Влад Матт – Судьба (страница 5)

– Ну, в отличие от вас я после ночной смены, так что без обид, – Дима встал и пошёл в дом, подтягиваясь и снимая на ходу футболку.

– Значит, Дима спать, а мы, пожалуй, с Кирой, пойдём, погуляем по деревне, – Стас помог встать Кире и ещё раз поцеловал её, – полюбуемся звёздами и не только…

– О-о-о-у-м-а-а, – протянул Паша и засмеялся. – Кажется, этот Ленин нашёл свою Крупскую. Только прошу вас, сильно не шумите, знаем мы ваши любования, – Паша рассмеялся ещё сильнее. Его смех было слышно на всю деревню. Он руками показал неприличные движения и продолжил, – помню я как кто-то ахал, охал и стонал на Новый год в спальне и это была не Кира.

– Паш, прекрати.

– Товарищи, – Паша встал, вытянул правую руку вперёд и положил левую на грудь, – этим майским вечером объявляю секс-революцию, даёшь любовь каждому товарищу.

– Паш, вообще-то, тогда секса не было, – ударив по руке Павла, сказал Стас.

– Секса не было, а дети были. Где-то эта логика не стыковывается.

– Кто о чём, а вшивые о сексе, – тихо сказал Жорик, но его услышал Паша.

– Ой, а кто это у нас тут голос подал? Маш, а ты знаешь почему он разрешил нам сегодня тут гулять?

Маша замотала головой, Стас заулыбался, а Жорик покрасневши слегка сполз под стол.

– Стас, как думаешь, рассказать?

– Говори уже, раз начал.

– Так вот, Маша, этот крот согласился предоставить свой дом в обмен на секс с тобой.

– Что? – Маша засмеялась и закрыла рот рукой.

– Ага. Стас обещал тебя напоить, раздеть и дать Жорику лишиться вечной девственности.

– И он на это купился?

– Ну, как видишь, мы здесь. Значит купился.

– А я ещё думаю, зачем он, когда переодевался, в карман презервативы засунул, – сквозь смех и жевания, сказал Артём.

– Что? – Паша заржал и подошёл к Жорику. – Эй, крот, это правда?

– Нет! – ответил Жорик и вжался.

– А я не гордый, я посмотрю, – Паша начал лазить по карманам Жоры, достал и положил на стол презерватив. – А это что такое? Воздушный шарик? Стас возьмёшь с собой, тебе нужнее.

– А давай, – Стас забрал контрацептив и начал его разглядывать. – Слышь, Жорик, я, конечно, понимаю, у студентов мало денег, но покупать просроченные презервативы, это слишком. У него срок годности уже давно закончился, – Стас выкинул презерватив в огонь и засмеялся.

– Так этот презерватив ему отец подарил. Наверняка жалеет, что когда-то его не надел. Хотел так напялить, но спустя 18 лет поздновато метаться.

– Ребят хватит вам эту тему мусолить. Сожгли Жорикову семейную реликвию. Теперь забудут, что им размножаться нельзя.

– Свет, его внешность, это один сплошной запрет.

– Ладно, забыли, а то ещё нас выгонит с этого домика. Или ночью, пока спать будем, головы отрежет, – сказала Света и взяла со стола Стасов телефон, – Кир, Стас, вы телефон с собой возьмите, вдруг где-то найдёте связь. Мне жесть, как нужно зайти в игру. Я вспомнила, что сегодня нужно выполнить одну миссию, которая вот-вот сгорит. А там, между прочим, неплохие бонусы можно получить.

– Ничего страшного не случится, если один бонус не получишь. Это же не конец жизни, – пробурчал Тёма, запивая очередной кусок шашлыка.

– Тебе не понять. Представь, если бы тебе не давали есть. Вот у меня также с играми.

– Не, ну еда – это святое, без еды человек не выживет, – дожёвывая кусочек мяса, промямлил Тёма.

– Артём, не переживай, если будет конец света и вся еда пропадёт, то ты на своих запасах проживёшь три года. Причём спокойно и даже не заметишь этого, только чуть-чуть похудеешь, – сквозь смех сказал Паша.

– Еда едой, но вот интернет, для нас святой. Эта наша работа. Я не знаю, как прожить без своих подписчиков. Думаю, что они уже все переживают, что я давно ничего не выкладывала. Там, скорее всего, уже тысяча комментариев «Ты где?».

– Маш, никто тебя не ищет. Всем в интернете пофиг. Не надо повышать своё чувство собственной важности.

– Ладно, что об этом говорить. Маш, пойдём тоже погуляем, мне надо кое-куда сходить, – сказала Света, взяв Машу под руку.

– За дом?

– Да.

– Кусты прямо по курсу, – Паша показал в конец двора.

– В кусты сам ходи, мы и дойти сможем.

