Влад Воронов – Помеченный на удаление (страница 39)

Причин не верить ему я не нашел. Ситуация насквозь жизненная. Мои соотечественники придумали новый способ разведки и немедленно применили его против орденцев. Незатейливо выбрав самую вкусную цель – Круглый орденский остров, про который ничего не знаю даже я. А это показатель, без лишней скромности. Отправились туда. Что-то разведали. Попались.

А вот дальше начинается темный лес. Орденцы гнались за дроном-разведчиком. Дрон сообщил о самоликвидации. И тут же у орденцев разбивается вертолет.

Связаны эти два события? Скорее всего, да. Просто потеря вертолета – это неприятно, дорого, болезненно для начальства, трагично для родных и близких. Но это жизнь. Самолеты падают, корабли тонут. Каждый пилот знает, что, взлетая, может не вернуться. А вот если потеря вертолета сопровождается такой вот истерикой – скорее всего, дрон к этому причастен.

Что дальше делают орденцы? Догоняют и останавливают русский разведывательный корабль, на котором к тому моменту не осталось улик, плюс начальник экспедиции сообщает, что корабль заминирован и его взорвут при попытке захвата. И в ПРА обязательно узнают о нападении орденского военного корабля на русский военный корабль. Войны начинались и из-за меньшего. Естественно, орденцы не рискуют и отстают…

– Егор, а в момент взрыва точно не было орденцев рядом? Корабли, самолеты…

– У нас бы сразу объявили тревогу. Думаю, не было.

Интересно, почему же взорвалось? Неосторожные игры излишне бдительного начальника с взрывной машинкой вряд ли можно всерьез рассматривать. Все же Орден? Мину заложили и отошли, типа мы здесь ни при чем? Или какой-то хитрой помехой запустили систему самоликвидации корабля?

– Егор, а орденцы на ваш корабль переходили?

– Нет, расстояние было приличное, не перепрыгнуть.

– А чего ты так испугался, когда сегодня услышал передачу по радио?

– Голос. Голос того офицера, который разговаривал с нашим.

Все же орденцы. Как-то спровоцировали взрыв и теперь ловят тех, кто выжил и может об этом рассказать. За ленточкой я бы скорее на подводную лодку или противокорабельную ракету подумал…

– А ничего необычного в момент разговора двух офицеров не было?

– Ну как… Два человека перекрикиваются с идущих параллельными курсами кораблей – это само по себе не очень нормально. И еще на сторожевике звенело что-то или гудело, аж зубы заломило.

– А корабли быстро шли?

– Еле-еле, только чтобы управляться.

Ну вот картинка и сложилась. Здешние водолазы для борьбы с акулами и прочей хищной живностью специальные звуковые генераторы используют. Подавляющее большинство людей их не слышит вовсе, а у акул как раз зубы ломит. Судя по всему, орденские боевые пловцы теми же средствами пользуются. И если парень ЭТО расскажет…

Ладно, хватит голову ломать, надо о будущем думать. Что с пацаном делать? Вот привожу его на остров, сдаю местным властям. Два вопроса – и его трясут местные особисты. Этот тютя при всем желании никем прикинуться не сможет. Не знает специфики работы ни моряков, ни рыбаков. Еще за программиста сошел бы, но откуда еще один русский программист на Острове Ордена? У нас, считай, большая деревня, все всех знают. Каждое новое лицо внимание привлекает.

Хорошо, другой вариант. Не сдаю я его орденцам, поселяю у себя в подвале и прячу от людей. Вот только дома жена на сносях, гости ходят, ребенок скоро родится. Был бы девкой, я бы сказал, что нанял служанку, а этого куда?

Эх, если бы не осень… Списался бы с русскими, договорились бы встретиться в открытом море, в сотне миль от островов. Передал бы его и думать забыл. Но увы, шторма, ветра, самолеты не летают, корабли не ходят.

И еще мыслишка гложет. А кто сказал, что Егору надо возвращаться? Это только в приключенческих книжках перестроечных времен неизвестно где болтавшийся полгода спецназер и секретоносец встречает по возвращении доверие, понимание и любовь родных, близких и начальства. В реальном Советском Союзе, а в ПРА именно что СССР сейчас, застывший где-то сразу после Сталина, такого шустрого путешественника в лучшем случае ждал бы берег озера Иссык-Куль пожизненно, далекая от настоящих секретов работа и никакого служебного роста.

Адресую этот вопрос спасенному. Не в порядке вербовки и продажи родины, а просто – так ли надо возвращаться? Тот вздыхает – надо. Дома невеста ждет, должны были пожениться сразу по возвращении. Выспрашиваю подробности знакомства, а перед глазами одна книжечка интересная встает. В перестроечные времена много всякого-разного взялись печатать, в том числе и то, что раньше под грифами секретности пряталось. В частности, напечатали методичку по азам агентурной работы. Тоненькая такая книжечка, которая очень сильно тогда мою веру в людей подорвала. Ибо сразу обрели смысл странные на первый взгляд поступки многих коллег и знакомых. Улеглись по графам «втирание в доверие», «сбор компрометирующей информации» и прочим, столь же неблагозвучным.

