Влад Лей – Вожак стаи (страница 2)

В голове мелькали самые разные сценарии. Что вот-вот появятся гвардейцы, которые меня арестуют, или же что мать начнет доказывать, что действует правильно и мне нужно ей довериться…

Видимо, все эти мысли отразились на моем лице, так как мать грустно улыбнулась и сказала:

— Интересно, это действительно ты такого мнения обо мне, или же общение с имперскими столичными вельможами так на тебя повлияло?

— Все вокруг грызутся, как пауки в банке, — пожал я плечами, — я привык ждать подвох с любой стороны и от кого угодно.

— И даже от меня?

Я не ответил. Признаться честно, мне было стыдно, но что я еще мог подумать, когда узнал о том, что моя собственная мать участвует в гонке за трон отца?

— Ты можешь не переживать, я не собираюсь ставить тебе палки в колеса, — меж тем заявила мать, — более того, все это я делала только для того, чтобы помочь тебе.

— Мне? — поразился я. — Чем же?

— Часть людей поддерживает меня, и их не так уж мало. И когда начнется грызня, когда я заявлю, что принимаю твою сторону — у наших конкурентов не будет никаких шансов… Ты и только ты граф Тирра. Ты по праву должен был им стать. И да, я знаю, что твой отец лишил Рикара права быть его преемником еще когда они оба были здесь, на Тирре.

Сказать, что я был удивлен, это не сказать ничего.

А еще мне стало стыдно. Я усомнился в собственной матери, решил, что она, как и остальные, хочет урвать частичку власти или же сгрести все под себя.

Похоже, я ошибался. И мне за это было совестно.

— Не переживай, — она положила руку мне на плечо, — те люди, с которыми ты был все это время, все то, через что ты прошел, должно было научить тебя никому и ничему не доверять. Так что я все понимаю и не обижаюсь. Стать хорошим лордом далеко не каждому по зубам. Но ты, я верю, справишься…

Мы вместе дошли до дворца.

Все мое смятение, вся та неловкость быстро ушла, пока мы гуляли по парку, вспоминая дни моего детства. Какие же они были легкие и счастливые. И какой же я дурак, что сомневался в собственной матери.

Впрочем, она права — то, через что я прошел, те, с кем я общался, заразили меня скверной. И ведь я знал несколько примеров, когда матери выступали против своих детей, а дети против родителей. И примеров этих было много, а результат этих споров иногда был очень и очень кровавый. Так что моя реакция на то, что моя собственная мать собирает вокруг себя людей, вполне нормальна.

Но мне все равно было стыдно. И как бы я себя ни уговаривал, что лучше стыдиться за то, что усомнился в человеке, чем потом кусать себе локти, потому как слишком уж ему доверял, это не помогало.

К счастью, во дворце мать меня оставила — до собрания лордов оставалось всего ничего. Ей нужно было подготовиться, да и мне собрать мысли в кучу, приготовиться к жарким дебатам.

Мне сегодня многое предстоит, и главная цель у этого — поставить на место завравшихся лордов, показать, кто здесь хозяин.

И все же забавно, ведь не так давно проводил в столице чистки, заслужил свою кличку и наводил страх на оппонентов. Но вот прошло всего ничего и они вновь осмелели, начали плести заговоры против меня, пытаются забрать власть или очернить.

О да, с последним у них отлично получается. Слухов обо мне ходит масса. Начиная от того, что я бастард и граф Тирра на самом деле мне не отец, заканчивая тем, что настоящий Лэнгрин давным-давно погиб, а его место занял самозванец…

До того, как лорды собрались, я успел привести себя в порядок, немного отдохнуть после перелета, и собрался с мыслями. Мне предстояло выдержать тяжелое испытание — переиграть лордов на их поле. Проще говоря — переорать и переговорить. Ну, надеюсь, я готов.

Помимо вариантов для защиты у меня были и «наступательные» приемы, подготовленные Рок Араном — досье на оппонентов, где был полный перечень их темных делишек.

Взглянув на часы, я тяжело вздохнул и направился к выходу из своих покоев…

Барон Леоней весь раскраснелся, надул щеки, приготовившись выдать новый спич, и наконец разразился:

— А я вам еще раз повторяю, граф Тирр не желал видеть бастарда своей жены на троне! Именно поэтому он написал завещание, которое я вам сейчас и демонстрирую, — и он вновь затряс в руках помятым листком, — или вы хотите мне сказать, что это подделка?

Со своего места поднялся Рок Аран.

— Я подтверждаю, что документ подлинный. Однако он — старая версия. Новую граф написал незадолго до смерти и в нем он ясно указал, что своим преемником он видит Лэнгрина.

— Это лишь слова! — заорал Леоней. — А где сам документ? Покажите мне его! Где он⁈

— Граф отдал его на сохранение барону Круа, который, как вам известно, погиб вместе с графом.

— А, как удобно сваливать все на погибших, — хохотнул Леоней, — так можно все объяснить.

