Виталий Сертаков – Демон-император (страница 64)
– Даю слово. Никто из детей Качальщиков не пострадает, – твердо заявил Артур. – Но нам надо двигаться дальше… Я не знаю, что с моими людьми в Питере.
– В Закамске все в порядке, все целы. Правда, переселенцы уверены, что ты погиб. Змеи поселились у тебя под подушкой. Но ты их раздавишь, – притормозила президента мама Анна. – Кажется, ты так и не понял, почему эти люди примчались тебе на помощь? – Она кивнула в сторону крестьянской армии Варвары, квартировавшей в чистом поле.
– Они… если честно, я не ожидал, – признался Коваль.
– Потому что для них, для всех, Белый царь и Россия – это одно и то же, – серьезно заявила Хранительница. – Я сама в это не слишком верила, пока в городишке этом не побывала… Там ведь слезы льют в паровиках… по тебе убиваются. Так что думай, куда торопишься.
Артур открыл рот, чтобы успокоить суровую колдунью, и… закрыл.
Они все смотрели на него. Командующий экспедиционным корпусом, генерал Даляр, в потрепанном кителе, с голубой орденской лентой через плечо, и рядом – пухлые девчушки с лейками.
Митя Карапуз, спешно поправляющий на пузе китель. Седой, кряжистый губернатор Закамска, раненный в голову. Его принесли во двор на носилках, губернатор криво улыбался и пытался что-то сказать, но не мог.
Министр промышленности, по совместительству первый адмирал флота, Орландо, в новых сапогах и новой расшитой рубахе. Рядом с итальянцем – селянки, с недоверием и жадностью косящиеся на отросшие черные кудри министра.
Серьезный, нафабренный, в новом кафтане, Лева Свирский, книжник и министр культуры. Надя ван Гог, собранная, хоть и опухшая от слез, в окружении охраны. Верная любимая подруга, которую он чуть не позабыл.
Хозяйка Читы, вся в коже и боеприпасах, окруженная верными бородатыми парнями. Некоторых из них Коваль узнал. Казалось бы, еще совсем недавно вместе дрались в тайге против китайских и монгольских банд! Варвара глядела исподлобья, закусив губу, в очередной раз прощалась со своим недосягаемым любовником. Поймав взгляд Артура, она расцвела и послала ему воздушный поцелуй.
Рядом – старуха Виевна, держит на руках ручного волчонка. Взрослые оборотни в деревню не явились, да и не могли долго по Верхнему миру шариться. Виевна показала клыки, непонятно было, смеется или сердится. Наставник Вонг, аккуратный, стройный, а возле него… не меньше дюжины китайских братьев-Качальщиков.
Соратники Кристиана, беловолосые старцы, примчавшиеся с дальних заимок, с Вечных пожарищ, раскиданных по великой стране. Они тоже молча глядели на него, не прикасаясь к своим кружкам и котлу с жирной похлебкой.
А за плетнем сгрудились десятки местных крестьян. Подходили новые и новые люди, вперемешку с ними подбирались ближе бойцы Варвары, но были и горожане, загнанные в леса летучими бесами. Все смотрели на президента молча и словно чего-то ждали.
– Ты права, Хранительница, – Артур сглотнул неприятный комок в горле. – Генерал Даляр! Собирайте штаб в Закамске. Общий сбор командиров всех подразделений. Адмирал Орландо, вы один поведете экспедицию дальше. Мы возвращаемся назад.
– Назад? – ахнули в толпе.
Но Даляр лишнего не спрашивал, уже раздавал приказания.
– Генерал, вместе с нами поедет… – Артур осекся, поняв, что позабыл Варварину фамилию. – Вместе с нами поедет госпожа генерал-губернатор Сибирского военного округа… – он прикинул, не слишком ли высокопарно прозвучало звание Варвары. – Через час соберите штаб. Возвращаемся в Петербург.
43
Не дождетесь!
– Не дождетесь! – раздался насмешливый голос от двери. Не от внешних толстых дверей, которые снаружи надежно охраняли, а от узкой дверцы в спальню.
Заговорщики вскочили, опрокидывая стулья.
За час до этого казаки ворвались в спящий Питер с двух направлений. Три тысячи под командой Варвары высадились на Английской набережной с многочисленных барж и весельных лодок. Зимний был захвачен в считанные минуты. Ожесточенное сопротивление оказали отряды шептунов, прикормленные новой властью. Отступать им было все равно некуда, новоявленная царица Арина нарезала дикарям землю гектарами и раздавала им пригородные дворцы. Шептуны окопались в Адмиралтействе и Мариинском дворце, где день и ночь заседала новая Дума.
Еще три тысячи сибиряков вел за собой Митя Карапуз. Толкая впереди броневые локомотивы, железнодорожный состав вкатился на Николаевский вокзал. По пути были встречены четыре заслона и все четыре уничтожены. С вокзала, разделившись на отряды, казаки ринулись по важным адресам. Тяжелые бои завязались на почтамте, у зданий военного и тылового министерств, у арсенала и монетного двора. Естественно, передвижение большой армии не могло остаться незамеченным. Многие члены новой Думы, предательски переметнувшиеся на сторону ковбоев, заблаговременно бежали из столицы. Поэтому читинцы нередко вламывались в пустые квартиры.
