Влад Тарханов – Коронованный судьбой (страница 14)
— Петр Карагеоргиевич. С четырнадцати лет жил за границей Сербии. Военное образование получил во Франции, служил в Иностранном легионе. Участник франко-прусской войны, Боснийско-Герцоговинского восстания, отметился в сербско-турецкой и русско-турецкой войнах. Был огульно осужден Миланом Обреновичем по обвинению в государственной измене. Заочно приговорен к смертной казни. Имел проавстрийскую ориентацию. Под влиянием тестя, черногорского князя, взял курс на сближение с Россией. Поддерживается рядом офицеров и крупных промышленников. Черногорский владыка Никола Петрович активно вербовал сторонников Петра в Сербии, выделил для этого немалую сумму денег. Мы пока что в данный конфликт не вмешивались. Опора оппозиции в лице Петра Карагеоргиевича — это националистически настроенное офицерство. «Чёрная рука» пока еще не создана — Драгутин Димитриевич слишком молод, но около него уже крутятся националистически настроенные офицеры, существует небольшой кружок патриотической направленности с явными идеями «Великой Сербии». Скажу откровенно, задрали меня эти националисты. Практически в каждой стране сейчас наблюдается всплеск этих идей «мы самые крутые, круче нас только вареные яйца». — невесело пошутил под конец доклада Полковников.
— К сожалению, эту тенденцию мы никак не можем купировать. Идея национальной самости — это идея простенькая, в чем-то и примитивная, но действует она на обывателя безотказно. Приятно осознавать свою принадлежность не к какому-то захудалому королевству, а к великой нации. Вот только величие дутое — практически у всех. Но это закономерный противовес идеи интернационализма, причем не пролетарского, а аристократического. Заметь, что аристократы из разных стран свободно переезжали из страны в страну. Становились под знамена то одного, то другого монарха и никто не считал это предательством. Норма вещей, что датчанин становится начальником Большого Генерального штаба Германии. Один немец служит русскому монарху, другой — австрийскому. Многие государства появляются в итоге не союзного гражданского договора, а вассалитета к власти конкретной династии! И на этом фоне оформляются национальные, точнее, преимущественно мононациональные государства. Особенно бурно этот процесс идет на Балканах, откуда удалось подвинуть Османскую империю. Так что мы с этого пирога еще наедимся, вдосталь! Главный вопрос: насколько заговор по свержению Обреновичей созрел, и стоит ли нам вписаться в эту замятню? Поддержка Сербии слишком дорого обошлась России в ТОЙ реальности. Нужно ли нам это? Судя по твоему докладу, что Обреновичи, что Карагеоргиевичи — они стремятся только использовать нас в собственных интересах. Нужно ли нам это? Насколько для России важно сохранять свое влияние на Балканах? Вот в чем вопрос!
— Влияние на Балканах нам необходимо. Но я считаю, что пока что нам Болгарии достаточно. Не надо стараться охватить все. Достаточно кушать слона маленькими кусочками.
— Да, Пёт Фёдырыч, аппетиты у вас — подавай слона на ужин! — пошутил Сандро.
— Каков я, таков и аппетит! — заявил Полковников и выдвинул нижнюю тяжелую челюсть поелику, возможно, вперед. Дурость аристократической Австрии во всей красе предстала пред Сандро, который грустно на это усмехнулся.
— Паяц вы, Ваше Превосходительство! — заметил император.
— Сами много лучше? –отпарировал собеседник государя. И тут же перешел от шутливого тона на деловой.
— Мне кажется, лучшей стратегией станет оказание помощи перевороту, к Петру будем приглядываться, потенциал у него, как правителя, имеется. Но влезать в Сербские дела по самые ляжки не будем. Пусть учатся сами выкарабкиваться из своего же дерьма. Можно отправить к ним небольшую группу консультантов, советников. Но это уже как пойдет. Потому как пояс — Молдова-Болгария-Сербия-Черногория очень может не понравится европейским так называемым «партнерам». Как бы противу нас опять коалицию не стали сбивать. Пока что против всей Еуропы мы не выстоим.
— Надеюсь, что пока что. Сам видишь, нам противостояния с этим, слишком уж цивилизованным миром не избежать. И надо, чтобы это противостояние проходило на наших условиях, а не наоборот. Кстати, там к Шикельгруберу присматриваются?
— Обязательно. Такой себе активный мальчик растет. Конечно, ресурсы на это тратятся, но тут экономить не надо. Пусть все идет, как идет. Может, никогда он не всплывет, посмотрим. А если начнет мелькать, то очень интересно, кто его будет на плаву поддерживать. Хорошо, по Сербии мы решили. Разрешаю оказать им негласную помощь. И финансовую — прежде всего! Продумать надо — может быть, есть смысл опутать Белград кредитами? Но что-то не хочется, если честно. Знаю я этих балканцев, деньги возьмут, а потом предадут. Или будут делать вид, что нам помогают. Но так… в меру, чтобы не надорваться.
