Виталий Зыков – Великие Спящие – 2 (страница 7)
Неудача варрека не смутила, он был готов бросить ещё одно заклинание, а затем ещё и ещё. До той поры, пока проклятый хозяин самой могучей игрушки в этой части света, не допустит ошибку и не пропустит удар. Но забытый им было раненый вдруг утробно застонал, плавно перешёл на рык и… попробовал вонзить в спину Миноша кинжал.
Варрек, разумеется, вовремя отреагировал и встретил клинок Когтями правой руки, левой же, с разворота, на одних инстинктах рассёк грудь сородича. Длинные магические клинки играючи рассекли и рёбра, и сердце, и даже достали до позвоночного столба. Последнее, как позже понял Минош, и стало причиной гибели несостоявшегося убийцы. Потому как на варрека напал не собрат-эльф, а нежить. Монстр, в которого переродился раненый подлой магией Фердинанда М’Ллеур.
Осмыслить случившееся Минош не успел. Тело нежити ещё падало на землю, как ему пришлось сплетать из потоков Тьмы и Огня Щит и принимать на него удар светящимся в ночи молотом чар. Но если Летающие Черепа колдовские бастионы Миноша пробить не смогли, эта атака проломила их с пугающей лёгкостью. От неминуемой гибели варрека спас нательный защитный артефакт, но и он не смог полностью ослабить удар. Мага М’Ллеур отбросило на два десятка саженей назад, переломало половину рёбер и сожгло кожу на груди и животе. Но Минош был рад и такому исходу. В одиночку тягаться с мощью Великого артефакта он был не способен.
Поэтому едва его перестало крутить и вертеть, и он ощутил себя лежащим поперёк поваленного дерева, Минош вытянул из кошеля на поясе шарик стимулятора и засунул себе в рот. Несколько движений челюстями, и вот уже в желудок льётся поток живительной влаги, а всё тело распирает невиданная доселе мощь. Позже варрек заплатит за это запредельной слабостью и повреждениями внутренних органов, но сейчас… сейчас это была именно та цена, которую он был готов заплатить за спасение от неминуемой гибели в руках короля Фердинанда.
И пока Повелитель Черепа Некронда готовил новый удар, Минош, невзирая на переломы и ожоги, вскочил на ноги и ринулся вглубь леса. Без балласта из обычных эльфов Ночи, подстёгнутый мощью эликсира, он побежал так, как не бегал никогда в жизни. В спину ужалило враждебной магией, но это были лишь отголоски удара. Фердинанд промахнулся, и Минош не дал ему времени для ещё одной попытки. М’Ллеур скрылся за деревьями и на этот раз уже никто не смог его догнать…
До места, где собирались работающие в этом районе леса отряды Тёмных эльфов и где ждали группу Миноша, он добирался всю ночь. Выкладываясь на полную, позволяя себе лишь короткие привалы. И главным стимулом здесь был вовсе не страх погибнуть от рук могущественного чародея Тлантоса — несмотря на отношение к своей жизни и жизни своих сородичей, как к величайшей ценности, он был воином и потому всегда осознавал свою близость к Серым Пределам. Нет, больше всего Миноша пугала возможность попасть в руки некромантов и демонологов, достаточно сведущих, чтобы добыть секреты даже у мёртвого. Дошло до того, что после обмена ударами с Фердинандом варрек впервые порадовался тому, как мало он знает о готовящейся ловушке. Эльф понятия не имел, ни какие сюрпризы подготовлены, ни насколько могучие силы собраны для торжественной встречи могущественного врага. А раз так, то и вред общему делу от его возможного пленения не должен был оказаться слишком уж серьёзным.
Однако обошлось. В плен Минош не попал и планам Нараккета по уничтожению Фердинанда не навредил. Операция продолжилась, медленно приближаясь к финалу…
У входа в пространственный карман с Источником магии армия короля Тлантоса появилась спустя пять дней после бегства Миноша. Фердинанд не поддался эмоциям и не стал атаковать соблазнительную цель, опираясь лишь на Череп Некронда. Вместо этого он сделал ставку на силу своих солдат. Не обычных смертных бойцов — им места в войске не нашлось — а всевозможной нечисти, нежити и магов. Всех тех, кого не ограничивали барьеры плоти и представления о границах допустимого, всех тех, кто мог сравниться в мощи с бессмертными М’Ллеур.
Едва войско тлантосцев пересекло границу леса перед спуском в распадок, как оно тотчас начало разворачивать боевые порядки.
В центральной части встали скелеты-воины в доспехах с ростовыми щитами и длинными мечами, а сразу за ними вытянулись цепью их командиры некроманты. Левый и правый фланг заняли Кровавые Молотобойцы и Тёмные Косари. И хоть они обладали большей самостоятельностью, чем примитивные скелеты, в качестве командиров к ним так же приставили магов. Только на этот раз магов не Смерти, а Тьмы.