— Документ существовал. Я, моя сестра и моя мать видели его, и сейчас в нашем поместье идут поиски, куда мой отец, барон Круа, документ мог спрятать! — это уже заявила Кари, поднявшаяся со своего места.

— Как наследница и баронесса Круа подтверждаю, — заявила и ее сестра.

— Чушь! — выпалил Леоней.

— Кажется, барон Леоней забывает, что разговаривает не с торговцами и не внешниками, — спокойно сказал я. — Он обвиняет во лжи наследниц знатного рода Круа, что уже повод для поединка чести. А еще он имел неосторожность оклеветать мою мать, очернить меня перед лицом собрания, заявив, что я бастард. Барон Леоней готов ответить за свои слова?

Барон мгновенно побледнел. Он никогда не был хорошим фехтовальщиком и явно не ожидал, что на столь высокопоставленном собрании дело может дойти до такой банальщины, как поединок чести. Как я понял из его досье, он вообще дуэли считал чуть ли не варварством. Что ж, будем бить туда. Здесь он возразить ничего не сможет.

И действительно, барон тут же начал мямлить что-то в свое оправдание. Но я не дал ему сохранить лицо и решил добить.

— Что касается документов. Были они или не было — это уже не так важно. Мой отец погиб. Мой старший брат погиб вместе с ним. Я младший сын графа и я — единственный его наследник. Что касается того, бастард я или нет, то сам граф никогда не поднимал этой темы, не объявлял о всеуслышанье, что я не являюсь его сыном, и даже слухов об этом не было. Появившиеся же сейчас — не более чем вариации придумки барона Леонея, причем ничем не подтвержденной. Впрочем, как я и сказал, мы можем сразиться, и тогда станет ясно, кто из нас был прав…

Барон опять замямлил, но отпускать так легко я его не собирался.

— Наконец, о моем праве на трон говорит тот факт, что граф незадолго до смерти подписал приказ о том, что мой брат, Рикар, лишается титула наследника. Пусть документ не был публичным, однако многие из вас были с ним ознакомлены. Насчет меня там ничего не было. Если бы отец не хотел, чтобы я занял его место, то, думаю, в его указе было бы и мое имя. Не так ли?

Лорды загудели, большинство из них согласилось с моими доводами.

— Также, — продолжил я, — смею напомнить, что когда мой отец покинул графство, то оставил меня в качестве наместника. И это еще один довод в пользу того, что он собирался оставить наследником меня…

— Все это уже ваши домыслы, — на этот раз слово взял генерал Стаф, — те или иные события можно трактовать как угодно. Вопрос только в том, кто трактует и какая именно трактовка ему нужна. Так что лично меня вы не убедили.

— лично вас я и не собираюсь ни в чем убеждать, — хмыкнул я, — не припомню, чтобы вы занимали какую-либо должность после отставки. Да и ваша отставка… У меня есть интереснейший документ за вашей подписью, о котором вы, должно быть, совершенно забыли…

Генерал побледнел. Он явно не ожидал, что я выкопаю такой компромат на него. А что делать? Пришлось. В отличие от барона Леонея Стафа напугать поединком чести не вышло бы. Он бы как раз наоборот вызов с удовольствием принял. Вот только мне от этого проку мало — в том, что я смогу прирезать престарелого вояку, сомнений не было. Но это могло привести к последствиям, которых мне хотелось бы избежать…

— Итак… — я взял документ и принялся читать его вслух, — если коротко, то здесь речь идет о добровольной отставке генерала Стафа, а также его обещании никогда не претендовать ни на какие официальные титулы и звания помимо уже имеющихся… Припоминаете, как подписывали это, генерал?

— Припоминаю, — рыкнул тот.

— Так что же? Не хотите ли рассказать, почему вам пришлось этот документ подписать?

— Прошлое пусть остается в прошлом.

— Пусть, — легко согласился я, — однако вы дали обещание ни на что не претендовать, а теперь метите на титул графа. Как же так?

— Там сказано, — вскинув голову, сказал граф, — что я не претендую ни на что, кроме уже имеющегося. А я уже тогда был урожденным Тирром и права на трон у меня были.

Ну надо же, какая гадина! Подготовился…

— И поэтому вы решили игнорировать претендентов, стоящих в очереди к трону впереди вас?

— Я не знаю, кто и как определял очередность, но вы в ней явно лишний.

— Вот как? — удивился я. — А кто же там тогда должен быть? Разумеется, помимо вас.

Генерал пожевал ус, медля с ответом. Что ж, этого я ждал, поэтому ответил на свой вопрос сам:

— Значит сын графа не может быть выше вас в очереди? А как насчет жены графа? — я указал на свою мать. — Как насчет нее, барон Леоней? Она не бастард? Или, быть может, на самом деле моя мать — это подставной человек, а настоящая графиня давно умерла? Какие конспирологические теории у вас имеются насчет нее?