Влад Харламов – Последний Некромант. Бессмертие в кредит. Том 1 (страница 16)
— Да без разницы, — отмахнулся я и сунул ему под нос документ, — Я привез вам офигенный ретроавтомобиль на оценку! Деньги нужны срочно, а так бы выставил на аукцион, — я перешел на заговорщический шепот, — насколько знаю несколько благородных домов и сам… — я поднял указательный палец, указывая на потолок, — был бы не прочь заиметь эту легенду в свою коллекцию.
— Что ж, пройдемте, — с тяжелым вздохом, и поднимая не менее тяжелое пузо, клерк вылез из-за стола, своротив попутно всю канцелярию, — взглянем на вашу легенду.
— Вы не пожалеете!
***
— Вот она! Моя ласточка! — я как продавец из телемагазина, показывал товар только с лучшей стороны. Ну, с той, где нет вмятин, поменьше ржавчины и все диски на месте.
— Господь всемогущий… — вытирая пот со лба платочком и задыхаясь от восторга выдал Оборин, — это кусок дерьма!
— Я вас попрошу осторожнее быть в выражениях! Этот автомобиль мне дорог как память. Меня зачали на заднем сиденье!
Чистая правда, если верить пьяному бате. Граф Николай Андреевич Князев любил залить за воротник, а потом приставать с очаровательными историями. Он всегда обещал, что будет краток. И был краток на протяжении трех часов. Лучшие колыбельные моего детства и отрочества.
Сейчас по заветам отца я грузил оценщика. Усыплял его бдительность, чтобы потом подобно хищнику накинуться на него и раздербанить, как мешок с деньгами.
Атари смотрел на дергающиеся веко Оборина. Бедолага проторчал под июньским солнцем пару часов, слушая мой не затыкающийся спич. Тот улыбался как знаменитый зарубежный актёр Бильвестр Бальбоба. Только левой стороной лица.
— Его сейчас удар хватит, — забеспокоился рыцарь.
— Тоже мне новость, в здании банка сердечные приступы случаются чаще, чем на заседаниях суда, — мысленно ответил я и махнул за спину, где через дорогу мостился госпиталь, — Разумеется Империалбанк построили напротив больницы. Там тебя быстренько откачают, и потом непременно вручат счет с которым ты пойдешь в банк за очередным инфарктом. Вот такой круговорот.
— Пять тысяч, — сдался Оборин, — больше не предложу.
— По рукам! Где подписать?
Я оставил парочку автографов на двух экземплярах договора. И Оборин радостно поскакал назад в банк, а на моей дебетовой карточке стало на пятёрик больше.
— Это много? — уточнил Атари.
— На четыре тысячи девятьсот больше, чем я рассчитывал. Всегда ставь минимальную цель, тем приятнее будет её превзойти.
— Вот как ты ухитрился просадить все деньги, обладая абсолютно проклятым талантом вешать лапшу на уши?
— О чем ты?
— Ты сказал, что дыра в днище автомобиля это эксклюзив премиум-класса, так как можно рыбачить в проруби не выходя из машины! Как это вообще можно подавать с серьезным лицом?!
— Хэх, слышал бы ты моего батю, когда он по телефону с акционерами разговаривал. Там и ночлежка бездомных под мостом — продвинутый утилизационный комплекс нетоксичного мусора. Он бомжей еще и записал как сотрудников. Зарплату даже платил! Правда себе.
И почему он стал артефактором-исследователем, когда мог воротить бизнесом, как бог… ума не приложу. Видать у меня это наследственное.
— Надо же. Ну я рад, что тебе хватило ума к ним не присоединиться и не закладывать дом.
Хэхэ… да-а-а-а… хватило.
— М-да, и на что я надеялся, — покачал головой призрак, — Потом не забудь рассказать свою увлекательную историю жизни бездомным под мостом.
Обязательно напишу об этом книгу. Но сначала просажу остатки совести в… казино!
***
— А не опасно с такой суммой шляться по городу? — Атари поглаживал светлую бородку, проходя сквозь прохожих.
— Боишься мне снова голову проломят?
— Если тебе её проломили за просто так, боюсь представить, что удумают ради пяти тысяч.
Меня таким не испугать. Если кто потянет лапу к моему имуществу, потом протянет ноги. Не зря же у меня аспект Жадности, верно?
Сначала, я думал совершить убийство. Идеальное преступление. Никто не найдет трупа, свидетелей и орудия. В этом прелесть времени, его можно убивать постоянно, а в конечном итоге сдохнешь ты. Вот такой парадокс.
