Влад Лей – Воины Пекла (страница 17)

На очередном рывке, перекладина, за которую он ухватился, заскрипела. Тапок уж было думал, что сейчас она оторвется и полетит вниз, а вместе с ней и он сам, но все же лестница удержалась. Тапок долез-таки до самого верха…

И в тот миг, когда двери кабины открылись, показавшего наружу голову Филина встретил мощный пинок стальным мысом в грудь, отбросивший его назад, после чего он сполз внутрь кабины танка.

Тапок заскочил следом за Филином через секунду, но тот был все же тертым калачом. Даже такой, полуоглушенный падением и ударом, с рассеченным обо что-то виском и ошарашенный атакой, он все равно был готов дать отпор.

Тапок, заскакивающий в кабину, чуть было не пропустил быстрый и мощный удар в голову.

Он вынужден был сделать шаг назад, и далее уже, отойдя от неожиданности, смог блокировать всю серию неуклюжих выпадов, которые выполнил Филин.

Тапок прикрылся локтями, и затем, подгадав момент, когда противник выдохнется, ответил в боксерском стиле серией ударов в голову, здраво рассудив, что этой самой головой противник бился обо всякое в кабине, а сейчас может от парочки дополнительных пинков просто вырубиться, что Тапку и надо было — уж очень ему хотелось побеседовать с еще живым Филином.

Но вырубаться оппонент никак не желал, напротив, он потихоньку приходил в себя. Удары становились все мощнее и точнее, и на один успешный удар Тапка приходилось 3–4 удара Филина.

Боковой удар ногой Тапок заблокировал, от второго просто ушел, ответил успешным пинком в голень, и был вознагражден возгласом боли Филина — похоже, удар попал прямо куда надо, по кости. Тапок разорвал дистанцию, и тут под его ноги подвернулся оторванный от потолка во время падения кусок пластика, на котором, собственно, он и поскользнулся, полетел спиной вперед прямо на пульт управления.

Удар выбил воздух из легких Тапка, а его противник не преминул воспользоваться моментом. Он моментально сократил расстояние и, прижав Тапка, принялся лупить того со всей дури.

Тапок закрывался и уклонялся, но все равно пропускал один за другим.

Долго так продолжаться не могло, а отбросить Филина у него не получалось.

При получении очередного удара Тапок сделал шаг в сторону и зашатался, у него уже кружилась голова и были проблемы с удержанием равновесия.

Черт подери! А этот Филин не так прост!

Филин, заметивший, что чаша весов преклоняется в его сторону, решил закрепить успех, и прыжком сбил с ног Тапка.

Падение практически вышибло сознание из последнего, и картинка перед глазами «поплыла», подернувшись черными мушками. Он бы так и вырубился, но увидел выражение лица Филина, отвернувшегося и протянувшего руку под консоль. Похоже, там было оружие. Скорости движений Тапку точно бы не хватило, чтобы на этот раз еще и суметь выбить у противника пушку.

Что ж. Все-таки из него рукопашный боец пусть и неплохой, но Филин явно в разы лучше… Профи…

А раз так…Тапок выдернул из кобуры пистолет и выстрелил в ногу Филина. Пуля ударила главного мусорщика, и он оступился, схватился за поручень, чтобы не упасть, из-за чего развернулся к Тапку лицом.

Тому стоило немалых усилий, чтобы сдержаться и не нажать на спуск еще пару раз.

Тапок шагнул вперед, собираясь оглушить Филина, и тут же отшатнулся. Правая рука противника повисла плетью, но в левой была зажата железяка, похожая на кусок поручня, и именно ей он только что чуть не раскроил голову Тапка.

Филин поднялся, оперся на здоровую ногу и дернулся вперед, занося трубу, но получил еще одну пулю, раздробившую ему запястье. Со вскриком он уронил свое импровизированное оружие и уставился на смотрящий ему в лоб ствол пистолета.

Тапок смотрел на Филина, и с каждой секундой ему казалось, что он уже где-то видел этого человека, совершенно точно видел.

Тот же принял внезапный ступор Тапка за какую-то слабость, нерешительность, и захотел воспользоваться этим, спровоцировать противника на то, чтобы он совершил классическую глупость — принялся играть на его гордости.

— Ух, какой ты грозный, с пушкой. Что, ручками слабо, не тащишь? Встретил настоящего противника, и все? Слабак ты…

— Ага, слабак, — спокойно кивнул Тапок, пропустив мимо ушей весь его спич. — А скажи мне, урод, откуда я тебя знаю?

— Хм… — Филин даже опешил от такого поворота и растерялся, не зная, что ответить. — Да мне-то откуда знать?

— Вот это и странно, — хмыкнул Тапок. — Тебя охраняют «Кающиеся». Всех «Кающихся» я перебил на Фенрисе II и III. Я же прикончил Гунглофа, их лидера.

— Так это был ты? — поднял бровь Филин. — Ну и зачем? Какого хрена ты вообще полез?

