Влад Радин – Беглец. Бегство в СССР. Часть 1 (страница 2)

Но разговаривать с человеком, вполне свободно можно, не зная ни его имени и отчества, и поэтому не откладывая дела в долгий ящик, я сразу же спросил:

— Здравствуйте! А я не могу увидеть Ирину? Ну или хотя бы узнать, где она может находится.

— Так это…Ирка который уже год живёт на съемной квартире с Егором. Там и ищи её. Адрес то знаешь?

— Знаю, знаю. Конечно знаю. Только вот нет там никого. Никто не открывает. И по телефону ни Егор, ни Ирина не отвечают.

— А-а-а. Так это…пропала Ирка. Три дня как пропала. Она заходила ко мне намедни. Я чуть приболела, и она заходила. Ну я ей денег дала, что бы она мне продуктов и лекарств купила, она взяла их, ушла, и всё с концами! Три дня как её нет! И не денег, ни продуктов! А мне вчера мать Егора звонила, про Ирку тоже всё спрашивала. Ну я её тоже, что и тебе сказала. И по телефону она не отвечает. Не знаю, что и думать! У меня уж деньги почти закончились. А ты не знаешь где она?

Я хотел было по подробнее расспросить женщину об обстоятельствах исчезновения её дочери, но окинув её ещё раз своим взглядом понял, что вряд ли разживусь у неё какой — либо новой информацией. Попрощавшись с ней, я вышел было из квартиры, но в вернулся в самый последний момент, залез в бумажник, вытащил из него купюру достоинством в тысячу рублей и сунул её ей в руки.

В последующие четыре дня никаких сведений ни о Егоре, ни о его сожительнице так и не поступило. Я регулярно звонил Любови Владимировне ( один раз даже зашёл к ней домой), но ничего утешительного так и не узнал. По словам матери Егора полиция так же не проявляла видимой активности в поисках её пропавшего сына. Так за всё это время никто не опрашивал её и вообще возникало полное впечатление, что заявление об исчезновении её сына, словно бы кануло куда то. Заходил я снова и к матери Ирины, но на этот раз мне никто не открыл дверь, не смотря на то, что я долго звонил и стучал в неё. Естественно, что то узнать в самом банке мне не представлялось возможным. Однако все мои недоумения полностью развеялись на пятый день, спустя почти полторы недели после загадочного исчезновения моего друга.

Вечером, после окончания своей очередной рабочей смены, при выходе из здания банка, ко мне подошли двое молодцев ( я знал их обоих, по крайней мере в лицо, они оба трудились в службе безопасности) и вежливым тоном предложили проехать с ними.

— А собственно, куда и зачем? — начал было я, но меня мигом схватили, что называется «под белы рученьки» и тут же запихали в стоящий у тротуара «джип».

Я попытался было оказать сопротивление, но схватившие меня ребята оказались не промах, я тут же получил пару очень приличных тычков под рёбра, а когда оказался на заднем сиденье джипа на моих запястьях защелкнулись наручники. Мне стало ясно, что схватили меня по поручению какого то весьма серьёзного человека и поэтому благоразумнее всего не ерепенится и не оказывать сопротивления, пока во всяком случае не останется никакого иного выбора. О моих реальных возможностях, к счастью не знал почти никто ( вернее никто, так как даже Егор знал о них очень и очень не много).

После долгого и нудного пути ( а каким ещё может быть путешествие по московским пробкам да ещё в то время, когда этих пробок, на дорогах, самый максимум), мы оказались наконец в типичном спальном районе. Попетляв немного по его улицам и закоулкам, джип на заднем сиденье, которого, находился я, в наручниках и зажатый по бокам двумя молодцами, въехал во двор панельной девятиэтажки, и затормозил вблизи одного её подъездов. Как только мотор джипа заглох, меня мигом вытащили из машины, буквально втащили в подъезд и не прошло и минуты, как я оказался в одной из комнат квартиры на третьем этаже. Здесь меня усадили на стул ( предварительно заведя мои руки за его спинку и вновь сковав их наручниками) и оставили одного. Впрочем пребывал я одиночестве не долго. Вскоре раздались шаги и в комнату вошёл истинный владелец банка «Святогор» генерал — лейтенант ФСБ Борис Алексеевич Медведев.

— Ну так, что скажешь мне, Соломатов?- произнёс Медведев не сводя с меня своего пристального взгляда,- не молчи. Придумай, хоть, что — ни будь! Придумай, а я послушаю.

