Виталий Романов – Лабиринт смерти (страница 4)

Две недели промелькнули, словно курьерский состав, идущий мимо полустанка на предельной скорости. Странно, но за эти дни Наташа даже не почувствовала усталости – до такой степени ей нравилась работа на новом месте. Если б не Клаус Штангель… Черт, ну какого хрена ему потребовалось оторвать задницу от мягкого, удобного кресла в Москве?! Ехать в Питер для личного знакомства с новым топ-менеджером?!

Наташа горько усмехнулась, вспомнив корпоративную вечеринку, полупьяного Штангеля. Темный коридор и смачную пощечину, которую она влепила немцу, потерявшему над собой контроль.

Рогова тогда страшно испугалась. Нет, не ответного удара. Другого. Сейчас Клаус – прямо не сходя с места – уволит строптивую девчонку. И на ее великолепной карьере будет поставлен жирный крест. Но Штангель смолчал. Кажется, даже протрезвел от удивления. Возможно, привык к тому, что русские девчонки безропотно выполняют его требования. Стоит только захотеть – и все будет у его ног.

Завоеватель, блин! Господин хренов! А вот Сталинград тебе, сука!

Клаус Штангель стерпел, но уже на следующий день Наталья несколько раз ловила на себе долгий изучающий взгляд Александра Кузякина. Внутреннее чутье, развившееся у нее за годы работы в трех разных компаниях, подсказало девушке: пощечина без последствий не останется. Но, сознавая это, Рогова искренне верила: такой опытный профессионал, как Александр Владимирович, поставит ее деловые качества выше личных трений по линии «региональный менеджер – коммерческий директор филиала».

Развязка последовала в четверг. Наталья была на деловой встрече, когда на мобильник упал входящий звонок от Лены, офис-менеджера. Узнав, во сколько освобождается Рогова, девушка быстро переговорила с кем-то, находившимся рядом, а потом сообщила: Александр Владимирович хочет видеть Наталью Рогову в офисе, в meeting-room, в три часа дня.

Подтвердив готовность к встрече, Наташа по-быстрому свернула переговоры. Моментально пропал интерес к окучиванию клиента, который размышлял: стоит ли брать офис на первом этаже, в центре города, возле Невского проспекта. В другой день Рогова вцепилась бы в жертву бульдожьей хваткой, ибо первые этажи – самое доходное, что есть в бизнес-центрах. Тем более если клиент готов брать весь горизонт. Тем более когда речь идет об офисе, расположенном в самом сердце деловой части города, и о договоре сразу на несколько лет.

Настроение упало ниже нуля, как-то неприятно пересохло во рту. Когда Наталья подъезжала к офисному зданию, вдруг поймала себя на том, что сердце стучит гулко и часто, будто отбойный молоток. Так она не волновалась даже в момент, когда решался вопрос: берут ее в «Генри Федерер» или нет?

Резко – гораздо сильнее, чем следовало – хлопнув дверцей «Audi», Наташа запахнула плащ, быстро прошла в здание. Кивнула, едва заметно улыбнулась уже знакомому охраннику. Привычно – для контроля – глянула на часы. Без пяти три. Все по графику.

Александр Владимирович ждал ее в meeting-room. Перед ним на столе чернела фигурная пепельница. Не пустая. В ней лежали две затушенные сигареты. И Кузякин зажигал третью.

Мгновенно оценив обстановку – было ясно, что шеф сидит тут уже некоторое время, о чем-то напряженно размышляя, – Наташа резко отодвинула стул, уселась напротив генерального директора.

«Если думаете: я пришла, чтоб быть подстилкой для сраного немца, то хрен вам! Не будет этого! Не для того я сюда хотела попасть! Если вы, идиоты, не понимаете, что бизнес – это уважение к тем, кто приносит вам прибыль, – сами сдохнете! Сдохнете, но без меня!»

Глянув на нее, Кузякин ухмыльнулся.

– Словно на последний бой, – помассировав пальцем кончик носа, резюмировал он.

Наташа положила руки на краешек стола, сцепила пальцы, дабы не было заметно, как они дрожат. Откинулась на спинку кресла, расправляя плечи. Ничего не ответила. Но Кузякин не был дураком. Ему не надо было пристально наблюдать за молодой помощницей, чтоб читать ее внутреннее состояние. Хватало коротких взглядов из-под кустистых бровей.

– Выпей сока, – предложил генеральный директор. – Или минеральной воды.

И он произнес это таким странным тоном, будто не старший партнер – младшему. Будто отец – любимой дочери. Подвинул стакан и пакет с напитком. И Наталья, приготовившаяся уйти в глухую оборону, вдруг сломалась. Она почувствовала, что не способна контролировать мышцы лица. Закрылась ладонями и заплакала.

– Ну, ну! – Кузякин встал из-за стола, подошел к девушке и положил ей руки на плечи. Сильно встряхнул. – Ну! Наташка!

Девушка помотала головой, отгоняя приступ слабости.

