Влад Эверест – ГАЙДЗИН: Траектория срыва (страница 12)

— Кто соперник? Твой GT-R? — спросил я, оценивая шансы.

— Нет, это было бы неспортивно. Мой GT-R едет 320, а ты не разгонишься и до двухсот. Соперником будет Акира на S2000. У неё максималка около 250, но в потоке вы будете равны.

Я посмотрел на Акиру. Его «Хонда» — жесткий, быстрый родстер. Но у Хачироку есть преимущество: она уже. В «шахматах» я смогу пролезть там, где он застрянет.

— Хорошо, — сказал я. — Но у меня условие. Если я выигрываю, вы звоните Кеничи и говорите, что я чист. Что долг закрыт.

Акира переглянулся с мужчиной и кивнул.

— Идет. Кеничи мой знакомый, он послушает. Старт прямо сейчас.

Я вернулся к машине и попытался высадить Мику, но она наотрез отказалась.

— Я остаюсь, — заявила она, пристегиваясь. — Я твой штурман. У тебя правый руль, тебе плохо видно левый ряд при перестроении. Я буду твоими глазами.

Впереди нас ждал бесконечный поток красных габаритных огней — река стали и света, текущая сквозь ночной Токио. И серебристая акула S2000, готовая разорвать нас на части.

Мы выехали на разгонную полосу. Ванган встретил нас гулом тысяч покрышек и мерцанием красных стоп-сигналов, уходящих за горизонт. Это было похоже на кровеносную систему гигантского организма, где вместо эритроцитов текли машины.

Акира на своей S2000 шел слева. Я видел его профиль в свете уличных фонарей — спокойный, сосредоточенный. Для него это была прогулка. Для меня — бой за жизнь.

— Готовься, — сказал я Мику. — Скорость будет высокой. Смотри только в зеркало и на дорогу. Не паникуй.

— Я готова, — её голос дрогнул, но совсем чуть-чуть.

Господин Танака на своем R34 ехал впереди как пейс-кар. Внезапно его «Скайлайн» моргнул «аварийкой» три раза и с диким ревом ушел в точку, освобождая нам дорогу.

Гонка началась.

Акира сразу рванул вперед. Его двигатель F2 °C раскручивался до 9000 оборотов, выдавая пронзительный визг. Он перестроился в крайний правый ряд (самый быстрый) и начал набирать ход.

Я нажал на газ. Хачироку отозвалась бодрым рыком, турбина, которую я успел прикрутить перед выездом, засвистела. Давление 0.5 бара — немного, но это давало мне шанс не отстать на разгоне.

Первые километры мы шли ровно. Скорость 140, 150… Трафик был плотным, но пока позволял ехать быстро. Мы лавировали между обычными машинами, как рыбы в косяке.

Акира вел агрессивно. Он поджимал впереди идущие машины, моргал дальним светом, заставляя их шарахаться в сторону.

Я выбрал другую тактику. Я не пугал водителей. Я читал поток.

— Слева фура, за ней окно! — крикнула Мику.

Я резко переставил машину влево, проскочил в узкую щель между грузовиком и отбойником, выигрывая пару метров.

— Чисто! Справа такси, обходи!

Скорость росла. 170 км/ч. Для Хачироку это было почти пределом. Руль стал легким, машину начало слегка подбрасывать на стыках эстакады. Аэродинамика кирпича давала о себе знать.

Акира был впереди метрах в пятидесяти. Он уперся в плотную группу из трех фур, идущих параллельно. Классическая «коробочка».

Он начал метаться, ища щель, моргал фарами, но дальнобойщикам было плевать.

— Тормози! — испугалась Мику, видя, как мы налетаем на эту пробку.

— Нет.

Я увидел то, чего не видел Акира. Крайняя левая фура начала включать поворотник, собираясь съехать на развязку. Между ней и средней фурой начинало открываться окно.

Но оно было узким. И оно закрывалось.

— Мы не пролезем! — крикнула Мику, вжимаясь в сиденье.

— Пролезем. Мы уже.

Я не стал тормозить. Наоборот, я переключился на четвертую, чтобы держать турбину в тонусе.

Акира ударил по тормозам, застряв за средней фурой.

Я направил Хачироку в щель.

Слева — вращающееся колесо грузовика высотой с мой рост. Справа — борт другой фуры. Расстояние между ними — чуть больше ширины моей машины.

Звук был оглушительным. Грохот дизелей, свист ветра. Зеркала фур нависли над нами.

Мику зажмурилась.

Мы пролетели сквозь это игольное ушко на скорости 160.

Воздушный поток от грузовиков ударил в борта, машину качнуло, но я удержал руль.

Мы вырвались на оперативный простор.

— Открой глаза! — крикнул я, смеясь от нервного напряжения. — Мы первые!

Мику выдохнула, её грудь ходила ходуном.

— Ты… ты ненормальный!

Я посмотрел в зеркало. Акира все еще торчал за фурами. Мы выиграли время.

Но впереди была прямая. Длинная, пустая прямая перед туннелем.

Здесь мощность Акиры сыграет свою роль.

И точно. Через минуту я увидел в зеркале хищные ксеноновые фары. S2000 летела на скорости под 240. Он догонял.

Моя стрелка спидометра лежала на ограничителе. 185 км/ч. Больше машина не могла. Мотор ревел на разрыв.

— Он нас сейчас сделает как стоячих! — констатировала Мику.

— Знаю.

Акира поравнялся с нами. Он даже не посмотрел в мою сторону. Просто нажал газ и ушел вперед, оставляя нас глотать выхлоп.

Разрыв увеличивался. 100 метров, 200…

Всё? Конец?

Я проиграю Хачироку?

Нет. Впереди Дайкоку. Развязка.

Это не просто съезд. Это гигантская спираль, закрученная в несколько петель.

Акира быстрый на прямой. Но на спирали, на дуге, его скорость упадет. А моя… моя останется прежней.

Потому что я умею скользить.

— Держись, Мику! Сейчас будет дрифт на 160!

Мы влетели в туннель, ведущий к развязке. Акира начал тормозить перед входом в затяжную дугу.

Я не тормозил.

Я дернул машину, ставя её в легкий, скоростной занос (slip angle). Все четыре колеса скользили, но машина сохраняла скорость.

В туннеле звук мотора превратился в рев истребителя.

Я приближался к Акире.