Vivian2201 – В оковах Судьбы II (страница 43)

Осторожно выглянув через щель приоткрытой двери, Артур успел увидеть мелькнувший возле лестницы силуэт. Очень знакомый силуэт. После этого громкие шаги стали раздаваться уже по лестнице, неспешно поднимаясь на второй этаж. Однако, на перилах тени от того, кто шел наверх, не появилось, несмотря на то, что магический светильник, висящий на стене работал, давая свет во всю свою мощь.

Не задумываясь о своих действиях, Артур последовал за Молли, понимая, что это она. Мыслей о том, что его супруга мертва и лежит в подвале под чарами стазиса в голове мужчины не появилось. Сейчас он думал лишь о том, как вновь убьёт её. Только теперь смерть супруги не будет столь быстрой и легкой.

Поднявшись по лестнице, Уизли замер, прислушиваясь к окружающей обстановке. Дом казался неожиданно тихим. Ни одного звука не доносилось до обострившегося слуха Артура… Зато приоткрытая дверь спальни, что ещё несколько минут назад была заперта, сказала о многом.

Облизнув губы, Уизли стал медленно приближаться к своей комнате, что годами делил с Молли. Громкий скрип кровати под чьим-то весом, стал сигналом, что заставил мужчину рывком приблизиться к приоткрытой двери и, распахнув её, замереть на месте. В комнате было пусто.

Быстро обыскав помещение, даже заглянув под кровать и не забыв проверить всё проявляющими чарами и поисковыми заклятиями, Артур задумался.

— Ты же мертва, — усмехнулся Уизли, вспомнив как сам использовал Третье Непростительное, — Сука, ты мертва. Проклятая шлюха, ты сдохла…

Постепенно, усмешка облегчения перешла в истеричный смех. Артур, выпустив из рук палочку, рухнул на колени, держась за живот и громко смеясь. Спустя несколько мгновений мужчина смог остановиться и, отдышавшись, подняться.

— Молли… Дохлая ты шлюха, — покачал головой Артур, со злостью оглядываясь, — Тварь и мразь! Надо вышвырнуть твои вещи… Ты даже дохлая портишь мою жизнь… И почему я столько лет терпел тебя?

Вещи его супруги до сих пор оставались в шкафах и сундуках, а ночной халат Молли так и вовсе висел на спинке стула рядом с туалетным столиком, в котором она хранила свою косметику. От сего этого Артур будто бы боялся избавиться. Он, словно бы, опасался, что его жена вернётся и устроит очередной скандал, каковыми изобиловала их семейная жизнь.

— Завтра же вышвырну всё это дерьмо из моего дома, — растянулись в злой усмешке губы мужчины, — Сука… Пришла жить в дом моей семьи и ещё командовала… Мразь…

Раздевшись, Артур улегся в непривычно большую и свободную кровать, наслаждаясь возможностью лежать на ней так, как ему хочется и не бояться, что стервозная супруга устроить ночной скандал за громкое дыхание или неправильную, по её мнению, позу.

— Как же хорошо, — выдохнул Уизли, довольно улыбаясь.

Раздавшийся громкий скрип кровати заставил мужчину замереть, затаив дыхание. По спине прошла новая волна холода, а сердце пропустило удар. Артур точно знал, что лежал не шевелясь, а кровать, сама по себе, не могла заскрипеть. Такой звук она издает только когда на неё садишься…

Мгновение и матрас рядом с ним продавил чей-то вес. Громкий вздох, словно бы кто-то зевнул, окончательно вырвал Артура из объятий сна, в который мужчина стал быстро погружаться, когда лег на кровать. В ушах раздавался громкий «стук» крови, прогоняемой по сосудам сердцем, что теперь едва ли не вырывалось из груди. Правая рука, сжав под подушкой рукоять палочки, напряглась.

Мгновения тишины, показавшиеся мужчине вечностью, уже дали было надежду на то, что ему всё это показалось, но холодная рука с браслетом из камней легла на его плечо.

— Артур, почему я не могу выйти из подвала?

Рывком сев, Уизли огляделся. На, кровати кроме него самого, никого не было.

— Руфус, не юли, — возвышался над бывшим главой Аврората Барти Крауч-старший, которого Фадж назначил новым руководителем силового ведомства, — Я знаю, что ты покрывал очень многие делишки своих тупых ублюдков. И мне насрать на то сколько и с кого они доили денег каждый месяц в Лютом. Мне нужно знать кто изменил график патрулей в день бойни и куда делись постовые.

— Я понятия не имею, о чем ты говоришь, — покачал головой Скримджер, мрачно глядя на Крауча, — Я не занимался такими вопросами. Ты прекрасно об этом знаешь. Графики патрулей, их численность и списочный состав находятся в ведомстве кадровой службы. К ним вопросы.

— Допустим, — хмыкнул Бартемиус, успевший понять, что разговор вряд ли получится конструктивным, — Тогда расскажи, куда мог подеваться твой заместитель?

— Джастин? — удивился Руфус, — Понятия не имею. После увольнения, он мне не отчитывается.

Под взглядом своего собеседника Скримджер поморщился, но ничего более говорить не стал.

