Витта Ред – Глаз Эремуса (страница 1)
Витта Ред
Глаз Эремуса
Глава 1: Осколки Гавани
Ветер скрежетал, как ножи по стеклу. Срывал черепицу с крыш Гавани Лунного Камня, швырял обломки в багровое небо. Море, еще вчера ласковое, вздымалось черными волнами, выплевывая на берег осколки кораллов и мертвых рыб с лишними плавниками. Обычный шторм? Нет. Это было дыхание Эремуса. Дракона Бездны. И его пробуждение означало конец.
Кора прижалась спиной к дрожащей стене домика. Сквозь щели ставней пробивалось лишь зловещее багровое мерцание – отражение шторма над гнездом беды. Там, где просыпался Он.
«Лиан!» – крикнула Кора, но голос потонул в грохоте. Не от страха. От кома пыли, вставшего в горле. От бессилия. «Где ты?!»
Ее младшая сестра, Лиан, сжалась в углу, обхватив колени. Лицо – мертвенно-бледное, глаза – огромные, сухие. Лиан чувствовала шторма за мили. Сейчас ее дар был пыткой. Она слышала не ветер, а дыхание Эремуса, рвущее ткань мира.
Дверь с треском распахнулась. Ворвалась соседка Мари, седая коса растрепана, глаза дики от ужаса. За ней клубился фиолетовый туман – слабая попытка старика Харона использовать дар "туманного щита". Магия рвалась невидимыми когтями.
«Кора! Ты должна…» – Мари замолчала, увидев Лиан. Страх сменился горькой жалостью. Все знали: Лиан была живым барометром острова. И ее стрелка падала в бездну.
«Что я могу, Мари?» – Голос Коры прозвучал неожиданно ровно. Внутри все сжималось в ледяной ком. «Молиться? Ждать, пока Харонов туман задушит нас вместо шторма?»
Она рванула к окну, откинула ставень. Картина ударила по сознанию. Небо клокотало черно-багровыми вихрями. Море вздымалось стенами воды, внутри которых шевелились тени. Ближние дома уже были щебнем. Воздух дрожал, искажая реальность: камни мостовой просвечивали, обнажая пылающую бездну под островом. «Магия Эремуса.»
Кора швырнула ставень на место. Фиолетовый туман, пробившийся в щель, коснулся ее руки – и мгновенно исчез. Без звука. Просто испарился. За дверью выругался Харон. Мари ахнула.
Кора даже не вздрогнула. «Пустота». Ее клеймо. Дыра в мире магии. В ее присутствии гасло все: дар Харона, светильники друидов, напевы Старейшин. Ее считали сломанной. Предзнаменованием. Сейчас, глядя на искаженный мир, она почти верила в это. «Может, это я притянула беду?»
Оглушительный хруст потряс дом! Не удар волны. Что-то рушилось внутри. Потолок над Лиан затрещал, посыпался штукатуркой. Кора рванула к сестре, отшвырнула ее в сторону! Секунда – и тяжелая балка рухнула точно на ее место. Пыль взметнулась стеной.
«Лиан! Ты цела?!» – Кора прижала сестру, чувствуя ее ледяную дрожь. Ответом был лишь сдавленный стон. Страх Лиан был осязаем, как слизь.
Мысли метались. Старейшины? Спрятались. Бежать? Лодки – щепки. Оставалось… безумие. Легенда. Капитан Призрачного Шепота. Дориан Велес. Сказка для детей? Последняя соломинка утопающего.
«Держись!» – Кора втолкнула Лиан к Мари в угол. Сама рванула к двери. Ветер едва не выбил ее. Во дворе Харон, бледный как смерть, безуспешно собирал туман.
Кора побежала. Не в поселок. К Краю. К обрыву, где волны Бездны бились о скалы, сотрясая землю. Туда, где можно было вызвать Его. Ритуал был прост и страшен: кровь на камень, имя, брошенное в рев Бездны. И безумная надежда.
Она рухнула на колени у самого края. Соль и пыль резали лицо. Из пореза на ладони выдавила кровь на черный камень. Вдохнула ледяную гарь. И закричала, вкладывая в голос всю ярость и отчаяние:
«ДОРИАН ВЕЛЕС! ПРИДИ! ДАВАЙ СДЕЛКУ!» – Голос сорвался в визг, поглощенный ревом шторма.
На миг – ничего. Лишь волна, чернее и выше, накрыла скалу, окатив ледяной мертвечиной. Кора зажмурилась, ожидая падения в бездну…
Но вода отхлынула – и она УВИДЕЛА.
Туман. Не фиолетовый. Молочно-белый, мертвенно-холодный. Он стелился по воде, не поддаваясь ветру. И из него бесшумно выплыл корабль.
Казалось, его вытесали из лунного света и векового льда. Паруса – призрачные тени. На корме, недвижимый, стоял человек. Нет. Слишком идеальный. Слишком бледный, будто светящийся изнутри. Одежда – темные ткани, пожирающие свет. Его глаза, когда он повернулся к Коре, были цвета штормового моря – бездонные и чужие.
Он не кричал. Голос прозвучал У НЕЕ В ГОЛОВЕ. Низкий, бархатистый, с легкой хрипотцой. Без гнева. Без любопытства. Констатация:
«Мало кто осмеливается звать меня по имени, Дитя Суши.»
Кора встала, выпрямив спину. Колени дрожали, кулаки сжаты. «Остров умирает. Сестра умирает. Эремус пробуждается.» – Слова – стальные, без тени магии.
