Влад Лей – Кингчесс (страница 6)

— У многих?

— Не переживайте, не сразу и далеко не у всех. Психические отклонения, или даже заболевания, фиксируются лишь у двоих из десяти, да и то по прошествии нескольких месяцев, пока их разумы находились в чужих телах.

— Не особенно оптимистично.

— Но многие ваши коллеги согласились рискнуть, и это того стоило — вы хоть представляете, какие перспективы для нас открылись?

— Конечно, — хмыкнул Ларок. — Это уже действительно работа «под прикрытием» и в стане противника.

— Именно! — воскликнул Тицин.

— Так какие роли вы приготовили нам? — поинтересовался Киндельлан.

— Ну, конкретно вам — особую. Вы слышали о детях Фенрира?

— Конечно! — удивился Киндельлан. — Правда, насколько мне известно, эта раса — наши союзники, а если точнее — то наши сателлиты.

— Есть такое, — кивнул Тицин. — Однако появилась необходимость внедрить нашего агента в их общество. Или, скорее, поставить над ними куратора, которому они будут безоговорочно верить.

— А что насчет меня? — поинтересовался Ларок.

— Ваша роль не менее важная. Но вам предстоит стать человеком.

— Человеком?

— Именно. Поверьте, ваша задача будет не менее важной, чем у вашего брата. Если он должен будет держать в узде наших «союзников», — оба агента заметили улыбку и ироническое ударение на слове «союзников», когда Тицин указал на Киндельлана, — то вам предстоит стать тем самым маленьким камешком, который обрушит лавину и похоронит всех людей, навсегда освободив галактику от этих паразитов.

— Звучит интригующе.

— Еще бы.

— Мы в деле, — сказал Киндельлан. — Такая работа как раз для нас.

— Рад слышать, — кивнул Тицин. — Что же, господа, добро пожаловать в программу «Замена».

Глава 1. Тагионские интриги

Военный быстроходный фрегат доставил Ларока в далекую, необитаемую систему, где и находился страшно секретный объект, в своем названии имевший просто набор сухих цифр.

Когда челнок, довезший его от фрегата до самой станции, являвшейся тем самым объектом, чрезвычайно секретным и чрезвычайно важным, где ему, Лароку, и предстояло начать задание, по словам Тицина, непосредственно влияющее на будущее республики, когда бронированные двери шлюза с приглушенным шипением разошлись в разные стороны, Ларок обомлел.

Прямо напротив двери, всего в нескольких метрах от него самого, стояли те самые, страшно опасные существа, совсем недавно уничтожившие целый флот лягов, захвативших флот людей из корпораций и кланов, работавших на тагов, и державшие в страхе весь обитаемый космос.

Облаченные в тяжелые доспехи, возвышавшиеся над Лароком как минимум на две головы, замершие без всякого движения, словно статуи древних воинов в храме Священных Войн, стояли двое представителей так называемых детей Фенрира. Никем другим эти двое быть не могли.

У Ларока в голове вихрем пронеслись мысли, идеи, страхи, догадки и надежды. Сверхсекретную базу к его прибытию захватили дети Фенрира. Он может попытаться прорваться, убить эту парочку. Но это практически невозможно. Но он полевой агент! У него есть оружие, у него есть навыки! В конце концов, его к такому готовили! Но что дальше? Что он сам сделает против орды этих тварей, захвативших станцию? Или не захвативших? Быть может, эти двое — результат той самой программы «Замена»? Ведь они и не нападают на него. И Киндельлан, который должен был прибыть сюда пару дней назад. Что с ним? Ларок не верил, что брат мог сгинуть, не подав сигнал бедствия. Или же он попытался это сделать, но эти твари оказались быстрее?

А в следующее мгновение в коридоре появился кто-то еще, и Ларок, занятый своими размышлениями, пусть и длившимися всего пару секунд, не успел вовремя отреагировать на новое действующее лицо. А когда он его узнал, то совсем растерялся и удивился. Вот кого-кого, а опального главу своего дома и родного дядю увидеть здесь он совсем не ожидал.

— Дядя Шах?!

— И ты здесь… — Лароку показалось, что дядя был вовсе не рад тому, что Ларок прибыл на базу. Странно, почему? Всего пару часов назад Ларок был уверен, что Шах находится в опале. Более того, из-за действий лидера в опасности было все гнездо Талуг. И вот, теперь Ларок видит Шах Талуга прямо перед собой, на секретном объекте. И будь он проклят, если дядя здесь не главный — что еще может делать здесь столь видный ученый? Не встречать ведь новоприбывших, словно швейцар?

