Влад Лей – Боевое Братство (страница 40)

– Вот, совсем другое дело! – усмехнулся он.

– Ой, да пошел ты!

– Обязательно, – хохотнул Гор, – прямо сейчас.

Затем он повернулся к тавернщику:

– Когда жрачка будет?

– Час, не более.

– Тогда я пришлю человека своего. Ему отдашь. Платоном звать.

– Будет сделано. А вот насчет аванса – это вы совершенно правы.

Гор хмыкнул и поглядел на Лайлу, та скорчила недовольную гримасу и положила на стол перед тавернщиком несколько монет.

– Хватит?

– Вполне, – кивнул тот.

***

Когда все вернулись на плот, Гор приказал Платону отправиться в таверну.

– Наша еда скоро будет готова, – сказал он, – заберешь и принесешь сюда.

– Сделаю, – кивнул Платон и направился на выход.

– Не понял, – нахмурился Артур, – что значит «сюда»? Мы что, не в таверне ночевать будем?

– Наша заказчица на нас экономит, – усмехнулся Гор.

Лайла лишь возмущенно фыркнула, но никак не прокомментировала его замечание.

– А теперь я бы хотел поговорить со своими людьми, – заявил Гор и повернулся к крестьянам. – Сивер, Корш! Подождите снаружи. Будьте поблизости. Я вас скоро позову.

Оба кивнули и исчезли за дверями.

Гор уставился на Лайлу.

– Что? – раздраженно бросила та.

– Я сказал, что хочу поговорить со своими людьми, – заявил Гор.

– И?

– Ты к ним не относишься.

– Хочешь выпереть меня отсюда, как тех двух остолопов? – возмутилась Лайла. – Я хочу погреться.

– Ты можешь снять себе комнату в таверне.

– Вот еще! С чего вдруг…

– Плот захватили мы! – отрезал Гор.

– А я в стороне все это время стояла? – Лайла раздражалась все больше. Она стояла в вызывающей позе, уперев руки в бока. – Я ничего не делала?

– Делала, – вынужден был признать Гор, – но сейчас я хочу поговорить со своими людьми. Тебя это не касается. Это не займет много времени… Так что прошу, не заставляй тебя выставлять наружу силой.

– Только попробуй!

– Попробую, если ты не хочешь по-хорошему.

– Вам надо – идите сами наружу!

– Пожалуй, надо расставить точки над i, – заявил Гор, – я ‒ командир этого отряда, мое слово закон. Крестьянка ты, заказчица пли пленница – ты выполняешь то, что я скажу. Либо так, либо я верну твои деньги и ищи себе новых наемников. Из-за твоих решений у нас только убытки, а деньги от твоего заказа, если мы его выполним, едва ли их покроют.

– Ах ты…

Бура был явно не согласен с Гором, это было понятно по его ужимкам и мимике лица, но Гор не обращал на него внимания.

– Итак, сейчас я прошу, чтобы ты ненадолго нас оставила. Есть вопросы, которые можно и нужно обсуждать без посторонних. Это касается только меня и моих людей, никого более.

Лайла недовольно фыркнула, развернулась и ушла, громко хлопнув дверью за собой.

– Ну ты вообще! – выпалил Бура. – А если бы она потребовала, чтобы ты все вернул?

– Тогда бы вернул, – отрезал Гор. – Так, теперь к делу. Вопрос первый: у нас есть двое потенциальных новичков. Принимаем ли их к себе?

– Принимаем, – кивнул Аким.

– Согласен, – отозвался Артур.

– Пусть будут, – буркнул Бура.

– Хорошо, – подвел итог Гор, – теперь следующий вопрос: как будем делить добычу и награду? Нас четверо. Можно сказать, мы основатели отряда. Все мы получаем равную долю от заказа. Согласны?

– Согласны, – кивнул Аким, – но разве у десятника жалование не больше, чем у обычных солдат?

– Больше, но мы больше не в дружине.

– Значит проще делаем – заявил Бура, – три доли получает Гор, мы по две, новички по одной.

– Новичкам это вряд ли понравится, – покачал головой Аким, – ладно эти двое, но если мы хотим браться за серьезные контракты, а не водить караваны, нам нужно больше людей. Да и для охраны караванов шестерых явно мало…

– Это ты к чему? – нахмурился Артур.

– К тому, что если мы так будем все делить, то новичков у нас будет немного, да и те одни крестьяне. А опытный боец захочет куда больше. И он стоит троих таких, как Корш или Сивер.

– Старик прав, – вынужден был признать Бура.

– Значит будем считать, что 1 доля – это для новичков. Заслужат доверие, покажут себя в деле – будут получать, как мы, – предложил Артур.

– А тебя жаба не задавит? – хохотнул Бура. – Тот же Сивер будет получать столько же, сколько и ты…

– Он мне жизнь вообще-то спас. Да и Гору тоже… – серьезно ответил Артур, – а когда мертвяки с моста начали на плот сыпаться, Корш помог тебе. Помнишь? Сбил веслом мертвяка, который уже собирался тебе череп раскроить.

– Было такое, – вынужден был признать Бура.

– Ну вот. Если сражаются с нами наравне, тоже рискуют жизнью, то жадничать – гиблое дело. О нас пойдет дурная слава.

– Малец прав, – поддержал Аким Артура, – я вообще считаю, что вот сейчас костяк есть – нас четверо, но его можно расширить. Ветераны, так сказать. А потом, как молодняк наберется опыта, можно и их принимать.

– Но важные решения принимаем только мы четверо! – поспешил вставить Артур.

– В целом согласен, – кивнул Гор,– но теперь есть еще один вопрос. Смотрите, допустим у нас есть тридцать серебряных… – он положил на стол перед товарищами монеты в форме треугольников Единого, – это наше жалование, можно раздать на всех. Но…у нас двое новичков без пристойной одежки, без оружия… В целом можно им дать их долю, но что они на нее купят?

– Надо делать так, – заявил Бура, – треть уходит на жалование бойцам. Остальное – в казну отряда.

– Казной распоряжаемся мы четверо, – поддержал его Аким, – из этих денег можно покупать и оружие, и амуницию, выделять на ремонт и прочее. Ну и раз так пошло – мы одеваем своих бойцов. Мы чиним их вещи. Но если они покидают отряд – должны все сдать. Получают остаток своих денег и все.

– А если погибли – их долю можно отдать родным, – добавил Артур, – так будет по справедливости.

– С таким обостренным чувством справедливости тебе не место среди наемников, – хохотнул Бура, – но в целом идея хорошая. У отряда всегда должны быть деньги на…непредвиденные расходы. Так что общак нужен.

– Общак,– поморщился Аким, – вроде и недолго ходил в кандалах, а говоришь, как бывалый каторжанин.