Виталий Зыков – Ученик своего учителя. Родная гавань (страница 8)

Несмотря на свою понятливость, на Малка он всё же обиделся. И до того момента, пока они не забрались в кузов заехавшего за ними грузового паромобиля, не произнёс ни слова… Чем весьма порадовал Малка, который на тот период если в чём и нуждался, так это в тишине. Приближалось ожидаемое им время «разрядки» последствий противогадательного ритуала, так что вместо пустопорожней болтовни он предпочитал заниматься ревизией своих возможностей и подготовкой к явно небезопасному событию. Какие уж тут разговоры?

Вообще, вся эта история с внезапно появившимися билетами ему совершенно не нравилась. Не нравилось то, как они появились, когда появились и, что самое важное, доступ к каким возможностям предоставляли. Потому как одно дело ехать на курсирующем между городами паровом омнибусе, принадлежащем проверенной транспортной компании и останавливающемся в безопасных местах, и совсем другое – трястись на непонятном грузовом паромобиле, которым к тому же владеет какой-то мутный тип. Тут можно вляпаться во что угодно – в контрабанду, в похищение и торговлю людьми, в тайную войну Домов… Или ни во что не вляпаться, если предположить, что Малк себя просто накручивает. И в грядущих неприятностях транспортная компания никак задействована не будет.

Тем не менее, когда бордовый паромобиль с открытой кабиной и крытым кузовом лихо затормозил перед входом на вокзал, а заросший по самые брови бородатый детина, адски шепелявя, крикнул, чтобы они лезли в кузов к «тряпкам», по лесенке Малк поднимался в полной боевой готовности. Тесаки были заговорены на крепость, Призрачные Руки с зажатыми в них Рассеиваниями – это он ещё днём озаботился – прятались внутри груди, а мысленно он прокручивал, как при первой же угрозе отбросит саквояж, выхватит револьвер, вложит в него Силу и… Что там будет потом, зависело от дальнейших событий, но что Малк не позволит противнику перехватить инициативу, это точно.

Однако сразу после посадки ничего не произошло. Малк с Тилем осторожно перелезли через завал из рулонов сукна к дальней стенке кузова – поближе к кабине – и, обнаружив там достаточно свободного места, удобно устроились каждый в своём углу. Обыденность происходящего сама собой развеивала любые страхи и плохие ожидания, и ничего удивительного, что Тиль тотчас задремал в обнимку со своими чемоданами.

Лишь Малк сохранял бдительность. Да и как иначе, если уже после начала движения одновременно пробудились сразу два его артефакта. Первым был Вуд, который под гнётом защиты от гадания последнее время всё больше находился в чём-то вроде спячки, а теперь вдруг страшно возбудился и принялся испускать раздражающе резкие духовные вибрации. Вторым же оказался гадательный компас, который внезапно загудел, защёлкал, а потом и вовсе подкрасил видение Малка всполохами красного.

Можно было не сомневаться – до неприятностей осталось всего ничего. И Малк с каким-то извращённым хищным предвкушением принялся ждать…

Вот только ни через час, ни через два, ни через три ничего особенного не случилось. Паромобиль мчал по не слишком ровному тракту, пассажиров страшно трясло, а разлитое в воздухе колдовское напряжение всё никак себя не проявляло. Малк даже позавидовал на какой-то миг Тилю, который по привычке бывалого путешественника почти сразу заснул и так пару часов в своём углу и продрых.

Незнание – сила, Йоррох его побери!

То, что некие скрытые процессы всё же пришли в движение, стало ясно, когда грузовик съехал с вымощенной потрескавшимися плитами дороги на грунтовку. Некоторое время пылил среди полей, потом принялся забирать сначала к гряде невысоких холмов, затем спустился в вытянутый узкой кишкой лог, пока наконец не форсировал высохшее русло ручья и не оказался на границе густого ельника. Всё это происходило без каких бы то ни было объяснений со стороны водителя. Лишь когда борта паромобиля зацарапали еловые лапы, лишь тогда в задней стенке кабины открылось оконце и Малк с проснувшимся Калакаром услышали невнятное:

– На тракте ремонт. Через лес срежем!

Задвижка снова лязгнула, закрываясь, и только тогда до Тиля дошло, что вокруг происходит что-то не то.

– Какое срежем? Чего он несёт?! Мы недавно заправлялись. У нас вода скоро закончится и уголь, машина встанет! – горячо зашептал он. – Малк, нас везут Йоррох знает куда!

– Ты только сейчас это понял? – хмыкнул Малк, ласково погладив рукояти тесаков. Скоро им предстояла работа. – Я, ещё когда тебе вдруг на пустом месте предложили билеты купить, неладное заподозрил…

– Да, билеты… – протянул Тиль и беззвучно выругался. – Действительно. Два чужака, приехали неизвестно откуда и едут неизвестно куда. Искать никто не будет, на вокзале не регистрировались, на грузовик этот полулегально попали… Проклятье, да мы же идеальные жертвы для разбойников любых мастей. К тому же ещё и местности не знаем – можно завезти в такую дыру, где с нами что угодно делать можно… – Чем больше Калакар говорил, тем больше в его голосе появлялось паники. – Малк, если ты всё с самого начала понял… то какого Йорроха так спокоен? Почему мы в паромобиль этот вообще сели и почему продолжаем ехать?!

