Виталий Видин – Медитация: о практике, видах, интеграции (страница 1)
Виталий Видин
Медитация: о практике, видах, интеграции
Глава 1
Предисловие
Наш мир сложен и невероятно интересен своим многообразием. Он наполнен бесчисленными загадками, а вместе с ними – и людьми, которые стремятся эти загадки разгадать. Он полон искателей, задающихся вечными вопросами: «Кто я?», «В чем мое предназначение?», «Почему я здесь?». У многих из нас в жизни наступают переломные моменты, которые служат толчком к активному поиску этих ответов. Кто-то в таких обстоятельствах обращается внутрь себя, пытаясь разобраться в хитросплетениях собственной души, а кто-то, напротив, ищет разгадки вовне, в окружающем мире и опыте других людей.
Нечто подобное произошло и со мной. Находясь в состоянии полного неведения и внутренней пустоты, я внезапно озадачился вопросами, которые, вероятно, посещают каждого мыслящего человека. Что находится за гранью привычного восприятия? Что есть за пределами того, что мы видим, чувствуем, осязаем и осознаем? Откуда возникают, казалось бы, ниоткуда пришедшие мысли? Почему в ключевые моменты мы делаем тот или иной выбор, и чем в конечном счете обусловлено наше поведение?
Путь поиска ответов оказался долгим, извилистым, но невероятно увлекательным. Сегодня, в эпоху информационной доступности, получить знания по любой теме кажется проще простого. Мы имеем беспрецедентный доступ к первоисточникам, к трудам великих умов, выводы которых наши современники пропускают через призму собственного опыта, интеллектуальных фильтров и задач, которые они сами перед собой поставили.
Начиная свой путь, я с головой окунулся в изучение работ выдающихся психологов и философов: Арнольда Минделла, Джозефа Кэмпбелла, Станислава Грофа, Карла Густава Юнга, Зигмунда Фрейда, Альфреда Адлера, Жан-Поля Сартра и Марии-Луизы фон Франц, Мирче Элиаде. Каждый из них открывал для меня новые миры, каждая прочитанная книга была подобна вспышке света, озаряющей неизвестные прежде территории. Однако парадоксальным образом это обилие знаний не столько давало ответы, сколько порождало новые, еще более глубокие вопросы. Я стал замечать, что многие идеи и концепции, о которых они размышляли, в своей основе удивительным образом переплетались с классической западной философией Канта и Гегеля, представляя собой своего рода прикладное применение выводов этих великих мыслителей и их последователей.
В процессе этого интеллектуального путешествия я постоянно сталкивался с отсылками к древней восточной философии. Одни авторы вступали с ней в ожесточенный спор, другие же, напротив, ссылались на нее как на первый глубокий взгляд человечества на устройство окружающего мира и его сущностные основы.
В тот период, да и по сей день, у всех на устах было слово «медитация». Оно активно использовалось в рекламе всевозможных курсов, интернет был переполнен видео на эту тему, лекциями разнообразных «гуру» и музыкальными треками, названными медитативными. Повсюду говорилось о чудесах и некоей магии этого инструмента; все было окутано эзотерикой и завесой таинственности. Лично мне это было непонятно, и от всей этой шумихи веяло некой «попсовостью». Я ощущал, что предлагаемое – не имеет ничего общего с реальной сутью явления. Однако, обладая уже некоторыми знаниями о сложности человеческой психики, я интуитивно чувствовал, что эта техника действительно наполнена глубинным смыслом и имеет под собой прочное основание.
Мои поиски продолжились в этом направлении, но все, с чем я сталкивался, казалось бледной тенью, слабым отголоском того, что я искал. Ситуация кардинально изменилась, когда я обнаружил лекции Андрея Анатольевича Терентьева – известного буддолога, философа и переводчика с тибетского языка. Его лекции, рекомендованная в них литература, а впоследствии и его переводы книг (первоисточников), стали для меня подлинным открытием доселе неизвестного мира восточной философии. Она поразила меня своей системностью, безупречной логикой и невероятной глубиной мысли. Именно там я начал находить первые внятные и структурированные ответы на вопрос: «А что же такое медитация на самом деле?». Я не только начал изучать это теоретически, но и приступил к практике.
Погрузившись в эту философию, я обрел ключ к пониманию, например, книг Далай-ламы, которые прежде казались мне сложными и малопонятными без знания основ буддизма.
