Влад Воронов – Однокласснички (страница 60)

Первым отреагировал Михель. Когда фары выхватили из темноты разномастно одетую, но богато обвешанную смертоубийственными железками толпу, он врубил заднюю передачу и рванул обратно. И успел заскочить за угол до того, как дом на противоположной стороне улицы окутался пылью и дымом.

– Ну ни хрена себе… Ходу, ходу!

Он заехал задом в первый же проулок справа, оказавшийся тупиком. Зато удалось развернуться и удирать уже капотом вперед. Из клубов пыли позади все так же грохотали выстрелы, но улица в очередной раз свернула… Слава кривым улочкам!

Мы отъехали еще несколько кварталов, свернули за очередной угол, и Михель остановился.

– Отпускайте этих. Дальше будут только мешать.

Мы со Страйкером выгрузили незадачливых мародеров на асфальт, он махнул ножом по веревкам.

– Все, валите отсюда. Еще раз попадетесь – просто застрелю.

Мы вернулись в пикап. Михель докладывал в рацию о встреченных нами любителях стрельбы без предупреждения. Повесил тангенту, тронулся.

– Совершенно непонятно, откуда на Острове бандиты в таком количестве, но подобных групп видели уже несколько в разных местах. Вламываются в магазины, в богатые дома. Офис Банка разнесли. Нефиговый такой праздник получился…

– Ладно, это все лирика. Что делать будем?

– Есть одна идейка. Квартал назад улица давала изгиб, а до того шла почти сто метров прямо. Встаем за углом. Негодяи идут плотной группой. Подождем, пока они подойдут метров на пятьдесят, выдвигаем корму пикапа из-за угла и в два ствола гасим. Отстреливаем по одному магазину и уезжаем.

– А чтобы не так неуютно было под пулями, немного вспомним детство.

И я показал на высокую кучу песка, подпирающую стену ремонтируемого дома.

Михель понял меня с полужеста. Ловко уткнул пикап задним бортом в кучу, так что нам оставалось только ссыпать песок сверху в кузов. Благо и лопата нашлась. Отгребли песок к бортам, чтобы получился такой эрзац-окоп для стрельбы лежа. Отчекрыжили кусок тряпки, которой стройка огорожена была, кинули сверху да и поехали воевать. Вся процедура и десяти минут не заняла.

Пулеметная, блин, тачанка, все четыре колеса…

Хорошо, что мы не одни воюем. Михелю по рации о продвижении врагов сообщают, а он соответственно рулит туда, где удобно засаду организовать. Это его город, он здесь много лет прожил и каждый закоулок знает. Приехали. Встали. Страйкер из-за угла высунулся. Еще нет никого, но какой-то шум слышен. Странно, в городе такое творится, а здесь фонари горят, светло, как днем почти. До следующего перекрестка метров восемьдесят. Подпустим на пятьдесят и вдарим. Я сумку с магазинами пулеметными поближе подтащил. Менять некогда будет, но все-таки…

А шум тем временем все громче. Страйкер на четвереньки встал, смотрит за угол. Долго смотрит. Голову обратно втянул, встал, запрыгнул в кузов. И Михелю по кабине «хлоп» – пора, значит. И Михель сдает назад. Высовывает из-за угла метр кузова. Как раз столько, чтобы я из положения лежа, а Страйкер с колена, стрелять могли. Больше и нельзя, потому что дальше станут колеса видны и бензобак пикапа, а нам на нем отсюда удирать еще.

Думать уже некогда, стена дома перед глазами сменяется улицей. И народу на той улице… немало, прямо скажем. А еще народ этот как-то очень близко. Настолько близко, что впору пистолетами работать. Хотя оппоненты автоматы в руках держат и их уже в нашу сторону поворачивают.

Пора стрелять. Вон Страйкер уже начал, и я начинаю. Приклад в плечо, спуск на себя. Таррррах! И вести слева направо. Довел, остановился, смотрю. На ногах никто не стоит, но это еще не значит, что я всех поубивал. Все на землю повалились. Пока упадут, пока позицию для стрельбы лежа займут, время у меня еще есть.

Бынц-бынц-бынц! Что-то похожее я на стрельбище слышал. Звук глухой из-за песка, но узнаваемый. И вроде даже пикап дернулся. Кто это такой быстрый стрелок? Ща будет быстрый и мертвый, ага, у меня-то пулемет, атака плюс двенадцать.

Чуть приподнимаю приклад и теперь веду строчку справа налево. Попал, не попал – непонятно. Теперь еще раз слева направо. Вроде получается, какие-то ошметки летят…

Пулемет затыкается. Еще раз жму на спуск – ничего. Страйкер орет «Прячься!!!», пикап дергается, еще один глухой «бынц», и улица перед глазами снова сменяется стеной дома. Страйкер закидывает за угол две гранаты, и мы резко трогаемся, не дожидаясь результатов. За спиной грохает. Отстегиваю магазин, проверяю – пусто. Прячу в сумку. Достаю новый, режу обо что-то палец, роняю, чертыхаюсь, сую палец в рот. Кровит, но не сильно. Поднимаю упавший магазин, осматриваю. Ну ни хрена себе! Внешний край «банки» разорван и вывернут наружу. То есть пуля пробила борт кузова, слой песка, и еще хватило энергии магазин разворотить. Так себе у меня позиция оказалась…

– Перезарядился?