– Смыть потом не забудьте.

– Не смешно.

– Смешно не смешно, но будьте аккуратнее, чтобы телефон не выпал. Если упадёт, то утонет в фекальной массе и рисом его не спасти.

– Паш, какой же ты противный.

– Твои хейтеры хуже.

– Зря ты мне напомнил об этих ничтожествах. Они меня жутко бесят.

– Они тебе делают рейтинг.

– К чёрту такой рейтинг.

Девочки пошли за дом к туалету. Чтобы до него дойти, нужно было обойти весь дом и пройти по бетонной дорожке до самого забора. Парни ленились так далеко ходить, и становились по своим делам в любом более-менее не видном месте, а таких было довольно-таки много, нужно было просто отойти подальше от света. Днём дорога до туалета не казалась такой страшной, а ночью навеивала ужас. Тёмка днём хотел сходить в туалет, но понял, что не поместиться в деревянной кабинке или она рухнет вниз.

Освещая себе дорогу телефоном, девочки отдалились от стола. Света тихо предлагала воспользоваться Пашиным советом и пойти в кусты, чтобы далеко не ходить, но Маша настояла, на том, чтобы дойти до туалета. Ей было неважно, как далеко туда идти.

Стас с Кирой обнимаясь вышли за забор. Они пошли по тёмному хутору, светя телефонами.

Втроём парни остались за столом. Паше становилось скучно. Общаться с Жориком или с вечно жрущим Тёмой ему не хотелось. Он не знал, куда себя деть. Он постоянно тяжело вздыхал и смотрел, то на костёр, то на парней и постоянно закатывал глаза. Взяв в руки карты, он принялся их размешивать, пытаясь сделать лёгкие карточные трюки.

– Блин, Тёма! – крикнул Паша, которого случайно обрызгал Артем, открывший одной рукой кетчуп. – Ты что творишь? Я весь в этой гадости, – он вскочил, расставил руки по сторонам и начал себя разглядывать. – Ты только посмотри на мои шорты и футболку. Она будто в крови. Я тебе что мясник?

– Извини, я не специально.

– Извини его. Мне, что теперь, всю ночь ходить грязным?

– Можешь пойти замыть, он должен легко отмыться.

– Ну ты гений. Только ты забыл, что горячую воду сюда не провели, а в холодную я не полезу. Или ты предлагаешь мне заняться стиркой вместо того, чтобы нормально отдыхать. Может мне ещё и твои трусы постирать? – Паша попытался оттереть пятно, но только сильнее его размазал. – Где салфетки?

– Где-то были на столе, я вот их только недавно видел.

Артём в поисках встал со стола и рукой нажал на пакетик с майонезом, отчего пробка вылетела и обрызгала Пашу с головы до ног. Он закричал, всеми матными словами подряд, которые невозможно было разобрать и схватился за голову. Тёмка запаниковал и хотел, подойти к другу, но оступился и упал на живот, заплакав от боли.

– Паш, в колесе есть вода, – еле слышно сказал Жора и начал искать влажные салфетки на столе. – Она там тёплая, за день должна была нагреться. Я специально её с утра набрал, чтобы можно было искупаться перед сном.

– Блин! Эта дрянь стекает мне на глаза, – Паша закрыл веки, вытянул руки и приказным тоном спросил, – Жорик, ты где? Подойди сюда, я ничего не вижу. Мне кажется, он уже начинает гореть, – парень попытался вытереть соус с глаз, но только сильнее его размазал. Густой майонез маской растёрся по лицу. – Доведи меня до этого твоего колеса. Только смотри, чтобы я не упал. Мне ещё не хватало что-то себе переломать.

Жора подошёл к Павлу и повёл его. Жорик был ниже Павла, из-за чего не мог контролировать его шаги. Ему было тяжело его вести и выслушивать непрекращающиеся проклятия. Его очки постоянно предательски соскальзывали и, как только он хотел их поправить, то Паша возмущался, чтобы он его не отпускал.

– Слышь, Крот, долго ещё? Мне кажется, он начинает сжигать мне кожу. Сколько нам ещё идти?

– Почти пришли.

– Ты меня что к соседям ведёшь? Смотри, если будет какая-нибудь подстава, то я тебя убью. Понял?

– Мы пришли. Колесо перед тобой.

Жорик поставил Пашу возле колеса и помог ему смыть майонез с глаз. Шина была большого размера. В нём спокойно могли поместиться все восемь человек, при условии, что Артём будет посередине. Шина была внутри залита цементом и если не придираться, то это, можно было назвать деревенским бассейном.

В темноте Павел попытался отмыться, но ничего не получалось. Он то и дело находил на голове мерзкие и липкие капли соуса. Одежда только намокала и смешивала кетчуп с майонезом в густую смесь.