Влад Тепеш – Старкрафтер (страница 18)
— Как ею пользоваться? — прошептал Кирсан.
«Навести на цель и нажать на триггер. Импульсная винтовка работает по принципу гауссовского ускорителя и стреляет бронебойными иглами калибра 2.8 мм. Показатель эффективности против бронезащиты высокий. Показатель эффективности против силового щита средний. Показатель убойности низкий. Рекомендуется поражать жизненно важные органы или производить большое количество выстрелов. Точность высокая. Отдача средняя. Система прицеливания включена».
Кирсан повертел винтовку в руках и заметил, что по стене бегает красный крестик, похожий на лазерный прицел. Приподнял УРР — ничего. Круто, искин показывает ему, куда наведено оружие…
— А можешь рисовать линию выстрела от дула к крестику? — прошептал Скай.
«Готово».
— Чуть ярче.
«Готово».
Прелесть, а не искин.
— Тут можно менять мощность?
«Да. Установлена средняя мощность и средняя скорострельность.»
— Этого достаточно, чтобы пробивать вражеские доспехи?
«Требуется сканирование пораженных противников».
Кирсан вернулся к убитому штурмовику и позволил искину осмотреть броню. Тот сразу же обозначил пробоины, как в маске, так и в нагруднике.
«Установленная мощность предположительно достаточна».
— Увеличить можно?
«Да, на двадцать пять и пятьдесят процентов, но скорострельность будет снижена с пятнадцати до шести и двух выстрелов в секунду соответственно».
Он прикинул, что убитая наверняка умела стрелять — два попадания в голову тому подтверждение. Сам Скай, увы, не умеет, и снижать скорострельность значит сильно уменьшать свои шансы на попадание. Тем более, что бывшая владелица ствола выставила мощность правильно.
— Не нужно.
Тут корабль снова вздрогнул, по нему прокатились отзвуки мощного взрыва. Черт, надо выбираться, и побыстрее.
— В какую сторону спасательные шлюпки?
«Показываю путь».
Следуя стрелочкам, которыми искин отмечал нужные двери, Кирсан осторожно пробрался по коридору, пару раз свернул и оказался на перекрестке. Здесь явно шел жаркий бой: тут и там плавают трупы. Два балларанца в обычной форме и один в боевом костюме, причем костюм все еще дымится, в нем практически сквозная дыра сквозь грудную клетку бойца. Брауни плавает или примагничено к полу то ли восемь, то ли десять штук.
И в этот момент сбоку послышались шаги. Кирсан оттолкнулся ногами от стены и влетел в первую попавшуюся открытую дверь. Оказалось — каюта. Свой полет он остановил рукой и шмякнулся о стену спиной — вроде шума мало произвел. Теперь за стенку — и лишь бы не нашли, лишь бы не услыхали оглушительно колотящееся сердце.
Особых иллюзий у Ская нет: ему повезет, если он сумеет хотя бы одного забрать с собой. Не научили его стрелять. Искин, конечно, суперский, но у тех, уродцев, тоже наверняка такие есть. Судя по тому, что стрельбу уже не слышно — экипаж погиб. В живых остается только Скай и, может быть, другие разрозненные выжившие. Но помочь им Кирсан не в состоянии: он не боец, даже на корабле не ориентируется. Ну и руки трясутся так, что синдром Паркинсона и близко не валялся.
Два брауни прошли мимо двери, неуклюже переставляя ноги и таща по воздуху массивный контейнер. Вероятно, за ним и пришли.
Кирсана они не заметили, так что он пропустил их и выглянул вслед. Они идут туда — а ему нужно в противоположную сторону, к шлюпкам. Брауни тащат добычу, надо думать, туда, где пристыковано их транспортное средство, есть шанс, это значит, что в другой стороне нападающих может быть меньше.
Была мысль пострелять уродам в спину — но глупость это. Даже если он ухандохает обоих и стрельбу никто не услышит — у их командира вполне может быть средство наблюдения за подчиненными. На Земле такое в порядке вещей, а тут тем более. Заметит гибель двоих — и поймет, что на корабле еще не все убиты.
Выждав, пока уродливые фигуры скроются за поворотом, Скай двинулся дальше. Винтовку повесил через плечо, потому что с ней в руке сложно летать, тормозить и цепляться за углы и выступы. Невесомость хороша тем, что можно пролететь по длинному коридору, не издав ни звука, но сложно тормозить в самом конце маршрута.
Далее на пути — лифт, только вот беда: нет энергии.
— Есть обходной путь по ступенькам? — шепотом спросил Кирсан.
«Есть, но через шахту лифтанамного быстрее. В кабине лифта есть люки в полу и потолке, открываются с любой стороны».
Он открыл вручную дверь шахты, вращая рукоятку, благо, механизм не скрипит. В шахте пусто, лифт в дальнем конце, а ему — в противоположную сторону. Хоть что-то получилось просто.
Скай повертел ручку и открыл дверь шахты. Выглянул и сразу увидел часового на перекрестке сбоку. Хорошо, тот смотрит не в сторону лифта. Так, часовой слева, Кирсану прямо. Он добрался до стены шахты и оттолкнулся ногами. Ну, хоть бы часовой не оглянулся!