Книга, которую Вы держите в руках, посвящена поиску ответов на изначально поставленные мною вопросы, увиденных через призму буддийской философии. Она представлена в форме диалога Учителя и Ученика, где Ученик задает именно те вопросы, которые задавал бы я сам, беседуя с человеком, которого считаю непререкаемым авторитетом в этой области. Ответы же Учителя – это моя попытка донести до читателя глубокие подходы восточной мудрости к пониманию и практике медитации простым и доступным языком.
Я постарался изложить материал в виде четкой логической структуры. В книге раскрываются фундаментальные концепции, лежащие в основе медитативной практики, и показывается, почему понимание этих концепций является необходимым условием для эффективной медитации. Осознанность – это ключевое понятие медитации, и для ее пробуждения необходимо понимание того, что именно ты стремишься осознать.
В диалоге подробно рассматриваются краеугольные камни буддийской философии – Анитья (непостоянство), Дуккха (страдание) и Анатма (отсутствие независимого «я»). Мы исследуем, что на самом деле означает «Здесь и Сейчас», что вкладывается в понятие Кармы, говорим о «Свободе воли» как эти древние идеи пересекаются с современным научным взглядом на мир и почему так важно осознать эти понятия, чтобы ваша медитация стала по-настоящему глубокой и содержательной.
Отдельное внимание я уделил концепции Пустоты (Шуньяты) – центральной и объединяющей философской категории буддизма, понимание которой позволяет по-новому взглянуть на суть медитативной техники и увидеть прямую связь между глубиной постижения этого понятия и внутренним состоянием практикующего.
По мере погружения в диалоги, я делаю акценты на практическое применение обсуждаемых концепций: от описания самых простых техник концентрации на дыхании до более сложных практик визуализации и аналитической медитации, где интеллектуальное постижение сливается с непосредственным переживанием.
Для создания полной картины и логического структурирования знания в книге также разбираются основные виды и подходы к медитации, подробно описаны практические аспекты медитативных техник. Это позволит читателю ясно понять, чем одна практика отличается от другой, устранит неизбежную путаницу в многообразии существующих методов и поможет осознанно выбрать и применять те техники, которые наиболее точно соответствуют его целям и устремлениям.
Я вскользь касаюсь такой темы, как Мантра (Тантра), понимая, что это – обширная вселенная, которая заслуживает отдельного, глубокого диалога между уже продвинутым Учеником и его Учителем. В рамках этой книги мне хотелось лишь обозначить, что в современном обиходе понятие «Тантра» чаще всего употребляется неверно и спекулятивно, будучи сведенным к крайне упрощенным и искаженным трактовкам, что затемняет ее истинную философскую и практическую глубину.
Я надеюсь, что моя книга будет полезна самому широкому кругу читателей: тем, кто только начинает интересоваться медитативными техниками; адептам, углубленно практикующим йогу и ищущим системное понимание философских основ; и, конечно, таким же искателям ответов, как и я сам, для которых внутреннее развитие есть суть и смысл жизненного пути.
P.S. Книга требует вдумчивого чтения и дополнения своими личными рассуждениями по обсуждаемым вопросам. Надеюсь, что эти диалоги, во время чтения, будут наполнятся Вашими личными «проживаниями».
В. Шекспир «Король Лир»
Медитация: побег от реальности или ее осознание?
– Учитель, все вокруг говорят о медитации. Кто-то занимается этим для спокойствия, кто-то для концентрации. Но для чего она нужна? В чём её главная, практическая цель?
– Отличный вопрос. Давай разберёмся. Представь, что твой ум – это бурная горная река, полная мути и веток. Ты стоишь на берегу и пытаешься разглядеть дно. Получается?
– Нет, конечно. Вода слишком мутная и неспокойная.
– Именно. Так работает неподготовленный ум. Первая практическая цель медитации – это успокоить воду, сделать её стабильной и прозрачной. В буддизме этот процесс называется самадхи (шаматхи) (собирательное понятие для сосредоточения), а метод его достижения – саматха (саматха) (медитация успокоения). Мы перестаём болтать веслами – то есть, прекращаем подпитывать ум новой мысленной болтовнёй – и позволяем реке устояться. Ил оседает, вода становится кристально чистой.
– То есть, просто перестать думать? Стать спокойным?
– Не просто «не думать». Это почти невозможно и не является целью. Мы учимся наблюдать мысли, не вовлекаясь в них, как будто сидим на берегу и смотрим на проплывающие облака. Для этого мы даём уму якорь – точку сосредоточения. Чаще всего это дыхание. Ощущения вдоха и выдоха. Каждый раз, когда ум уносится в мысль, мы мягко, без самобичевания, возвращаем его к дыханию. Это и есть тренировка, закалка ума.