— Что-то не так? — поинтересовался Ларок.

— Все не так… — проворчал Шах. — Предписание.

Он протянул крыло, заканчивающееся длинными тонкими пальцами, всем своим видом показывая, что на разговоры у него нет времени.

Ларок тут же протянул ему тонкий прозрачный пластик, в котором был зашифрован приказ, идентификатор для прохода на базу и первичные инструкции…

Шах взял пластик и всунул в свой планшет, вгляделся в экран.

— А, проклятье небес… — устало прошептал он.

— Что случилось, дядя?

— Не здесь. Идем, — Шах развернулся и направился вглубь станции. Ларок последовал за ним.

Шах быстрым, четким шагом вилял коридорами, а вот Ларок, шедший следом, постоянно вертел головой, пытаясь разобраться, куда он попал и что здесь происходит. К примеру, что здесь делают дети Фенрира, периодически встречающиеся на пути. Все они как один каменными истуканами замерли возле дверей. Ни один не шелохнулся. Встречались и таги-часовые. Но еще ни разу таги не стояли вместе с детьми Фенрира. Да и вообще — что делают на станции тагов волки? Они ведь пираты и объявлены врагами…

Шах замер возле одной из дверей. Ларок не заметил нигде клавиши открытия или электронного замка для разблокировки. Скорее всего, дядя открывал дверь через сеть с помощью своего личного идентификатора, ну или уникального кодированного сигнала с чипа, вживленного в тело — сути это не меняет, и называть можно и так, и так.

Дверь бесшумно отошла в сторону, и Шах первым вошел внутрь.

— Быстрее! — не поворачиваясь, приказал он племяннику. Ларок подчинился.

Когда за его спиной закрылась дверь, Шах угрюмо посмотрел на младшего родственника и приказал:

— Рассказывай.

— Что именно? — не понял Ларок.

— Для начала — как ты попал в программу?

— Ну, все началось с…

— Нет, — Шах покачал головой. — Эти подробности меня не интересуют. Ты попросился в программу сам или тебе предложили?

— Начали пропадать мои коллеги, — Стараясь излагать кратко и по сути, начал Ларок. — Я попытался докопаться до причин. Выяснилось, что в этом замешен секретариат крыла. Меня вызвали к нему, и там я узнал о программе, получил предложение о…

— Ясно, — вздохнул Шах. — Проклятый Тицин…

— Что не так, дядя?

Шах, только что пребывавший в расстроенных чувствах, сидевший на жестком ложе с поникшей головой, вдруг поднял ее. В его глазах светились решимость и непреклонность.

— Скажи мне, а можно ли тебе доверять?

Ларок даже не нашелся, что ответить. Что за вопрос? Они ведь из одного гнезда, Шах его непосредственный начальник и даже более того — лидер гнезда, глава семьи, откуда родом и сам Ларок. Да чего там, Шах — его родной дядя. Как он может задавать такие вопросы? Предать или обмануть родственника, тем более главу гнезда — это самый низкий поступок и самый глупый, даже более того, последний в жизни, который может совершить таг.

Прочитав бушующие в молодом агенте эмоции — негодование, обиду, удивление — Шах лишь улыбнулся и спросил уже гораздо более миролюбиво.

— Ты ведь давал клятву верности, принимал присягу? Так кому ты служишь?

— Народу Тагиона! — без промедления ответил Ларок.

— Забавно… — хмыкнул Шах. — Очень высокопарно и забавно. А главное — размыто.

— В чем забавность?

— Народ Тагиона — это очень широкое понятие, — задумчиво ответил Шах. — Вот, к примеру, жители нашей столицы — это народ?

— Конечно!

— А жители окраин?

— Конечно, тоже народ!

— А гнездо Талуг?

— Дядя, к чему эти вопросы?

— Так твое гнездо — это тот же народ, которому ты служишь? Да или нет? — проигнорировав Ларока, вновь спросил Шах.

— Конечно.

— Значит, я как лидер гнезда Талуг могу отдавать тебе приказания? Я забочусь о гнезде и хочу, чтобы оно процветало. Ты подчинишься?