Помимо перечисленных бойцов к порогу древнего святилища Фердинанд привёл так же стаю Гончих, полтора десятка Костяных Птиц и троих похожих на огромных пауков исполинов, прозванных Метателями Праха. Ну и наконец отдельной строкой в списке воинов короля Тлантоса шёл сам Фердинанд в компании с бег’хеме’оот и проклятым Черепом Некронда.
Особенность рельефа местности была такова, что образованный двумя сопками распадок медленно сужался, пока не упирался в непроходимую даже для чародеев колдовскую трясину. И именно здесь, на самом краю суши между двумя каменными соснами располагался проход в складку пространства с Источником Стихий. Так что если Фердинанд желал добраться до входа, у него не было другого выбора, кроме как пройти весь распадок от начала до конца.
Что несомненно играло на руку эльфам Ночи.
Примерно в сотне саженей от границы болота — там, где низина начинала сужаться — встал смешанный отряд из боевых химер и древесных големов. Искусство создания подобного рода магических солдат у М’Ллеур находилось в упадке последние три сотни лет, поэтому ни настоящих дендроидов, ни легендарных мантикор там не имелось. Однако недостаток качества маги эльфов Ночи компенсировали количеством: рукотворных монстров было заметно больше, чем тех же скелетов.
На флангах и чуть позади центра войска М’Ллеур разместились мечники. А ещё немного дальше, под защитой выращенных магами зарослей держи-дерева, расположились две сотни лучников.
Впрочем, без прикрытия магов вся эта собранная здесь сила не стоила и ломанного гильта. Ни бег’хеме’оот, ни Фердинанда с его Великим артефактом они остановить были не способны. Такие задачи по плечу только Носителям Скрытого, и ради этой битвы их собралось здесь сразу несколько десятков. Нараккет, Тверен, Минош вместе с остальными варреками подготовили себе позиции практически в самом конце распадка. Именно оттуда они собирались вести колдовскую битву с наследниками Некронда и именно там планировали встретить Фердинанда, если он всё же прорвётся через ряды эльфийского войска…
Надо сказать, когда ему было приказано встать вместе с остальными Носителями Скрытого, Минош удивился. После того, как он участвовал сначала в фальшивой погоне за разведчиками Тлантоса, а потом скрывался от ярости Повелителя Черепа, явно впавший у Нараккета в немилость варрек ждал чего угодно. Начиная с назначения на роль погонщика химер и заканчивая принесением в жертву в каком-нибудь малоизвестном, но очень могучем ритуале. А что, проклятому отшельнику не впервой своих убивать!
Однако, обошлось. И Миношу предстояло заняться именно тем, что лучше всего у него получалось — боевой магией.
— Как-то даже не верится, что он всё-таки пришёл. Вроде опытный, хфурга съевший на интригах маг и не заподозрил ловушку? Пусть у него куча нежити, бег’хеме’отт и Великий артефакт, но должен же он понимать, что… — Вполголоса сказал Минош, встав рядом с задумавшимся Твереном.
Наставник искоса глянул на бывшего ученика и вздохнул.
— Скажи, после того, как на собственной шкуре ощутил мощь Черепа, если бы ты был его владельцем… ты бы сильно боялся возможных ловушек? — спросил Тверен.
Минош неприязненно дёрнул плечом.
— Вот и он точно так же. А высокомерие ещё никого до добра не доводило… — проникновенно сказал Наставник и мазнул взглядом по Нараккету.
Старейшина стоял чуть в стороне от основной группы Носителей Скрытого и… нет, не смотрел, он обозревал поле грядущей битвы с видом не знающего поражений полководца.
Минош понятливо кивнул. Нараккет успел оттоптать ноги абсолютно всем, так что любая его неудача большинству была бы только в радость… Если бы от успешности задумок отшельника не зависело столь многое!
Пока они разговаривали, войско Фердинанда уже закончило развёртывание и начало медленно втягиваться в распадок. Не было громких команд, криков, ругани — тишину нарушал лишь тяжёлый шаг немёртвых и какой-то непонятный, нарастающий шелест, навевающий мысли о миграции саранчи или иных насекомых.
— Что за… — пробормотал Минош, собираясь кинуть поисковые чары.
Но его опередили. И спустя несколько секунд перед варреками растянулся иллюзорный экран, на котором появилось изображение быстро летящей над лесом стаи Костяных Птиц. Взмахи их крыльев и порождали странный пугающий звук… Беспокойство варреков усилилось. Хотя враг это был привычный, и как с ним сражаться М’Ллеур прекрасно знали, всех насторожило другое. В лапах у каждой из тварей оказалось зажато по продолговатому сосуду, отдалённо похожему на кувшины для вина. И вряд ли, внутри было что-то хорошее для эльфов Ночи.