— Вы напали на мое поселение. Вы убили мою жену и детей, когда искали мою клон-капсулу. Вы перебили всех в поселке, всех моих друзей…

— А! Ах вот кто ты такой! — рассмеялся Филин. — Тот самый выживший клон. А хочешь знать, почему погибли твои родичи? Они погибли из-за тебя. Мы искали тебя, я лично там был и знаю… Ты — лишь жалкое подобие человека, настоящего человека, с которым мы сражались и убили. А ты лишь его тень, которая трусливо спряталась, скрылась, пока твои родные, его родные, гибли… Откуда ты меня знаешь? Мы с тобой виделись. Когда законники уже тащили тебя, сраного клона, к шаттлу, я и остальные стояли в толпе. Мы тогда были не в своих «цветах», потому-то ты и решил, будто перебил всех «Кающихся». Но нет, дружок…это не так. Мы, когда ты пришел за Гунглофом, были на орбите, так что ты тогда не всех «Кающихся» убил. Не всех, кто в свое время твой сраный поселок сжег дотла и перебил всех тех «кукол», что там были!

На скулах Тапка заходили желваки, а руки напряглись. Филин продолжал разглагольствовать:

— И я помню твой дом. Одноэтажный, да? С пристройкой рядом со входом. Кажется, из складского модуля? Помню… Баба и два спиногрыза там прятались… Ух-х-х, как они рыдали и звали папочку! — тут Филин скорчил ехидную улыбку. — Но папочка не пришел, папочка сдох, а его жалкая копия и вовсе обделалась от страха…

Тапок угрюмо глядел на него.

— Ну же, чего ты ждешь, мститель? — издевательски растягивая гласные, практически пропел Филин. — Стреляй, ну же!

Тапок нехорошо усмехнулся и внезапно опустил ствол вниз.

Филин изменился в лице, он глазам поверить не мог. Неужели провокация удалась?

Но нет. Рука Тапка с зажатым в ней оружием внезапно прекратила опускаться, замерла. Тапок нажал на спуск и грохнул выстрел.

Филин взвыл — пуля раздробила ему голень, и единственная здоровая нога тут же подломилась.

— У меня мало времени, ублюдок, — прорычал Тапок, — поэтому разговор будет или короткий, или очень болезненный. Скажи, ты же любишь боль?

— Д-д-да пошел ты, урод! — прошипел Филин.

— Неправильный ответ.

Бам! Еще вскрик.

— У тебя на ступне еще четыре пальца. Потом я отстрелю тебе пальцы на руках. Потом прострелю голени — там много нервных окончаний. Если не поможет — вскрою живот и залью туда хладагент из жилета. Ты все равно ответишь мне…

— А-а-а, сволочь! Ты же не спросил еще ничего!!! — взвыл Филин.

— Ты будешь говорить, или мне отстрелить тебе еще один палец?

— Да что тебе надо? Ты же ничего не спрашиваешь! — во все горло орал Филин.

Тапок криво усмехнулся.

— Видишь, ты уже готов рассказывать. Итак, первое: сколько еще «Кающихся» на планете?

— Никого, мы были последними! Мы хотели примкнуть к другому ордену, но попали в сраный Всполох и оказались здесь… Тут и начали работать на Эдгара.

Бам!

— А-а-а-а! — завопил Филин. — Я же сказал правду, сволочь!

— Точно правду? А как же уроды из «Изначальных» и их претор, что сейчас бродят где-то по Пеклу? Они тоже к тебе не относятся?

— Они — не «Кающиеся»! Совет решил оставить нас отдельным орденом, а с этими мы пересекались пару раз, но они сами по себе! Я не отвечаю за действия их бригад!

— Совет? Ух ты, как интересно! — Тапок сделал вид, что целится в следующий палец на ноге Филина. — И что такое «совет»? Собрание пердунов-чистильщиков, обсуждающих, где бы еще убить людей?

— Нет! Они управляют орденами и решают, куда лучше нанести удар, чтобы вас, нелюдей, стало меньше! И они же отслеживают всяких, таких, как ты, тело которых и существование которых — это нарушение всех божьих законов, — тут Филин начал просто брызгать слюной. — Вас нужно уничтожать любой ценой! Всех убить! Всех сжечь!

— Еще интереснее. И как же мне найти этот твой совет? — спокойно поинтересовался Тапок.

— Я не знаю!

Бам!

Вопль Филина уже перешел на ультразвук, отражаясь и усиливаясь в стенах кабины танка. Тапок перевел ствол пистолета на локоть, и Филин практически завизжал:

— Совет собирается раз в год! Это они приговорили тебя и твоих дружков, не мы! Мы просто исполнители! Я не знаю ничего больше!

— Верю, — кивнул Тапок. — Теперь второе: пушки. У твоих бойцов необычные пушки, очень необычные. Откуда взял?

— Трофеи с пленников. Мы их несколько дней назад схватили.

— С пленников, говоришь… Врешь ты опять. Пушки то все биоидентифицируемые, а твои бойцы из них стреляют.

— Не-е-ет! Не стреляй! Умоляю! — запричитал Филин. — Не вру я! Мои солдатики знали этих пленников. Это они что-то придумали там, я не в курсе подробностей. Но в итоге пушки пришли почти все чистые, без привязки. Они должны были в обмен на них дать этим скваттерам наводку на место, куда угоняют отсюда пленных…

— Зачем им пленные? — нахмурился Тапок. — И кстати, откуда у тебя бойцы ВКС и этот танк?