– Почему он так, Александр Владимирович? Почему так?! Разве я сюда для того…

– Стоп! – резко приказал Кузякин, не давая Роговой закончить мысль. – Стоп! Никаких имен и ситуаций! Я знаю, о чем мы говорим. И ты знаешь. Этого достаточно.

Наташа кивнула, стараясь контролировать себя. Они находились на работе. На работе. Оба являлись наемными служащими, которых в любой момент могли выкинуть на улицу по прихоти босса. И как бы трудно ни складывались ее собственные отношения с владельцами фирмы, не следовало подставлять Кузякина, который был нормальным человеком. Не только взял в бизнес, но и пытался поддержать. Как мог.

Рогова махнула рукой, вытащила платок, быстро и аккуратно промокнула глаза. Глянула на себя в маленькое зеркальце.

– Все! – выдохнула она. – Я все поняла, Александр Владимирович. Пошла работать.

– Да ни черта ты не поняла! – вдруг рассердился Кузякин. Хлопнул ладонью по столу так, что Наталья замерла на месте, с платком у глаза.

Генеральный директор встал с кресла, засунул руки в карманы, прошелся по комнате. И вдруг вернулся к столу, нагнулся к Наталье.

– Ни черта ты не поняла! – тихо повторил он, глядя в глаза девушке. – Ты все правильно сделала!

Рука Наташи опустилась вниз, на черную полированную поверхность. Рогова удивленно посмотрела на босса.

– Это проверка такая, понимаешь? – Кузякин будто гипнотизировал взглядом молодую помощницу. – Проверка! Наш общий друг остался очень доволен тобой. Сказал: если девушка не постеснялась на первой встрече поступить так, значит, действительно добилась успеха в бизнесе. Понимаешь? Успеха! В бизнесе! Не через интимные услуги!

Наталья смотрела на босса, открыв рот от удивления. Штангель хотел проверить ее?! Убедиться, что она действительно соответствует деловым качествам, которые приведены в резюме?!

– Да! – Кузякин развел руки в стороны, чуть ли не поклонился. – Такие вот дела, красавица моя. Крупный бизнес – свои причуды. Свой внутренний контроль. Привыкай. Наш общий друг дал тебе очень хорошую рекомендацию и улетел в Москву.

– Так это значит, что все в порядке? – пробормотала Наталья Рогова.

– В порядке! – заверил Кузякин. Уселся за стол, вытащил из пачки новую сигарету – четвертую. Закурил. Наташа недоверчиво смотрела на Александра Владимировича. Почему у него подрагивают пальцы? Почему? Вот вопрос.

– Короче, все нормально, Наталья Николаевна! Есть только одна мелочь…

– Какая? – Наташа, которую уже отпустило напряжение, вновь превратилась в комок нервов.

– У руководства есть мнение, что ты очень мягкий человек. Слишком мягкий для такой должности.

Рогова удивленно подняла брови, пытаясь понять, о чем говорит шеф. За четыре года в коммерческих структурах ей впервые сделали такой «комплимент». Это что, завуалированная попытка отправить коммерческого директора в отставку? Наташа вопросительно, изучающе, глянула на Кузякина.

– Нет! – ответил тот на немой вопрос молодой помощницы. – Нет! Просто тебе надо стать жестче. Иначе не выдержишь в нашей системе, здесь нет времени на сопли. Помнишь фильм «Ирония судьбы, Или с легким паром»? Там есть момент, когда герой Мягкова произносит фразу: «Я хирург и должен делать людям больно, чтобы потом им стало легче». Тебе, Наталья, надо учиться быть жесткой. На твоей должности необходимо умение резать по живому. Понимаешь?

Командир судна должен быть готов пожертвовать частью экипажа ради спасения остальных подчиненных и всех пассажиров. В этот момент кэп не имеет права думать о женах и детях людей, которых отправляет на верную смерть. Понимаешь? Это жестоко, но выхода нет. Зачастую командир судна обязан принимать трудные решения. Кстати, и нестандартные тоже. Крупный бизнес – это ведь корабль, если позволишь такое сравнение.

Я хорошо помню кризис 1998 года. Тогда в Питере многие предприятия и коммерческие структуры оказались на грани разорения. Меня поразило решение, принятое топ-менеджером одной забугорной фирмы, имевшей завод в нашем городе. Девальвация рубля. Рост курса доллара. Кризис, убытки. Нет денег, чтобы платить аренду, налоги, зарплату. Завод выпускал хорошую, но дорогую продукцию – парфюмерию, косметику. Спрос резко упал.

Что было делать? Правильно, дорогая моя! Сокращать издержки! Как? За счет сокращения штатов! Знаешь, какое решение принял топ-менеджер? Конвейер остановить нельзя – это похоронило бы завод, производство. Выходит, следовало оставить рабочих, менее квалифицированный персонал. Кого же увольнять? Сотрудников отдела продаж, сокращать маркетинговые, рекламные, PR-службы? Научно-технический персонал?

Да, но что такое конвейер без грамотных управленцев? Способных выстраивать связи, искать пути преодоления кризиса? Без инженеров научных отделов? Готовых сканировать рынок, анализировать, внедрять новые технологии и решения, упреждая конкурентов?