— А, что я могу придумать? — ответил я ему,- о том, что Егор как вы выражаетесь «обнёс» банк я узнал только, что и только от вас. А если это так, то зачем я ему мог понадобится? Я не знаток всех этих ваших финансовых схем и интернет — технологий при помощи которых за пару секунд с одного, на другой счёт можно без проблем перебросить пару- тройку сотен миллионов. Да при этом ещё так всё запутать, что эти деньги невозможно было потом найти. Я рядовой охранник. Во всей этой вашей финансовой интернет — премудрости я ни черта не понимаю. А раз так, а это именно так, то я не понимаю зачем я мог понадобится Егору, в таком деликатном деле? Он же не собирался по старинке из окна на верёвочке сейф с деньгами спустить. Моя грубая физическая сила ему была без надобности. И не требовалось ему посвящать меня в свой замысел. Именно исходя из элементарной предосторожности. А вдруг, я его начальству заложу, или случайно проболтаюсь где- ни будь. Да мало ли вариантов утечки информации! Нет, в такие замыслы друзей не посвящают. Особенно, если от них не предвидится никакой ощутимой помощи. Уж вы то должны это понимать.

— То есть то, что твой друг со своей бабой, исчез никого не предупредив, ты не знал?

— Почему не знал? Знал. Ко мне за помощью его мать обратилась. Сказала, что Егора три дня как нет, нет и Ирины, их телефоны не отвечают, а в полиции брать заявление о пропаже её сына отказываются. Вот я и решил помочь.

— То есть тот факт, что твой дружок исчез ты узнал только от его матери? Правильно я тебя понял? Я так понимаю, что вот вы с Савельевым друзья не разлей вода, но при этом не звоните друг другу по несколько дней и никак не общаетесь. Как то всё это странно? Не находишь?

— Не нахожу. Егор занятой человек и не каждый день может уделить время для общения со мной. Всё — таки, как я понимаю, свободного времени у заместителя начальника валютного отдела, будет поменьше чем у меня, рядового охранника. Кроме того у него имеется женщина. Они с Ириной кстати собирались поженится в самое ближайшее время. А женщины это существа такие, что сколько не удели им времени им всё мало будет. Так, что в последнее время, мы часто по несколько дней не созванивались. А общались ещё меньше.

Произнеся имя Ирины, я не удержался и поморщился. По моему с тех пор ( уже два года как) у Егора завязались прочные отношения с этой особой всё у него пошло как — то наперекосяк. Его пассия оказалась весьма ловкой интриганкой и постепенно сумела поссорить Егора почти со всеми его друзьями и приятелями. И наши с ним отношения в последнее время уже висели, что называется «на ниточке». Я и Ирина испытывали явную неприязнь по отношению к друг другу, и поэтому я старался, как можно реже встречаться с ней. Нет, конечно мне было известно то, что женщины, как правило очень ревнуют своих мужчин к их друзьям и даже зачастую к родственникам. Но Ирина в этой своей ревности была, на мой взгляд, какой то уникум. По моему она задалась одной — единственной целью, полностью лишить Егора всех его дружеских связей и привязанностей.

В довершении всего мне стало известно ( из редких и скупых высказываний моего друга), его пассия была очень не довольна размером его заработка. Сама Ирина при этом не рвалась работать ( она работала лишь время от времени,и очень не долго), но желала иметь при этом как говорится «всё и сразу». А поскольку у неё самой не было не трудолюбия и не сколько ни будь приличного образования и профессии, то удовлетворять её «хотелки» должен был Егор, которого она, кроме всего прочего стремилась как можно более надёжно изолировать от старых друзей и приятелей ( по словам Егора, Ирина была не довольна даже его общением с собственной матерью). Так, что если Егор и решился на какую то аферу, то не трудно было предположить, что инициатором и застрельщиком всего этого могла быть только она. Которой вечно не хватало всего: — денег, шмоток, походов в ресторан и всего того, что называется «красивой жизнью». А жадность и ненасытность, сочетались в ней, с очень большой ( прямо таки огромной) завистливостью. В общем судя по всему, мой друг пошёл на поводу у своей сожительницы и похоже влип, в очень крупные неприятности.

Глава 2

Медведев закурил сигарету, со смаком затянулся и откинувшись на спинку стула, выпустил вверх струйку дыма.

— А я, смотрю, что ты, Соломатов, не любишь эту самую Ирину. Не любишь! Вон, как рожа у тебя скривилась, когда я о ней заговорил.

— А, что мне её любить? Мне с ней не спать. Это её Егор выбрал, а не я. Кстати, нельзя ли с меня снять эти оковы? Или вы, товарищ генерал — лейтенант, боитесь меня? Ну я хоть парень и крепкий, но вполне себе благоразумный. Бросаться на вас не собираюсь. Смысла не вижу.

Медведев внимательно посмотрел на меня, словно оценивая мои физические кондиции ( знал бы он о моих действительных возможностях!) и мои возможные замыслы и крикнул:

— Хижняк!

В комнату вошёл один из тех молодцев, что привёз меня сюда, на свидание с генерал- лейтенантом. Медведев коротко бросил ему: