Влад Радин – Беглец. Бегство в СССР. Часть 2 (страница 6)

— Плевать! Понимаешь, мне плевать на это! — произнеся это Бирута буквально подскочила на месте,- когда мы приступим? Учти послезавтра мне надо явится в больницу. Я готова приступить немедленно. Всё равно врачи не дают мне ни единого шанса. Понимаешь ни единого! А если ты дашь хотя бы десять из ста, то я…

— Успокойся. А то на нас и так уже оглядываются. Сколько шансов я, честно говоря не ведаю. Может десять, а может пятьдесят. Я это говорю к тому, что бы ты была готова к возможной не удаче. Поняла меня?

В ответ девушка лишь махнула рукой.

— Так когда?

Я подумал и сказал ей:

— Завтра. Скажем в двенадцать часов. Тебя устроит это время?

Глава 4

Сказать то я сказал, и при этом весьма уверенным тоном, но всё же в тот момент, когда я произносил эти слова в моей душе, что-то ёкнуло. Завтра мне предстояло принять на себя тяжелейшую ответственность, ответственность за человеческую жизнь. Как ни крути, с этой минуты, я становился для Озолс единственной надеждой на спасение. Мне невозможно было представить, что произойдёт с ней если эта надежда окажется ложной. От осознания меры этой ответственности у меня пробегал холодок по спине.

Но назвался груздем полезай в кузов. Я ещё раз напомнил Бируте о, что её визитах ко мне не должна знать ни единая душа. Получив горячие заверения в этом я ещё немного поговорил с девушкой, а потом отпустил её восвояси, сославшись на неотложные дела. Бирута на прощания как- то застенчиво, чмокнула меня в щёку и поднявшись с лавки, прихрамывая пошла прочь. А мне оставалось только одно. Вернувшись к себе в номер готовится к моему первому сеансу лечения меланомы, который должен был состоятся завтра в двенадцать часов. Вспоминая всё то, чему успел научить меня за минувшие две недели мой родной прадед.

В конце концов я почувствовал, что от размышлений у меня, как говорится, голова готова пойти кругом. Посмотрев на часы я присвистнул. Было самое время для ужина. О чём немедленно напомнил и мой желудок.

Я спустился вниз в ресторан. Войдя в зал я начал осматриваться в поисках свободного местечка, и тут же мой взгляд наткнулся на симпатичную блондинку, что явно мне строила глазки ещё днём. Она в гордом одиночестве сидела одна за столиком неподалёку от меня. Подумав я двинулся по направлению к ней.

Подойдя к столику я спросил её любезным тоном:

— Свободно?

— Да, да, конечно свободно,- ответила мне блондинка и стрельнула глазами.

— А грудь то у неё на твёрдую четвёрку,- подумал я,- надо бы развлечься с этой феминой. Тем более, как видно она и сама не против. Что это у неё на пальце? Обручальное кольцо? Ну ничего. Из своего опыта я знаю, что к развлечениям подобного рода замужние дамы склонны не меньше чем не замужние.

— Андрей,- представился я усаживаясь на стул по удобнее.

— Татьяна,- несколько манерно ответила мне блондинка.

— В командировке?- спросил я её.

— Да.- ответила мне Татьяна,- уже который день,- честно говоря уже порядком здесь всё надоело. Хотя и Москва, а скука здесь страшная. А вы тоже командировочный?

— В некотором роде. Вы откуда?

— Из Ярославля.

— О! Интересно! А почему вы не окаете?

— А почему я должна окать?

— Ну не знаю. Мне всегда казалось, что волжане все окают. Как Максим Горький. А вы вот не окаете.

Татьяна рассмеялась в ответ.

— Распространённое заблуждение,- сказала она мне в ответ,- далеко не все волжане окают. По крайней мере в наше время. Нет в деревнях наверное окает большинство, а в городах уже нет. А вы бывали в Ярославле?

— Нет. К сожалению не доводилось,- о своей поездке в этот город, случившейся в 2010 году я благоразумно умолчал.

Рано утром я тихо оделся и также тихо покинул номер Татьяны, которая ещё спала,накрывшись с головой одеялом. Так же тихо я прошёл по коридору и поднявшись на свой этаж, подошёл к двери своего номера, тихо открыл его и вошёл во внутрь. Время отведённое на развлечения всякого рода закончилось. Сегодня мне предстояло сдавать очень сложный и ответственный экзамен.

Бирута подошла ко входу в гостиницу без четверти двенадцать. Ещё издалека я заметил её прихрамывающую фигуру. Когда девушка подошла ко мне, я поразился какое измученное и бесконечно усталое у неё лицо.

— Что так плохо? — поздоровавшись спросил я её.

— Бывает и хуже,- ответила она мне.

— У тебя такой вид будто бы ты не спала всю ночь.

— А я и не спала. Нога болит. С каждым днём всё сильнее.

Услышав это я лишь покачал головой.

— Ну ладно пошли,- сказал я ей.

Когда мы оказались в моём номере я сразу же уложил Бируту на кровать, и сказал ей:

— Снимай носок с левой ноги.

