Утром, проснувшись в мучительно тяжком похмелье, я кое-как поднялся, напялил на себя треники, и пошатываясь двинулся на кухню попить помидорного рассола. Нюся готовила завтрак. Из магнитолы доносилась неизвестная мне песня утончённой бардовской стилистики. Объёмный женский голос проникновенно пел «Ангел, ангел, ангел…». Нюся с укором посмотрела на меня, и неожиданно, смущённо улыбнувшись, сказала:
«Спасибо за кассету, Стёп! Так ты мне вчера и не сказал, проказник, где ты её выцепил».
«Какая кассета, Нюсь? – хотел спросить я, но тут же вспомнил, – Ах, да! Кассета. Моя кассета. „Банды Южного Урала“. Неужели цела, родимая? Но, при чём здесь Нюся? И при чём здесь этот ангел, ангел, ангел?»
«Забыл? Эх, ты, гулёна. Да я знаю, ты её, небось, из-за „Немца“ купил. А так-то, дождёшься от тебя нормальных записей. Всё бы тебе ДДТ всякие, да Круги с Новиковыми. Хорошо, что я её с одёжей твоей не постирала. Гвозди-то и камешки из куртки я сразу повынимала, а про рубашку не подумала. Да благо, что когда на пол её кинула, кассетка-то и громыхнула».
«Значит, ты вчера домой так и пришёл в робе. Ну, как же это ты так напился, Стёпа? Нельзя же так. – мысленно устыдил я сам себя, согласно унисоня безукоризненно благоразумным суждениям своей, уже давно и привычно вполне уживающейся со мной, совести. – Теперь остаётся только понять, при чём здесь „Банды Южного Урала“ и Нюсино „спасибо“…»
Предположение, пока что, было только одно: может быть, мне её вчера ребята подменили, для прикола, что, в общем-то, очень маловероятно.
«Нюсь, а где банка с помидорами?»
«Я их перелила в поллитровую. Их там три штуки осталось».
«А-а-а-а. Понятно… Вот где ты… О-о-о-о… Рассольчик… Хорошо как…. Нюся, а где коробка от этой кассеты?»
«Коробка? Подожди… Куда я её сунула-то? А! Да вон же она, Стёп, – на подоконнике!»
«Ага. Вот она… Что здесь у нас… „Барды Южного Урала“… Барды… Ну да… Барды… Всё правильно… Всё правильно… Да, Нюся… Вспомнил… Это тебе я вчера купил в „ЛеГране“… Услышал по радио и купил…».
«Барды… Вот в чём дело… Барды Южного Урала. То-то я думаю, что это они по радио кассеты такие стали рекламировать – Банды Южного Урала. Стёпа ты Стёпа. Слушать лучше надо. Вечно, не разберёшься в этой колготе, да в шумихе, что к чему, сам подонапридуешь невесть что. Эх, блин. Говорю тебе говорю: ты смотри, что покупаешь, не спеши никогда, огляди товар, пощупай, проверь, понюхай. Нет. Всё равно хватаешь, что дадут, деньги отдаёшь и дальше пиздруешь, как ни в чём не бывало. Так-то оно, конечно проще – доверять, не вникать, не париться. И всё думаешь, если сам знаешь о чём речь, значит и все должны в точности знать, что у тебя там в голове за вещь такая нарисовалась. А продавцы ж, они многие, к тому же и спецом, рады стараться, впарить ротозею какому-нибудь что попало. Они ж на ходу соображают, подмётки рвут. Они ж всю психологию нашу покупательскую досконально знают. Нет! Всё равно, варежку разинешь, и трава не расти. Конечно, так же проще ведь. Деньги свои отдал, схватил, что дали и пиздруй дальше. Вот тебе и „Банды Южного Урала“. Эх, ты – Стёпа…».
Я подошёл сзади к Нюсе и нежно и крепко обнял её за плечи:
«Ну и хрен с ними с этими бандами… Правда, Нюсь?»
Нюся весело засмеялась:
«С какими бандами, Стёп? Тебе что, сон страшный приснился по пьянке?»
«Приснился, Нюся. Приснился…»
«Ути, алкоголик ты мой, бедненький…»
Она, плавно извернувшись, быстро оглянулась, и, резко, вдруг, посерьёзнев, чуть отстранившись, сосредоточенно осмотрела моё лицо, и сама же категорически возразила себе:
«Нет! Никакой не алкоголик! – и снова озаряя всё вокруг счастливой радостной улыбкой самого любящего и самого любимого человека на свете, самозабвенно запела вместе с неведомой мне местной бардовской исполнительницей, неотрывно глядя в мои глаза, – Ангел, ангел, ангел, хранивший меня…».
Случай с путаницей, возникшей при неправильном слуховом восприятии названия кассеты, описанный в этом рассказе, тоже может наводить на некоторые «смелые» и оригинальные предположения, но, только вот, не могли же, и в самом деле, те, кому вдруг понадобилось осуществить замысел по созданию записи «Барды Южного Урала» рассчитывать на её успешную коммерческую реализацию, путём умышленного введения в заблуждение слушателей областного радио, за счёт невнятного произношения слова «барды» таким образом, чтобы оно воспринималось, как более привлекательное для массового потребителя слово «банды». Однако сторонники и серьёзных конспирологических версий в установлении истинных целей деятельности музыкального проекта «А. НЕМЕЦЪ» и этому находят вполне логическое объяснение: «Ведь, и такие экспериментально-практические опыты тоже могли быть необходимым элементом некой тайной исследовательской программы».