Морские глаза капитана сузились. Мелькнуло что-то… оценка? «Эремус. Ты знаешь имя. Интересно.» – Он шагнул на нос корабля, парящего в метре от скалы. Расстояние исчезло. Кора ощутила ледяное дыхание тумана. «И что же ты, 'пустота', предлагаешь Повелителю Призрачного Шепота?» Он знал. Знает ее клеймо.
«Помоги!» – вырвалось у Коры. «Усмири его! Останови шторма! Я знаю, ты можешь! Твои песни…»
«Легенды редко говорят о цене, Дитя,» – перебил он. Голос стал острее льда. «Моя сила требует жертвы. Всегда.»
«У меня ничего нет!» – отчаяние сдавило горло. «Ни магии, ни богатства…»
Капитан скользнул взглядом по ее лицу, остановился на губах. В глазах вспыхнул не похоть, а… голод исследователя.
«Ошибаешься,» – прошелестел он. Мурашки побежали по спине Коры. Он протянул руку. Длинные, бледные пальцы. «Плата будет… твоим голосом. Семь лет и семь дней.»
Кора оцепенела. Голос? Ее единственное оружие? Способ кричать о помощи? Успокаивать Лиан? Немыслимо.
«Соглашайся или нет, 'пустота',» – голос – удар льдины. Кора увидела, как корабль начал разворот, туман сгущаться. «У меня мало времени. У твоей сестры – меньше.»
Взгляд Коры метнулся к домику, к Лиан. Туда, где в разломе неба мелькнуло ЧТО-ТО огромное, чешуйчатое… Сердце колотилось, как бешеное. «Голос… или Лиан? Выбора не было.»
«Да!» – выдохнула она, как стон. «Да, согласна! Помоги!»
Капитан не улыбнулся. Лицо – каменная маска. Резкий жест рукой: «Тогда в путь, Якорь. Наш путь – к Сердцу Гнева.»
Прежде чем Кора поняла, как окажется на корабле, он ШАГНУЛ. Не по воздуху. Просто возник перед ней на краю. Близко. Ледяное сияние било волнами. Он схватил ее за руку, чтобы перебросить на борт.
Кора зажмурилась, ожидая ожога, пронизывающего холода…
Его пальцы сомкнулись на запястье.
НИЧЕГО.
Ни ледяного жара. Ни удара магии. Только сильный захват… и внезапное его ослабление. Кора открыла глаза. Капитан СМОТРЕЛ на место касания. В его бездонных глазах – шок и непонимание. Его собственная магия… не действовала? Ее «пустота» работала ПРОТИВ НЕГО?
Глава 2: Шепот во Тьме
Рука Дориана Велеса на ее запястье была твердой, как мореный дуб, и холодной, как глубинное течение. Но боли не было. Только давление. И этот миг его растерянности – как трещинка в ледяной маске – исчез быстрее, чем Кора успела его осознать.
Он не перебросил ее. Он дернул. Резко, без предупреждения.
Мир превратился в месиво из серого неба, черных волн и жемчужного тумана. Кора вскрикнула, инстинктивно вцепившись в его рукав. Ткань под пальцами была странной – не мокрой, не сухой, а словно сотканной из самой ночи. Затем ее ноги коснулись твердой, скользкой поверхности. Она пошатнулась, но рука капитана, все еще сжимавшая запястье, не дала упасть.
Она стояла на палубе Призрачного Шепота.
Тишина. Она оглушила ее после рева шторма. Не абсолютная – ветер выл где-то высоко-высоко, за пределами этого странного тумана, окутавшего корабль. Волны бились о корпус с глухими ударами, но звук казался приглушенным, далеким. Воздух был пропитан холодом. Не просто морозом, а древним холодом, проникающим в кости, в легкие, вымораживающим мысли. Кора задрожала, кутаясь в свой потрепанный плащ. Он был бесполезен.
"Отпусти," – прохрипела она, пытаясь вырвать руку.
Дориан Велес разжал пальцы. Его движение было плавным, точным. Он отступил на шаг, его морские глаза изучали ее без тени той растерянности. Теперь в них было только холодное любопытство, как у ученого, наблюдающего редкий экземпляр.
"Добро пожаловать на борт, Якорь," – его голос звучал в тишине отчетливо, без эха, снова будто прямо в ее голове. Он не шевелил губами.
Кора огляделась. Палуба была вытянута и узка. Материал… он не был деревом. Скорее, как полированный темный камень или черный лед. Никаких канатов, шлюпок, привычных деталей. Только строгие линии и абсолютная чистота. На корме возвышалось некое подобие штурвала – сложная конструкция из того же темного материала, похожая на застывшую морскую волну. И стояли фигуры.
Не люди. Призрачные очертания в струящихся серых одеждах. Лиц не было видно – лишь размытые тени под капюшонами. Они не двигались. Не дышали. Просто стояли, как статуи, обращенные вдаль, к скрытому туманом горизонту. Команда? Мысли Коры сжались в комок страха.
"Моя сестра…" – начала Кора, заставляя себя говорить громко, чтобы перекрыть внутреннюю дрожь. "Лиан! Она одна! Дом рушится! Ты обещал помочь острову! Сначала спаси их!"
Дориан слегка склонил голову. В его взгляде не было ни сочувствия, ни нетерпения. Только расчет. «Шторм Эремуса – лишь симптом. Отруби палец – гангрена не отступит. Нужно добраться до сердца.» Он сделал едва заметный жест. Кора почувствовала, как палуба под ней сдвинулась. Плавно, бесшумно. Корабль развернулся, скользя сквозь туман, словно призрак сквозь стену. Вид на остров, на ее домик на краю обрыва, исчез, замещенный молочной пеленой.