Вивиан Фокс – Мажор. Стань моим первым (страница 7)

– Ой, нет, бро, – качает он головой с усмешкой. – Я на такое не подписываюсь. Мне эти проблемы с чувствами нахер не упали. Но есть же типа нормальные пацаны. Найти ей такого, чтобы цветы таскал и дифирамбы пел.

– Ей надо только один раз, чтобы лишиться девственности.

– Один? – брови Ярика подскакивают вверх. – Просто, чтобы сбить целку?

– Яр, помягче, – напоминает Лев, когда видит, что я мрачнею еще сильнее.

– Сорян, я просто в ахуе. А зачем ей это?

– Ой, – вздыхаю, – долгая история.

– Учитывая, что лекция уже началась, до следующей у нас вагон времени. Рассказывай, бро, – говорит Зак, и мы, развернувшись, шагаем к тачкам.

Я рассказываю пацанам обо всем с самого начала, хотя вообще не планировал ни с кем делиться этим. Типа слишком интимная тайна моей подруги. Но я просто не могу удержать это в себе! Потому что, нахрен, запутался в том, что чувствую по поводу просьбы Леры.

– Да уж, идея и правда шлак, – произносит Ярик, как только я заканчиваю.

Достаю из кармана сигареты и закуриваю, глядя на здание универа. Где-то там сидит моя Змеючка и грызет гранит науки. А я тут, нахрен, дурею от того, что в один прекрасный день мне предстоит раздеть ее и войти в нее. Но самая жесть состоит не в этом, а в том, что у меня каменеет ствол, стоит мне только подумать об этом.

– Слушай, а, может, к врачу ее? – предлагает Зак. – Ну, чтобы медицинским способом…

– Она не хочет, – качаю головой.

– Блядь, кто вообще такие условия выдвигает? – выплевывает Лев. – Этот ее жених долбоеб? Это же круто, что твоя самочка будет только твоей. Всегда. Никто, сука, не касался ее! Ни с кем она тебя не будет сравнивать в своей буйной голове. Нахера он вообще ей сдался?

– Есть у меня одно подозрение, – произношу. – Но оно пока неподтвержденное, поэтому не высказываю вслух.

– Ну а изменить что-то можно, если оно подтвердится? – спрашивает Ярик.

– Вполне может быть, но это неточно. Есть вероятность, что без мозгоправа ситуацию не изменить.

– Так ты думаешь все-таки сделать это?

Скольжу взглядом по универу, и внезапно он тормозит на конкретном окне на втором этаже. Я не вижу того, кто сидит за окном, но сердце за грудиной начинает разгоняться и колотиться, эхом отдаваясь в горле.

– Думаю, да, – произношу еле слышно и выпускаю в воздух сизый дым.

Глава 9

Лера

Следующие несколько дней мы почти не видимся с Адамом. Они с друзьями заняты тем, что помогают Яну с Настей разрулить ситуацию со скандалом. И я… схожу с ума. Так сильно скучаю, как не скучала даже когда жила в Штатах.

В универ меня отвозит папин водитель, забирает тоже он. Пару раз нам с Адамом удается пересечься, но всего на несколько минут на перемене.

Сегодня с утра у меня настроение под стать погоде. Унылое и настолько поганое, что я почти не разговариваю с папой за завтраком.

– Не задерживайся с завтраком, – говорит отец, вставая из-за стола. – Сегодня мы с Максимом отвезем тебя чуть раньше, у меня встреча.

– Ладно, – отзываюсь, не поднимая взгляда от чашки с кофе. – Скажешь, когда выходить.

Папа уходит в свою спальню, а я продолжаю сверлить взглядом свой напиток. Но тут вдруг мой телефон пиликает входящим сообщением. Скашиваю взгляд на превью, и мое сердце разгоняется.

Адам: “Жду тебя у ворот. Зонт не забудь”

Подскакиваю так, что чуть не роняю стул.

Сердце пускается в галоп настолько, что даже начинают подрагивать руки. Все тело прошивает радостное волнение, и я тороплюсь в прихожую.

– Пап! Я еду с Адамом! – выкрикиваю, уже натягивая ботинок.

– Тебя забирать? – отзывается он.

– Не знаю! Я напишу!

Набрасываю курточку, хватаю с пола свой рюкзак, а из подставки – зонтик, после чего распахиваю дверь на улицу. В том настроении, в котором я пребывала пару минут назад, я бы хмурилась и бубнилабубнела о плохой погоде. Но сейчас даже порывистый ветер, швыряющий потоки дождя в разные стороны, не заставит меня хмуриться.