Конечно же, для такого рода гипотез имеется уже немало предпосылок, и то, что такая действующая фигура во всей этой истории, как один из самых сильных, странных и тёмных проектов Русского шансона МП «А. НЕМЕЦЪ», и широкомасштабный сбор информации по всему региону в рамках, практически, полностью закрытой для всех, структуры ИБД «СОЛО», и многочисленные признаки специальной систематизации этой информации, и её практического использования, являются звеньями одной и той же цепи, уже ни у кого не может вызывать никаких сомнений.
Но, что касается основных открытий в процессе выявления неких особых, засекреченных значений и причин появления сборника «Барды Южного Урала» (студия «Даль-2» им. С.С.Т., Столица Южного Урала, осень 1996), то подробнее об этом тоже рассказывается во втором томе («Правда – самый лучший миф») книжной коллекции «По следам слухов о музыкальном проекте «А. НЕМЕЦЪ».
Без лишнего шума
Тогда же, в 1996 году, в Столице Южного Урала появились и первые кассеты с альбомом «Черта», ограниченно тиражируемые по договоренности В. Воронежского, предположительно со студией «Ритм». Поэтому, впервые альбом «Черта» фактически вышел в свет в 1996 году, а не в 1997, и, тем более, не в 2001 году, как это до сих пор указывается в различных информационных источниках. Говорят, что отличительной особенностью самого первого выпуска «Черты» 1996 года было наличие на записи сопроводительной реплики, которая в последующих изданиях больше не использовалась. Кассеты с такой записью теперь уже можно было бы считать редчайшими раритетами, но пока ещё нигде не появлялось ни одного сохранившегося из них экземпляра.
А вот следующий тираж «Черты», действительно, был выпущен в 1997 году студией «ЛеГран», сотрудничество с директором которой, Иваном Саламасовым, было налажено В. Воронежским заранее, в процессе совместного выпуска в свет сборника «Барды Южного Урала». И вот что говорится об этом издании «Черты» в так называемой «Официальной биографии Александра НЕМЦА» и в её «Неофициальном обзоре», опубликованном в 2009 году:
НЕОФИЦИАЛЬНЫЙ ОБЗОР СТАТЬИ
«АЛЕКСАНДР НЕМЕЦЪ. ОФИЦИАЛЬНАЯ БИОГРАФИЯ»
(отрывок)
Из «Официальной биографии»:
В 1997 году челябинская студия «Ле Гран» выпускает кассету с альбомом «Черта». В Челябинске расходится около восьми тысяч кассет, что превышает объемы продаж большинства столичных звезд по городу. Но за пределы области кассета не уходит.
Комментарий «Неофициального обзора»:
Альбом «Черта» – был записан в 1996 году. С тех пор – это самый издаваемый, а значит и самый покупаемый альбом проекта «А. НЕМЕЦЪ». Но где, как и кем он записывался, каким образом на самом деле и с какой целью распространялся – до сих пор не ясно. Одно можно сказать точно: нигде, кроме «Официальной биографии» нет и речи о каких-то пределах распространения этой записи. Различные другие обзоры схожи в оценке, и в остальном тоже, практически, одинаковы, хотя и поверхностны:
«ЧЕРТА» – этапный альбом музыкального проекта «А. НЕМЕЦЪ». Ни одной проходной песни. Ни одной лишней ноты. Эта абсолютно независимая от музыкальных тусовочных тенденций программа, с момента её выхода в свет, всегда пользовалась особым спросом. Говорят, что слушатель подсаживается на «ЧЕРТУ» как на наркотики. Атмосфера самой записи, сочетание отдельных песенных тем, текстов, музыки и вокала таковы, что, включив кассету или диск, уже очень сложно выключить. Как принято считать, запись была сделана в Столице Южного Урала в конце 1996 года. И там же, в начале 1997 года, первый пробный тираж сразу же достигает уровня рекордных для города объёмов продаж – 8000 кассет (студия «Ле Гран»). В результате альбом моментально расходится по личным фонотекам российских и зарубежных ценителей Шансона. В феврале 2001 года московская студия «B.L.A.T. Records» без лишнего шума выпускает диск с «ЧЕРТОЙ». Тиражирование альбома, в различных формах, успешно продолжается по сей день…
Как уже было отмечено выше, первые кассеты с «Чертой» появились в студиях звукозаписи Южноуральской столицы в 1996 году. Этот факт подтверждает правильность даты указанной в официальной дискографии музыкального проекта «А. НЕМЕЦЪ». Но, как видно по вышеприведённому отрывку из «Неофициального обзора статьи «Александр Немецъ. Официальная биография», данный факт полностью выпадал из общей хронологической канвы обсуждений этого вопроса и в 2009 году, а если говорить о сегодняшнем дне, то и теперь, чаще всего, тоже.