В этот раз местом преступления было выбран кинотеатр. Я даже фильм присмотрел: «Меняя Каски»! Там что-то про попаданца в обычного японского школьника, который всех нагибает. Нереально свежий сюжет, должно быть интересно. Но один прозрачный нытик со мной не согласился и потребовал экскурсию по городу.
Вот нет ничего унылее прогулок по местам, которые тебе уже конкретно опостылели.
Кругом стерильный глянец новостроя, миллиард рекламных баннеров, небоскрёбы протыкающие небо. Если повезет то в их тени могут затесаться дома прошлого века в которых осталась крупица вкуса. Но стоило нам выйти на торговую площадь, как началось: «маленького» пустили в Детский мир.
Этот призрачный засранец возле каждого гребанного магазина тормозил. То ему чай в пакетиках необыкновенное изобретение, то сосиска в тесте напомнила о молодости, то парик косплеерский ну точь-в-точь грива любимой лошадки. В каждом магазе находил что-то для себя интересное. Не для меня, разумеется, кому я нужен. Я так… придаток к паразиту.
— Интересная вещица, — он показал на фурсьют розового тигра, — шкура убитого животного. Шаманы пиктов носили нечто подобное. Неужели это сейчас в моде?
— Эм… Слушай, давай я тебе ночью включу Импертуб, — в отчаянии предложил я, отказываясь лезть в эти дебри, — Там тебе все расскажут, покажут. Факты разные, картинки, видосики. Если захочешь про историю или изобретения, я не стану тебя грузить учебниками, а дам посмотреть нормальный Научпоп.
— Что такое Научпоп?
— Сложная информация поданная языком доступным дебилу. Как правило такими же дебилами составленная.
Однако рядом со «шкурами», я заприметил неплохую маску японского кролика. Черно-фиолетовую, закрывающую верхнюю часть лица. Пригодится, пожалуй. В казино можно приходить инкогнито, главное имей при себе деньги и подтверждение благородного статуса.
После чего я зарулил в офис обслуживания Apelsin. Показал им свой пожилой смартфон, который сгодится только видео смотреть, слушать музыку, да скидывать нюдесы среднего качества красоткам со «знакомств».
По паспорту удалось восстановить номер, теперь интернет будет не только через вай-фай. А вот отследить потерянный мобильник в «Орущей глотке» — не вышло. Жаль, может я успел наделать фоток, которые бы пролили немного света на прошедшие прошлой ночью события. И в облаке тоже ничего не сохранилось, печально.
Похоже придется пересечься с Барагозиным. Вдруг этот выхолощенный говнюк что-то знает. Мы с ним не то чтобы враги, но скажет так… если с ним случится что-то плохое, то у меня поднимется настроение.
С другой стороны, а чего бы не зарулить в саму «Глотку»? Может, там телефон завалялся. Правда велика вероятность, что меня оттуда вытурят, но…
Глава 8
Но сложно отказать себе в желании, особенно когда ты стоишь прямо под вывеской караоке-бара. Которая тянет к себе любителей смочить и подрать глотку, как фонарь мотыльков.
— Место нашей самой первой встречи? — Улыбнулся Атари, — решил провести нам свидание в столь значимом месте?
— Ага, а после пойдем в камеру заключения для идеального завершения вечера.
Учитывая мои намерения на сегодня… шанс оказаться в кутузке был ненулевой.
Дверь легко поддалась, пара ступенек, еще одна дверь. Аромат хвои и сахарной пудры, пота и еще какой-то химической хреновины ткнулись в пазухи.
Холл встречал небольшим ресепшеном. Девушка с синими дредами, жирными стрелками и пирсингом на всех адекватных частях лица, выглянула из-за высокого стола.
— Добрый день! — сходу начала она, — Хотите забронировать комнату на вечер? У нас сегодня свободен четвертый ВИП, восьмая, девятая и… ой, это вы!
Либо она меня узнала как завсегдатая, либо я уже местная знаменитость. Отрадно. Значит, и пня под сраку мне не дадут?
Хотя чет автограф брать не спешат.
— Ета йа, — улыбка донжуана, стать короля, красота дворняги. Я оперся локтем о стойку и прочел имя на бейджике девушки, — Юлия. Подскажите, а в какой из комнат меня убили?
— Вас убили?! — искренне изумилась она, прикрывая унизанной колечками ладонью свой пухлогубый ротик.
— Да, я типа воскрес. Ну, как Иисус. Пушкин. Или Санта-Клаус.
— Клё-ё-ёво, — протянула она, зрачки заняли всю её радужку, — вы прям умерли? Прям по-настоящему?
— Да не, я прикалываюсь, — надо заканчивать этот цирк, — Сердце себе так, по фану вырезал. Ничего страшного. Политики без него нормально обходятся. Вот и я переживу.
— Ва-а-а-ау.