Влад Эверест – ГАЙДЗИН: Траектория срыва (страница 15)
Комплекс трасс в горах префектуры Фукусима. Здесь есть всё: школьный курс, горный тоге, и, конечно, легендарный Минами — трасса D1.
Мы приехали туда в пятницу вечером.
Атмосфера была невероятной. Сотни машин. Сильвии, Скайлайны, Чайзеры, Лаурели… Весь цвет японского дрифта. Воздух дрожал от басов музыки и рева моторов. Запах шашлыков смешивался с ароматом высокооктанового бензина.
Мы разбили лагерь в паддоке. Акира и его команда уже были там.
— Неплохо для машины из подворотни, — оценил он нашу расклеенную Хачироку. — Кеничи-сан, мое почтение.
Кеничи лишь кивнул. Он был мрачен и сосредоточен. Он проверял давление в шинах, дергал рычаги, слушал мотор. Он был в своей стихии — в паддоке гоночной трассы.
Утро субботы. Квалификация.
Моя очередь была в третьей группе.
Трасса Минами знаменита своим первым поворотом. Это прыжок. Ты разгоняешься с горки, вылетаешь на трамплин, и в полете должен поставить машину боком, чтобы приземлиться уже в заносе прямо перед бетонной стеной.
Ошибка на входе — и ты летишь в стену мордой.
Ошибка на приземлении — и ты ломаешь подвеску.
Я сидел в машине на старте. Шлем давил на виски. Руки вспотели.
— Артем, — голос Кеничи в радиогарнитуре. — Не пытайся прыгнуть выше головы. Первый проезд — пристрелочный. Покажи траекторию. Второй — наваливай на все деньги. Понял?
— Понял.
— И помни. Стена — это друг. Не бойся её.
Старт!
Я разогнал Хачироку. Третья передача. Газ в пол.
Спуск. Скорость 130.
Впереди трамплин. Стена приближалась с пугающей скоростью.
— Сейчас! — скомандовал я себе.
Резкий рывок руля влево. Сброс газа.
Машина оторвалась от асфальта.
Секунда невесомости. Я видел небо, потом асфальт, потом бетонную стену, летящую мне в лицо.
Удар колес о землю. Подвеска сработала жестко, но выдержала.
Машину выставило боком. Идеально.
Я открыл газ.
Задний бампер прошел в двадцати сантиметрах от стены. Я видел царапины на бетоне от других машин.
Я прошел дугу, переложился во второй поворот, дымя резиной.
Финиш.
— Неплохо, — голос Кеничи. — 95 баллов. Но ты рано открылся. Можно ближе к стене.
Я вернулся в паддок.
Руки тряслись, но это была приятная дрожь.
— Ты летел! — Мику подбежала ко мне с бутылкой воды. — Это было красиво!
Вторая попытка.
Я решил рискнуть.
Разгон. Трамплин. Прыжок.
Я дернул руль резче. Угол заноса был больше.
Приземление.
Я был слишком близко.
Задний бампер чиркнул по стене. Полетели куски пластика (того самого, который мы клеили винилом).
Машину качнуло, но я не отпустил газ. Я вытянул её тягой.
Публика на трибунах взревела. Wall tap! (Касание стены). Высший пилотаж.
Я закончил заезд в клубах дыма.
Судьи объявили результат: 99 баллов.
Это было третье место в квалификации. Я прошел в топ-16.
Вечером в лагере был праздник. Акира (который занял первое место) жарил мясо. Кеничи пил пиво и даже улыбался, рассказывая байки из своей молодости.
— Завтра парные заезды, — сказал он мне. — Это другая игра, Артем. Квалификация — это борьба с собой. Парные — это борьба с соперником. Твоя задача — не просто проехать красиво. Твоя задача — уничтожить его морально. Висеть у него на двери. Дышать ему в стекло. Заставить его ошибиться.
Я смотрел на огонь костра.
Завтра в топ-16 моим соперником будет… Рю. Тот самый блондин на желтой S15, с которого всё началось.
Судьба любит иронию.
— Я готов, — сказал я.
Глава 8. Тандем смерти
Утро воскресенья встретило нас дождем. Мелким, противным, который превращает накатаный резиной асфальт в ледяной каток.
В паддоке царила паника. Механики лихорадочно меняли настройки подвески, спускали давление в шинах. Мощные 500-сильные машины на мокром треке становились беспомощными коровами.
Для меня это был подарок.
У Хачироку мало мощности. На сухом мне тяжело тягаться с монстрами. На мокром мощность не решает. Решает баланс и чувствительность.
— Не меняй ничего, — сказал Кеничи, глядя на небо. — Оставь настройки как есть. Только спусти задние колеса до 1.5 атмосферы. Твоя машина легкая, она поплывет. Тебе нужно зацепление.
Топ-16. Артем (AE86) vs Рю (S15)
Рю нервничал. Я видел это, пока мы стояли в предстартовой зоне. Он газовал без причины, дергал руль. Его желтая S15 была мощной, красивой, но на мокром асфальте 400 сил SR20DET были избыточны. Любое лишнее нажатие на газ срывало колеса в неуправляемый букс.
Первый заезд. Рю — ведущий, я — ведомый.
Разгон.
Рю осторожничал. Он вошел в первый поворот медленно, без прыжка, боясь улететь в мокрую стену.
Я висел у него на хвосте.