Пронесло: пролет Ская прошел незамеченным, и вот уже он почти у цели. Так, тут тормознуть, выглянуть — никого. И вон уже галерея с посадочными шлюзовыми дверями.
Кирсан попытался забраться в ближайшую — закрыто.
«Капсула, предположительно, улетела», сообщил искин, «окно в шлюзе непроницаемо, проверить нельзя, но система устроена так, что если капсула улетела — дверь в пустую ячейку блокируется».
Кирсан двинулся по галерее: закрыто, закрыто, закрыто…
И тут впереди послышался топот большого количества ног. Идут, а Скай как раз посреди коридора висит…
Но тут подвернулась открытая дверь — и он сиганул туда, не глядя.
А в следующий момент Кирсан осознал, что спрятался от волков в медвежьей берлоге.
Помещение, в котором он оказался, было чем-то вроде комнаты для персонала или диспетчерской, и именно сквозь нее проникли на корабль пришельцы. Что-то вроде массивной двухметровой трубы пробило борт корабля в этом месте и выпустило по бокам состав, заклеивший щели, а затем через открывшуюся трубу пробрались нападающие.
И можно не сомневаться, что топающие по коридору пришельцы идут именно сюда!
У Ская остались считанные секунды, и от успел спрятаться у самого входа, в шкафу с какими-то инструментами. К счастью, там хватило места для него.
Кирсан затаился, оставив себе тонкую щелочку, чтобы смотреть.
В комнату поперли брауни, дверка в трубу открылась по принципу диафрагмы, и пришельцы пошли внутрь один за другим. Первый, второй, третий, пятый, десятый… Всего штук тридцать, и вон, наконец, в комнату входят последние полтора десятка, за ними никого нет.
Хм… они просто уйдут? Так просто? Но они же наверняка заминировали корабль, нет? Или…
И тут Кирсан с ужасом понял, что ему не суждено узнать это. Вот прямо сейчас последние враги зайдут в трубу, диафрагма закроется, а затем нападающий корабль просто вытащит свой шлюз из борта жертвы…
…И оставит в нем дыру, через которую Ская просто выдует в открытый космос без скафандра. Ну или не выдует, но воздух уйдет — и привет в любом случае.
Самое страшное — осознавать скорый конец и понимать, что выхода нет. Обесточенный корабль, возможно, имеет независимые системы для аварийного срабатывания при разгерметизации, типа датчика давления, который лопает и замыкает аккумулятор мотора, захлопывающего гермодверь. Только до гермодвери надо еще добежать или долететь. Если он вылезет из шкафа сейчас — брауни обернутся и убьют его. Если ждать, пока выйдет последний — уже не останется времени на спасение.
Оцепенев от ужаса, Кирсан наблюдал, как вместе с чужаками уходят последние секунды его жизни. Вот в трубу входит восьмой — осталось семь. За ним седьмой — осталось шесть…
И тут в нем закипел гнев. Эти ублюдки просто уйдут и будут жить, а Кирсан останется и погибнет мучительной смертью от декомпрессии⁈
Ну уж нет! Сам погибай — и врага с собой забирай! Терять уже нечего, осталось только продать жизнь подороже.
Кирсан открыл дверцу стволом «кароносца», навел крестик на спину последнего врага и нажал на триггер.
Щелк-щелк-щелк-щелк-щелк! Винтовка заработала, выплевывая иглу за иглой. Последний брауни задергался, когда тонкие стальные стержни пробили его костюм, Кирсан навел прицел на того, что рядом.
Щелк-щелк-щелк-щелк-щелк!
Враги поняли, что их расстреливают в упор, только когда умер второй. Третий и четвертый развернулись, шестой бросился в трубу — но преимущество на стороне Ская. Он умудрился всадить несколько игл в третьего, повел стволом в сторону, не отпуская триггер, и иглы настигли шестого прямо в трубе. Кирсан ведет стволом дальше направо и успевает убить четвертого до того, как тот вскинет свой пулемет.
Тут на корабле-пирате поняли, что дело неладно, и просто закрыли шлюз, оставив последнего, пятого, за бортом. Тот, понимая, что его бросили, в отчаянии заколотил по диафрагме шлюза, и это получилось у него очень по-человечески.
Кирсан выждал, пока брауни обернется. Немая сцена: он смотрит на пришельца, словно пытаясь разглядеть за лицевой маской его глаза, пришелец смотрит в глаза Скаю и в тоненькое дуло его винтовки. Должно быть, брауни сейчас чувствует то же самое отчаяние, что и Кирсан: они оба доживают свои последние секунды.
И как раз поэтому Скай не стреляет: пусть и этот ублюдок помучается столько же, сколько и он сам.
Скрежет и шипение: труба шлюза начинает выходить из пролома, помещение разгерметизировано, воздух устремляется сквозь щели в космос, искин верещит о критическом снижении давления. Скай открывает огонь и еще успевает увидеть струйки воздуха, выходящие из пробитого костюма извивающегося врага, а затем понимает, что вдохнуть уже нечего. Из горла летят капельки крови: обширное кровоизлияние в легких. Острая, невыносимая резь в глазах — а затем все чернеет.