Но шесть тысяч не смогли бы опрокинуть петербургский гарнизон. Главные силы вел за собой президент Кузнец. Без малого двадцать тысяч солдат и мастеровых, верных президенту, ворвались в город по Московскому проспекту. Узнав, кто ведет повстанцев, полицейские складывали оружие. Многие полицейские чины, разбуженные по тревоге, вместо того, чтобы открыть огонь, кидались в ноги Проснувшемуся Демону. Обрастая гражданскими пособниками и зеваками, армия законного властителя катилась дальше и дальше, подминая под себя деловые кварталы, склады и особняки новой знати.
Незаконные владельцы просыпались, чтобы немедленно отправиться в застенок. Одна за другой сдавались воинские части, не так давно присягнувшие ковбойской Думе и Арине Рубенс. Разбуженные соборники ударили в колокола, разбудив центр и рабочие окраины. Соборники не стали дожидаться, пока Проснувшийся Демон призовет их к ответу, затянули долгие радостные молитвы в честь счастливого возвращения хозяина из плена.
– Господин президент, Биржу заняли. Банкиров подняли, те просят помиловать…
– Ваше высокопревосходительство, захватили Троицкий мост. Там пулеметчики сдались, капитан ихний просят помиловать…
– Тюрьму вскрыли! Освободили сорок человек из старой Думы!
– На телефонной станции окопались желтые дикари с пушками! На переговоры не идут, пришлось им электричество отключить.
– Ваше высокопревосходительство, обе тепловых станции сдали нам без боя. Прикажете сменить там начальство или оставить прежних?
– В Неве военные корабли, передали по телеграфу, что готовы снова присягнуть президенту Кузнецу, если не будут расстреливать офицеров.
– Привели председателя Думы. Государственные печати у него в Смольном заперты, а саму Рубенс никто найти не может…
– Господин президент, «черные клинки» сами арестовали своих командиров и привели к нам…
Наконец Артур услышал то, что так долго ждал услышать.
– В Воронцовском дворце заседают заговорщики, в боковом флигеле!
Кузнец окатился холодной водой. Глаза слипались после долгого бессонного перехода. Однако начатое следовало завершить к утру. Иначе могли подоспеть ковбои со своими наемниками, и перевес сил мог оказаться совсем не на его стороне…
– Ваше превосходительство, следует захватить их немедля, пока голубей не заслали, – зашептал шпион Трибунала. – Как бы помощи не дождались…
– Не дождутся, – пообещал Артур.
Заговорщики вскочили как один. Ночное совещание прервалось. В клубах дыма замелькали перекошенные, растерянные лица. Толстый купчина у стены опрометчиво потянулся за ворот, но тут же осел, захрипел, завалился на бок. В его горле торчал метательный нож. Седой представительный господин тоже дернулся, но под прицелами винтовок выронил револьвер на ковер. Заговорщики побледнели, когда следом за тайными агентами в зале объявился сам погибший президент Кузнец. Лишь Арина Рубенс внешне оставалась спокойна, не прекратила даже курить трубку.
– Маски – долой! – гаркнул Коваль, входя следом за бодигардами. – Эх, удружили мне, господа-сенаторы…
«Безликие» ворвались в гостиную с трех сторон, заполонили все вокруг, положили гостей на пол.
– Убьешь меня? – холодно прошипела Арина, но ее выдали дрожащие губы. – Давай, пристрели. Ты же так поступаешь со всеми, кто тебе мешает!
– Мне вы мешаете не больше, чем комары, – засмеялся президент. – А вот России вы мешаете серьезно. Так что придется ваше комариное гнездо прихлопнуть. Раз и навсегда!
Претендентку на престол подняли, надели наручники. Некоторое время, пока в особняке шел обыск, Артур мерялся с ней взглядами. Он вспоминал худенькую ведьму, водившую питерские караваны через дикие территории до Москвы и даже до уральских городов. Когда-то именно она, дочь Красной луны, возвысила рядового Кузнеца до начальника охраны. Двадцать лет назад рядовой Кузнец отчаянно защищал караван с нерожавшими мамочками, многих спас, но в результате угодил в лапы к лесным колдунам.
– Что уставился? – прошипела Арина. – Жалеешь, что не прикончил меня раньше?
– Зачем вам власть? – спросил Артур.
– А?.. – стареющая атаманша вздрогнула от неожиданности. – Как зачем? Небось, не тебе об этом спрашивать! Сам-то никак из когтей не выпустишь!
– Арина, ты лет двенадцать в лесу прожила? – без злобы продолжал Артур. – Я тогда вас пожалел, вместе с мужем твоим. И прочих пожалел. И что теперь? Снова кровь льется. Снова перекраивать страну собрались.