Бирута послушно выполнила моё приказание. Я вытащил из кармана перстень и надел его на палец ( он вновь сел на него безо всяких проблем, как влитой), Озолс увидев перстень с любопытством в голосе спросила:

— Ой, а, что это у тебя за перстень? Старинный?

— Бирута, не задавай лишних вопросов. По крайней мере сейчас. Все вопросы и ответы на них потом. Хорошо?

— Ой, прости меня! Молчу, молчу.

Я пододвинул стул к кровати, взял в руки левую ногу девушки, вгляделся в зловещее чёрное пятно и положил руку на палец которой был надет перстень прямо на него, и закрыл глаза. Сделав это я стал прислушиваться к себе. Сначала я ничего не ощущал, но вскоре почувствовал знакомое покалывание в кончиках пальцев. С каждой секундой оно становилось всё сильнее и сильнее, вот уже закололо всю кисть, а затем волна иголочек прокатилась до самого плеча. Одновременно кончики моих пальцев ощутили всё возрастающий жар в них. Он становился всё сильнее и сильнее и у меня на миг возникло ощущение, что я прикасаюсь к горячему не успевшему остыть чайнику.

Опухоль как жерло чёрного вулкана. Только вместо камней и магмы она выбрасывает наружу тысячи и миллионы дефектных клеток. Эти клетки попадая в кровяное русло разносятся по всему организму, цепляются за органы и ткани, образуя многочисленные колонии в них. Эти клетки движутся непрерывным страшным, чёрным потоком. Их так много, что я ничего не могу сделать с ними. Я могу обезвредить сто, тысячу таких клеток, но на место обезвреженных мною появляются десять, сто тысяч новых. Это непрерывный чёрный поток расползающийся во все стороны от матери- опухоли.

— Андрей! Андрей, что с тобой? — донёсся до меня, словно издалека голос Бируты,- Андрей ты слышишь меня?

— Заткнись,- произнёс я сквозь зубы,- заткнись и не мешай.

Бирута испуганно затихла. Я слышал только её шумное и взволнованное дыхание. Мой слух уловил звук работающего где-то на улице, автомобильного мотора. Я вновь попытался собрать воедино ускользнувшее от возгласа Бируты своё внимание.

Иммунная система организма не распознаёт эти клетки. Они свободно проскакивают через все барьеры которые воздвигает она на их пути и продолжают свой страшный путь. Я не могу справится с этим потоком, не может справится с ним и сам организм. Что же делать? А если попробовать воздействовать на иммунную систему так, что бы она стала распознавать эти клетки, и уничтожать их. Надо попробовать! Тогда вокруг жерла чёрного вулкана возникнет сжимающееся кольцо, которое рано или поздно- сожмёт, раздавит и его самого. Надо попробовать. Это единственный выход!

Я вдруг почувствовал, что обе моих руки пылают буквально нестерпимой болью. Пальцам стало больно так, как будто я прикоснулся к раскалённому до красна куску металла. Я отдёрнул руки и открыл глаза. Первое, что я увидел, это были расширенные от страха глаза Озолс.

— Андрей, Андрюша! С тобой всё в порядке?- спросила она дрожащим голосом.

— Нормально, кхе,- ответил ей я. Вернее попытался ответить, поскольку мой рот совершенно пересох и высохший язык цепляясь за десны и небо издавал какой-то шуршащий, будто лист бумаги, звук. Поэтому моя речь была крайне невнятной, её с трудом понимал даже я сам.

Встав со стула ( и ощутив приступ дурноты) я подошёл к бару, взял в руки бутылку «Нарзана», сорвал пробку и буквально в два глотка выпил почти половину содержащейся в ней минералки. Оторвавшись от горлышка я произнёс- «уф» и с бутылкой в руке рухнул обратно на стул.

— Ну, что? Получилось?- услышал я дрожащий голос Бируты.

— Слушай.- обратился я к неё,- в следующий раз, если будешь мешать, выгоню вон. Поняла? Я сколько раз говорил тебе, что бы ты рот не открывала, когда я дело делаю. А ты, что?

— Ой, прости, Андрюшенька, прости меня. Не сдержалась. У тебя такой вид был. Ну очень страшный. Весь бледный. Я и не сдержалась.

— Не сдержалась она,- ворчливо повторил я,- всё на сегодня сеанс окончен. Завтра в это же время. Смотри не опаздывай.

Бирута соскочила с кровати, одела носок на больную ногу и стала обуваться, я посмотрел на неё и добавил:

— Не знаю…Не уверен. Но кажется я понял, как тебя можно вылечить.

Как только девушка покинула мой номер, как я без сил рухнул на свою постель и почти мгновенно заснул. Проснулся уже поздно вечером и сразу же почувствовал приступ прямо таки волчьего голода. Быстро поднявшись, я оделся, наспех умылся и пошатываясь от слабости пошёл в ресторан.

Татьяна сидела всё за тем же столиком и всё так же в одиночестве. Увидев меня она приветственно замахала мне рукой.

— Ой, Андрей! А, что ты такой бледный? — спросила она меня встревоженным голосом, когда я подошёл поближе,- ты часом не заболел?