкими, неглубокими, и их рисунок не поддавался логике.
Он пробовал нажимать, нагревать ладонями, охлаждать кубиком льда, даже сканировал – дерево было однородным, без скрытых механизмов.
Чтобы мужчина ни делал, злосчастная шкатулка молчала, излучая тихое, почти насмешливое упрямство. И со временем она стала для него навязчивой идеей, символом непознаваемой иррациональности в его выверенном мире.
И вот однажды ночью, после очередного провала и чашки холодного кофе, Алекс сидел, тупо уставившись на спираль. Усталость, разочарование и какое-то отчаяние смешались в нём.
Теперешний горе-хозяин этой странной и, казалось бы, абсолютно бесполезной вещицы водил кончиками больших пальцев по серебристым линиям, уже не пытаясь анализировать, а просто следуя их изгибам, как дороге. Его мысли уплывали к дедлайнам, к одинокой квартире, к ощущению, что жизнь проходит мимо, утекает сквозь пальцы, как песок.
Свое следующее действие Алекс сделал почти бессознательно. Под давлением нахлынувших эмоций он с силой прижал подушечки обоих больших пальцев к двум крайним точкам спирали – к её началу и предполагаемому центру – и с лёгким усилием провернул, будто откручивал крышку на банке.
Раздался звук. Не металлический щелчок, а скорее тихий, мелодичный хрустальный звон, будто лопнул мыльный пузырь, наполненный чем-то волшебным, и тёплая волна прошла по его пальцам.
Секции шкатулки беззвучно раздвинулись по невидимым шарнирам. Изнутри хлынул не свет, а само сияние – густое, золотисто-янтарное, осязаемо тёплое. Оно наполнило комнату, отбросило на стены пляшущие тени и принесло с собой ароматы жаркого пустынного ветра, редкого дождя на раскалённых камнях и чего-то сладкого, сочного, неуловимого… как мякоть спелого персика в самый пик лета.
Алекс отпрянул, ослеплённый произошедшим. Сияние в центре комнаты сгустилось, закрутилось в вихрь, приобретая плотность и форму, а спустя несколько секунд перед ним предстала необычайной красоты девушка!
Высокая и грациозная. Её кожа отливала тёплым золотом старого мёда или полированного янтаря. Длинные, иссиня-чёрные волосы, не скованные никакой прической, тяжёлыми волнами струились по плечам и спине, будто живая тень. Черты лица – совершенные и странные одновременно: высокие скулы, прямой нос, губы полные и мягкие. Но больше всего мужчину поразили глаза незнакомки: огромные, миндалевидные, цвета самой глубокой и чистой зелени – как изумруды, в которых пойман и горит внутренний свет.
Девушка была облачена в нечто воздушное и неуловимое: синие и золотые ткани, которые не сшили, а, казалось, закрутили вокруг её тела сам ветер и свет. Они переливались при малейшем движении.
– Приветствую тебя, освободитель, – заговорила незнакомка низким мелодичным голосом. – Я – Лия. Джинн сосуда, что ты держишь в руках.
Алекс молчал. Его мозг отчаянно пытался найти рациональное объяснение: массовый гипноз, отравление угарным газом, нервный срыв, сумасшествие в конце концов… Он сжал в руках холодные края раскрытой шкатулки, будто пытаясь ухватиться за единственное доказательство существующей реальности.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.