В иных обстоятельствах Малк с удовольствием поиграл бы у Тиля на нервах, но сейчас время для этого было явно неудачное, и он ограничился ироничным:

– Наверное, потому что меня всё устраивает?

Однако получилось как-то даже слишком издевательски. Возмущённый Тиль уже набрал было в грудь воздуха, чтобы разразиться руганью, как двигатель паромобиля затарахтел особенно сильно, потом закашлял, зарычал и спустя десяток-другой секунд окончательно заглох.

– А-а-а!!! Йоррохово семя, чтоб тебя разорвало и прихлопнуло! Чтоб твой дух никогда не проснулся, а твоего создателя дикие лоа сожрали, железяка!! – совершенно ненатурально заорал водитель, видимо для убедительности молотя ладонями по задней стенке кабины. – Вылезайте, приехали!!!

– Я же говорил, вода и уголь закончились! – мрачно сообщил Тиль. – Теперь осталось разбойников дождаться…

– Вода и уголь? Разбойники? А то, что наш с тобой соотечественник сыплет проклятиями в стиле аборигенов островов Яванского пояса, тебя не смущает? – развеселился Малк, неторопливо поднимаясь на ноги и с хрустом потягиваясь.

И Вуд, и компас вдруг разом затихли, как затихает буря перед тем, как разбушеваться с удвоенной яростью, а значит, момент, который он давно предвидел, настал. Впереди была схватка, обещающая избавить от утомительного ожидания внезапного удара… и это было прекрасно.

– Погоди-погоди. Он сказал лоа, а там, где лоа, там и тотемы. Мы же в городе одного такого любителя тотемов уже встречали… – сказал Тиль, растягивая слова.

Он уже обо всём догадался, но Малк его решил поторопить и закончил начатую фразу за него:

– Лоуренс, того туземца звали Лоуренс… И готов побиться об заклад на твой зуб – скоро мы снова его увидим!

Малк принялся перебираться через завалы сукна и на возмущённый вопль Тиля: «А почему мой-то?!», ответил довольным смехом. В крови уже гулял адреналин, и он вдруг осознал, что наслаждается происходящим. Словно, покинув Яванский пояс, он не оставил тамошний мир за спиной, а привёз некую его часть с собой. В своём сердце.

Пока они с Тилем болтали, водитель успел развить бурную деятельность. Зажёг пару масляных фонарей – давно уже стемнело, – запалил четыре явно заготовленных ранее факела и расставил их по углам искусственного происхождения поляны чуть в стороне от их паромобиля. Теперь же он возился с уродливого вида конструкцией, напоминающей то ли соты с прикладом, то ли многоствольное ружьё без ударно-спускового механизма. Чтобы узнать в ней примитивный искромёт, требовалось весьма недюжинное усилие…

– Ноги размять решил, господин хороший? – спросил водитель, немного возбуждённым голосом. – Что ж, это дело благое…

На этом он наконец закончил возиться со своим оружием и перехватил его так, чтобы в любой момент можно было навести стволы на Малка. После чего, растянув губы в улыбке, предложил:

– Кстати, не желаете на поляну проследовать? Сейчас костерок запалим, ужин приготовим, а там и на боковую отправимся. Ну а завтра уже, поутру, починимся и снова в путь двинемся…

– Починимся, – повторил Малк, покосившись на еле-еле прикрытый еловыми лапами угольный ящик под одним из деревьев и стоящую там же бочку с водой. – А искромёт зачем?

– Чтобы не случилось чего плохого, разумеется! – осклабился водитель и уже немного иным, уверенным тоном добавил: – Ваш спутник чего не вылезает? Заспался? Так, может, разбудить его?

Появилось ощущение, что он заметил нечто такое, чего не замечал Малк. И это нечто заставляет его чувствовать себя так, словно он был у Архонта за пазухой.

– Как же сильно оружие в руках искажает для некоторых представление о реальности, – промурлыкал Малк себе под нос. Приблизился к границе поляны, куда предложил ему выйти водитель, изучил лишённую травы землю, особое внимание уделил невзрачному серому пню в центре и ухмыльнулся. Всё-таки приятно узнавать, что ты был прав в своих предположениях. Очень приятно!

– Что, господин хороший? – переспросил водитель и не иначе как случайно навёл на Малка искромёт. – Повторите, я недослышал.

– Лоуренс, говорю, где? – сказал Малк теперь уже громко. Обвёл взглядом густой малинник на противоположной стороне поляны и с усмешкой добавил: – Может, пора уже появиться? А то мы так до самой ночи здесь проторчим.