Не стал я пацану ничего рассказывать. И про то, что таких вот покорительниц крупных городов вербовать – одно удовольствие. И про то, что проще всего втереться в доверие к человеку во время болезни, душевного кризиса и прочих неприятностей. И что ценных сотрудников надо обязательно привязывать посредством супружества или любовной связи, причем подводить к ним для этого надежных кадров без личных амбиций, зато проверенных и верных. Много о чем я думал, старый циник и параноик. Но вслух ничего не сказал – а вдруг и правда любовь у людей? Ну ведь бывает?

Да и сам я со своей женой где познакомился? То-то же. Правильно грифы на тех методичках стояли. Не нужно нормальным людям подобных знаний.

Кораблик по морю, солнце по небу. Вечер уже близко, но и Остров недалеко. Болтаем о том о сём. Точнее, парень тараторит, а я иногда нить беседы в нужное русло подправляю. Пусть болтает, пока у него отходняк после пережитого. На берегу, может, успокоится, задумается и замкнется. Пусть лучше говорит. Тем более что авиамодели и автопилоты – тема близкая и знакомая. Сам когда-то игрался, на любительском уровне, конечно, но немного в теме. Как нам в свое время не хватало такого вот Егора, свободно разбирающегося в предметной области! Пришлось самим ковыряться в учебниках, вспоминать давно и прочно забытую высшую математику… Разобрались, конечно, но сил это отняло…

Когда разговор о сходимости переходных процессов пошел на второй круг, я задал невинный на первый взгляд вопрос:

– Давай подумаем, что дальше делать.

– В смысле?

– Вот мы через пару часов добираемся до Острова. Ты сходишь на берег. У тебя с собой нет ничего – ни документов, ни денег, даже трусы чужие. Дальнейшие действия?

Паренек, видимо, настолько расслабился, что снова думать о проблемах ему не хотелось.

– Не знаю. Приду на почту, попрошу позвонить в Демидовск. Или написать. Какая-то связь здесь должна быть?

– Вот представь себе. Вторая половина двадцатого века. Холодная война. Приходит мальчик на почту в Вашингтоне и на ломаном английском просит позвонить в Москву. Как скоро им заинтересуется ФБР и упакует в камеру? А у Ордена с Русским протекторатом сейчас как раз такая холодная война.

– Так уж сразу и в камеру?

– А куда еще? Помнишь советский фильм про Буратино? «Ты, негодяй, совершил три преступления – ты беспаспортный, бездомный и безработный».

– Ладно, пойду в полицию, скажу, что меня зовут Егор Мятин и я потерял АйДи.

– Тебя спросят, откуда ты взялся на Острове.

– Ну как же? Ты меня выловил в море и привез на остров.

– Отлично. Откуда ты взялся в море? Спасся с корабля. С какого корабля? Соврать ты не сможешь, потому что не моряк, а если скажешь правду, тобой очень заинтересуются здешние спецслужбы. Очень. А когда выяснится, что ты единственный оставшийся в живых свидетель гибели русского корабля от мины, заложенной орденскими боевыми пловцами… Сам поймешь или объяснить?

– А если не ходить на остров? А прямиком рвануть в Береговой?

– Для начала, до Берегового – полторы тысячи миль. Если всю дорогу будет погода как сегодня – это четверо суток непрерывного хода. Ты не умеешь управлять яхтой, а мне надо иногда спать, поэтому получится не меньше недели. Только туда. При этом еды у нас нет совсем. И еще скоро начнутся осенние шторма, когда не ходят корабли и не летают самолеты, тогда есть реальная перспектива застрять в Береговом до весны. А мне завтра на службу.

– А нельзя как-то добраться в Демидовск… Общественным транспортом?

– Ты как туда добирался?

– Автоколонной.

– Документы проверяли?

– Много раз.

– И?

– А нельзя как-то добыть документы?

– Пойди на большую дорогу, возьми булыжник, стукни кого-нибудь по голове… Глядишь, понравится, втянешься, и ехать никуда не надо будет… Только имей в виду, местные люди резкие, и вооружен каждый второй, не считая каждого первого. Пристрелят.

– Хватит издеваться! Ты здесь местный, ты все знаешь. Как мне быть?

– Вот! Вопрос по существу. Сегодня – ничего не делать. Пробраться с моей помощью на Остров и жить тихонько, никому не попадаясь на глаза. А там видно будет.

– А как же?..

– У тебя есть предложения получше?

– Нет…

– Тогда слушайся.

Я и правда не представлял, что делать с этим забавным пареньком, волей случая оказавшимся между жерновами местной политики. Что это подстава – я не верил. Просто скормить его местным спецслужбам – как-то не по-людски. Как ему помочь – не знаю. Но обязательно придумаю. Почему взялся помогать? Трудно сказать. Возможно, он чем-то напоминал мне меня самого двадцатилетней давности…