— Помогать или делать вид? — уточнил Полковников.
— Делать вид, конечно же, ты что, не хватает еще шевелиться! Там, на югах, с шевелениями не сильно торопятся.
— Так что, Александр Михайлович, с Богом?
— С Богом!
[1] На старославянском «Куда ты идешь, Господи?» фраза принадлежит апостолу Петру.
Глава двенадцатая
Убийство в Белграде
Глава двенадцатая
Убийство в Белграде
Королевство Сербия. Белград
3 октября 1895 года
Ни один государственный переворот не обходится без крови. К изменению структуры власти в королевстве Сербия готовились тщательно, тем более что у заговорщиков появились «добровольные помощники» из-за бугра. И не надо думать, что спецслужбы королевства совсем-совсем ничего не подозревали. Еще как подозревали, а у сербской тайной полиции в среде заговорщиков (но не в руководстве) были свои агенты. Но тут заговорщики сумели обыграть и короля, и его папашу и многих других не заинтересованных в смене власти лиц. Среди руководства заговора как раз оказались и несколько высших полицейских руководителей, и первый заместитель начальника полиции Белграда, да и сам руководитель Полиции Безопасности Сербии, полковник Драган Викчич состоял в числе основных сторонников мятежа. Самым сложным было обеспечить безопасное прибытие в страну нового короля. Всё дело в том, что единственной силой, которая могла бы помешать успешному перевороту оказывалась австрийская разведка, которая чувствовала себя на землях Сербского королевства более чем комфортно.
Ситуация противостояния Обреновичей и Карагеоргиевичей для королевства Сербского была чем-то вроде семейного проклятия. Два самых влиятельных рода стремительно меняли покровителей, стараясь набрать больше политического веса, постоянно колеблясь между близкой географически Австрией и близкой по духу Россией. И ту, и другую они старались использовать для своих благ, но и их использовали в своих целях не самые чистоплотные политики. В общем, все было сообразно современным традициям. Но, самое главное, постоянно лилась кровь. Ни одна корона в Сербии не держалась на голове своего владетеля крепко и основательно. Более всего правитель вынужден беспокоиться о собственной безопасности. В монархов стреляли, резали, взрывали. Не только в монархов, но и вообще влиятельных лиц рода. Очень долго Российская империя не вмешивалась во внтурисербские разборки. В первую очередь, как историк, попаданец в Сандро прекрасно помнил, что спусковым крючком мировой войны стал как раз сербский узел.
Именно поэтому Полковников, как руководитель внешней разведки, получил задачу не только привести к власти Карагеоргиевича, что непременно переведет вектор местной политики с проавстрийского на прорусский, но и присмотреть за молодыми офицерами, которые через пару лет сгруппируются вокруг Драгутина Дмитриевича и организуют тайное общество «Чёрная рука», стараниями которого и пристрелят эрцгерцога Франса-Фердинанда. Сейчас Дмитриевич, уже получивший прозвище «Апис» за силу и поистине бычью стать, учится в низшей школе Белградской военной академии.
И именно это учебное заведение стало, почему-то, центром заговора. Впрочем, чему тут удивляться? В ней учатся сливки местной элиты, настоящей, те семьи, кто определяет власть и устремления страны — это их дети, их будущее. И это будущее только с оружием в руках! Иначе тут, на Балканах, невозможно! Слабых съедают. Сколько тут правили бал османы? Они приучили местных — пока ты вооружен и сопротивляешься — тебя будут уважать. С тобой будут иметь дело! Со слабым никто считаться не будут, слабых — вырезают! Не надо искать правых и виноватых! Прав тот, кто выстрелил первым и попал!
Всю осень в академии слишком бурно протекали занятия. Нет. не по тактике или военному делу, а… по слову Божиему. Ибо к делу свержения проавстрийской (следовательно, прокатолической) монархии подключилась та сила, которая действует на сердца и лишь после на умы своих прихожан — церковь! А что случается, если священники промывают самым нужным образом молодые горячие головы? Правильно — управляемое (как кажется кому-то) насилие. И вектор его направлен на правящую династию… Правда, назвать это династией… несколько преждевременно. Из Обреновичей только что сын сменил отца — вот и вся династия. Никакой традиции, освященной веками плюс престиж монархии весьма пошатнулся из-за методов правления и сближения с ненавистной Австро-венгерской империей.