Это Страйкер отрывает меня от раздумий о жизни и смерти. Молча протягиваю ему изуродованную «банку», жду сочувствия и поздравления с новым днем рождения… А вот и хрен!

– Михель, у нас минус одна банка к пулемету!

И уже мне:

– Где пустая? Давай быстрее.

Отдаю ему опустошенный магазин, сам нахожу в сумке полный, проверяю – все нормально. Пристегнул, передернул затвор – к бою готов. Страйкер тем временем лихо набивает «банку». Помогаю ему, разворачивая бумажные пачки с патронами.

– По сторонам смотри!

Беру пулемет и перебираюсь вперед, на место за кабиной. Почти совсем рассвело. Пахнет гарью, пороховым дымом. Временами доносятся выстрелы, чаще одиночные, но и автоматы слышны.

Какие-то вооруженные люди перебегают дорогу и скрываются в пешеходном переулке справа. Михель останавливается, что-то твердит в рацию. Страйкер отдает мне полную банку, спрыгивает, осторожно выглядывает из-за угла. Возвращается.

– Убежали. На машине не догоним – там лестница.

– Это не наши. Попробуем перехватить с той стороны?

Михель снова крутит баранку, вворачивая пикап в лабиринт улочек. Останавливается в каком-то проулке. Маленькие домики, заборы.

– Вон там они должны выйти.

Повторяем прежнюю диспозицию. Пикап за углом. Я с пулеметом лежу в кузове. Страйкер на этот раз стоит на борту и выглядывает сверху, из-за веток дерева. Потом спускается в кузов, хлопает по кабине.

– Ты давай пошустрее сейчас, они близко совсем.

Пикап высовывается из-за угла… Едрена матрена, до врагов метров тридцать, не больше! Начинаю стрелять еще в движении. Троих срезал точно, а вот дальше пикап дернулся, и строчка уходит в небо. Ничего страшного. Приподнимаю приклад и стреляю понизу. Из упавших сделаем павших, и рикошет нам поможет.

Грохот автомата над ухом смолкает. Страйкер орет «пустой» и начинает менять магазин. Куда спешить, спрашивается? Вон они, красавцы, лежат – трое срубленных в полный рост чуть подальше, трое успевших залечь – чуть поближе. Три плюс три – это шесть. А сколько их всего было?

Откуда-то сбоку вылетает что-то маленькое и черное и летит в нашу сторону. Страйкер орет «Граната!!!» и падает на дно кузова, роняя и меня ловким рывком за плечо.

Падаю на приклад пулемета. Больно. Потом что-то грохает, ощутимо толкает в спину и по голове. Пыльным мешком стукнутый – это про меня сейчас. Тупо барахтаюсь на дне нашего эрзац-окопа, среди пыли, песка и тряпок. Наконец удается сесть. Боковым зрением вижу стоящего человека. Стоит себе и пусть стоит, вот только автомат… Блин, да он же в нас целится!

Отупение как рукой сняло. Стандартная ростовая мишень. Дальность десять. Рука дергает рукоятку пистолета, страховочный клапан с треском отстегивается, кисть разворачивает ствол в сторону мишени, одновременно палец ложится на спусковой крючок. Двойка в корпус. Тем же движением ствол на линию визирования, вторая рука подходит снизу. Двойка в голову. Пистолет в кобуру. Лязг упавшего на булыжник автомата и снова тишина.

– Неплохо для контуженного. Секунды в две уложился.

Михель, кряхтя, вылез из-за руля и оглядел поле боя.

– Ну да, семеро их и было. Один успел вон в ту щель спрятаться и гранату кинуть. Как там, без потерь?

Мы со Страйкером вылезаем из кузова. Болит, но уже не кровит подранный палец, болит ушибленный о пулемет бок, остальное вроде цело. Страйкер в полном порядке. А вот пикап – увы. Гранатой порвало правую заднюю покрышку, посекло кузов и топливный бак. Повезло, солярка просто льется, но не горит. Переходим в пехоту.

Вынул пулемет из песка, раскинул его прямо на капоте пикапа. В сумке с магазинами нашелся стандартный набор принадлежностей для чистки. Почистил ствол и механизм от песка, смазал, собрал. Мужики тем временем затрофеили целую кучу оружия и боеприпасов. Мне от одного из убитых досталось аж четыре сорокапатронных магазина. И неплохой рюкзак, с десятком обычных рожков внутри.

– Ты же знаешь, патронов бывает или очень мало, или мало, но больше не унести. А уж к пулемету…

В результате мы собрали все калашниковские магазины под семеру, которые нашли. Я сложил это великолепие в рюкзак, с треском в коленях встал, повесил на шею пулемет на ремне… И понял, что стоять я так могу, а вот идти… Пришлось Михелю взять из пикапа оружейную сумку и сгрузить туда часть боеприпасов. Со стороны наверняка смотрелось комично – один боец и два носильщика. Хотя… Была бы у Джона Рембо такая прорва патронов, хрен бы что осталось не только от плохого шерифа, но и от его полицейского участка. И слой гильз по пояс, ага.