Раскрыв зонт, сбегаю по ступенькам и несусь через двор к калитке.

– Валерия, – зовет папин водитель, выглянув из машины, – я здесь.

– Я еду с другом! – отзываюсь и выскакиваю на улицу.

Тачка Адама припаркована так близко к воротам, что мне остается только узкий проход. Пробегаю перед капотом, чувствуя на себе взгляд моего друга, и распахиваю дверцу.

– Привет, – ныряю в салон и бросаю под ноги зонтик.

Мы встречаемся взглядами, и я буквально физически ощущаю неловкость, смешанную с наэлектризованной атмосферой, которая повисает между нами.

– Привет, – отзывается Адам и внимательно окидывает меня взглядом.

– Погода сегодня паршивая, правда? – спрашиваю, чтоб хоть немного разрядить эту напряженную атмосферу. Адам молча кивает. – Так мы едем? Правда, у нас еще куча времени, – тараторю я, только сейчас вспомнив, что по привычке не чмокнула друга в щечку.

Пытаясь не сделать все еще более странным, тянусь к нему. Вижу, как темнеет и тяжелеет взгляд Адама, и сглатываю. Словно никогда не чмокала его в щечку. Бред какой. Я же делаю так каждый раз при встрече и расставании! Только сегодня все как будто иначе…

Дотягиваюсь до него и зависаю в паре сантиметров от его губ. Адам крепко сжимает челюсти, а потом облизывает нижнюю губу. Мой взгляд следит за этим движением, и я чувствую, как вспыхивает мое лицо. А еще то, насколько тихо становится в салоне автомобиля.

– Завтра вечером, – внезапно произносит Адам, обдавая мои губы теплом своего дыхания.

– Что? – спрашиваю хрипловатым шепотом.

– Завтра вечером у меня дома. Ты хотела, чтобы я помог, вот завтра и сделаем это.

– Ладно, – голос садится еще сильнее.

Я вроде как рада, что он согласился. Но в то же время мне мало того, что волнительно, мне еще и жутко страшно. От всего. От того, что это первый раз и может быть больно. От того, что наши с Адамом отношения могут быть безнадежно испорчены этим экспериментом. А еще от того, что я не знаю, как потом себя вести.

Что я должна сделать, когда все закончится?

Поблагодарить, встать и уйти?

Или попросить Адама отвезти меня домой, сделав вид, что ничего особенного не произошло? Типа просто механическое действие, призванное облегчить мне жизнь. Но еще даже не дойдя до действа, я уже понимаю, что просто не будет в принципе.

Черт! Вот не продумала я, что будет после. И от этого мне становится еще более неловко. Я ерзаю на сиденье.

Хочу отстраниться, но тут внезапно ладонь Адама ложится на мой затылок, и он заставляет меня остаться на месте. Взгляд мечется к его глазам, в которых зрачки уже практически поглотили радужку.

– Что ты хотела сделать? – спрашивает он тихо таким низким голосом, от которого у меня по коже разбегаются мурашки и концентрируются там, где лежит рука моего друга.

– Когда? – задаю тупой вопрос, но я и правда не понимаю, о чем он спрашивает.

– Когда придвинулась ко мне. Что ты хотела сделать?

На его лице и в глазах ни тени улыбки. Он предельно серьезен и даже немного суров.

– Поцеловать тебя, – произношу, а потом понимаю, как это прозвучало, и быстро добавляю: – В щечку.

– Целуй, – тут же отзывается Адам без единой паузы.

Сглатываю и понимаю, что такой простой чмок в щечку теперь превратится в нечто очень интимное. Гораздо более интимное, чем обычный дружеский жест.

Адам слегка поворачивает голову, и я касаюсь губами его щеки.

Черт, да всегда это было так просто! Чмок – и все! Занимало не больше секунды!

А сегодня все иначе. Сегодня я задерживаюсь на его щеке чуть дольше, чем того требует дружеский поцелуй. Я втягиваю носом аромат его геля после бритья, смешанный с ароматом стильного парфюма и самого Адама. По телу пробегает дрожь от такого простого прикосновения. А пальцы моего друга слегка сжимают мои волосы.

Он оттягивает мою голову, и мы снова зависаем на расстоянии пары сантиметров между нашими лицами. Адам прожигает меня своим взглядом, который мечется от глаз к губам, и обратно. Атмосфера в машине накаляется еще сильнее, и я чувствую, как жарко мне становится.