— Хорошо, — вздохнул Крауч, скрестив руки на груди, — Начальник отдела кадров Аврората Тадеуш Моксби на работе вчера не появился. Джастин Торч исчез за сутки до этого. Дома у обоих погром. Защитные артефакты взломаны. Все те, кто с ними жил — тоже исчезли.

— И какое это имеет отношение ко мне? — поинтересовался Скримджер, мрачно глядя на Бартемиуса.

— Авроры, которые были в составе патрулей и дежурили на опорных пунктах Косого Переулка… Исчезли. И тоже вместе с семьями, — ответил Крауч, — Почерк — тот же. Профессиональный взлом защит, погром со следами борьбы, и отсутствие трупов. Теперь подумай, кто остался?

— Я, — поморщился Скримджер, — А найти крайнего надо… Выслуживаешься?

Захлопнув папку, Крауч уставился на своего собеседника, пытаясь понять — тот специально нарывается или за годы на посту руководителя Аврората откровенно зарвался.

— Фаджу нужны не крайние, а те, кто устроил бойню… И её заказчики.

— Почему бы вам не допросить Нарциссу? Крэбба? Да хоть Артура! — фыркнул Скримджер, — Уж кого-кого, а их надо допрашивать в любой ситуации. С их-то биографией и происхождением…

Тяжело вздохнув, Крауч провел ладонью по лицу, а затем устало спросил:

— Руфус, ты идиот? Ты сейчас хочешь сказать, что Нарцисса могла рисковать собственным сыном ради покушения на мужа? Или что это всё устроил Крэбб? Или, может, это вообще сын Люциуса организовал? Так что ли?

— Я про исчезновение сотрудников Аврората, — пожал плечами Скримджер, — Эти семейки были в числе тех, кто…

— Боги! Руфус! Прошло десять лет! Десять чертовых лет! А ты продолжаешь…

— Они Пожиратели Смерти! — возмутился Скримджер, не дав Краучу высказаться, — И сколько бы лет не прошло, этого не изменить. Чертово клеймо получали только добровольно и не за красивые глазки. Ты знаешь это не хуже меня! Или всё дело в твоём сыне? Да?

Удар в челюсть заставил Руфуса замолчать. Мрачно смотрящий на него Бартемиус Крауч демонстративно вытер правую руку платком, после чего произнёс:

— Руфус Скримджер. Вы обвиняетесь в участии в подготовке убийства Люциуса Малфоя, покушении на убийство Драко и Нарциссы Малфой, а так же организации террористического акта в Косом Переулке.

— Это глупо, — тихо произнёс бывший глава Аврората, — Я… Я этого всего не делал.

— Расскажите об этом следователям, — покачал головой Барти.

Голос Крауча был безжизненным, а дыхание ровным. Только ставшее неподвижным лицо и ярость, плещущаяся в глазах, выдавали его истинное состояние.

— Молодец, Барти, — произнёс Том, глядя на обездвиженных волшебников, что смотрели на него кто со страхом, а кто с ненавистью.

Коктейль их смеси эмоций, заполнявших камеру, будоражил кровь Марволо, заставляя ноздри Волдеморта трепетать в предвкушении грядущих пыток. Из-за этого Гонт едва мог держать себя в узде, понимая, что сейчас не время и не место для получения удовольствия. Самым важным было получить информацию. Всё остальное — вторично.

— Благодарю, мой Лорд, — кивнул Крауч-младший, наблюдая за тем, как Тёмный Лорд прохаживался вдоль ряда каменных блоков, к которым были прикованы пленные авроры.

Каждый из захваченных волшебников не только обездвижен. На запястьях мужчин, рядом с фиксаторами, тускло поблескивали браслеты-блокираторы, а в качестве дополнительной гарантии в пленников влили зелья-негаторы, благодаря которым работа внутренних источников подавлялась на двое суток.

— Что ж, — усмехнулся Том, снимая пиджак и начиная закатывать рукава — Начнём с вопросов. Первый. Почему вы не находились возле торговой лавки «Флориш и Блоттс» в день произошедшего боестолкновения? И почему дежурная группа не отреагировала на многочисленные вызовы от тех, кто находился в Косом Переулке?

Ответом Риддлу была тишина. Несмотря на то, что на пленниках никто не применял заклятий немоты, ни один из них не проронил ни слова.

— Отрадно видеть вашу верность неведомому заказчику, — усмехнулся Том, — Однако… Буду честен. Вы умрете. Сегодня. Ваши семьи сегодня тоже умрут. Вопрос в том, как это произойдет — либо быстро и без мук, либо в результате многочасовых пыток. Если вы ответите на мои вопросы, то я проявлю милосердие и убью ваших отцов, матерей, жен и детей быстро. Третье Непростительное действует мгновенно.

Пленники продолжили молчать.

Покачав головой, Риддл кивнул Беллатрисе:

— Приведи… на твой вкус, Белла.

Женщина, молча кивнув, направилась в соседнее помещение, откуда вернулась спустя десяток томительно долгих для авроров минут, неся на руках ребенка — трёхлетнюю девочку. Поставив её перед пленниками, Лестрейндж усмехнулась, и, бросив на пол платок, движением палочки трансфигурировала его в небольшое кресло с фиксаторами на подлокотниках и спинке. Своими размерами оно точно подходило для юной пленницы. Несколько быстрых движений и ребенок, подозрительно неподвижный и тихий, оказался пристегнут к нему.