Виталий Полосухин – Черный зверь (страница 42)

Смирягин вздохнул и встал из кресла:

— Ну пойдем посмотрим. Не иначе радиоуправляемый шарик на силовых полях.

— Чего? — непонимающе спросил Валера.

— Да так. Ерунда всякая, — махнул рукой Смирягин и вышел из кабинета. Валера, задержав на секунду взгляд на экране, последовал за ним.

В комнате, в которую они вошли, было много экранов. Очень много — они составляли целую стену. Но их все равно не хватало: за каждым столом наблюдало по две-три камеры. Плюс общее наблюдение. Плюс внешние камеры. Поэтому на некоторых мониторах изображение крутилось поочередно, а на некоторых давалось в сплит-скрин. Как бы там ни было, первый рулеточный стол сейчас был выведен на четыре крупных экрана, показывавших его со всех сторон.

Четверо всадников из службы охраны тихонько переговаривались между собой и смолкли, как только вошел Сми-рягин. Они с надеждой посмотрели на него.

— Крупье меняли? — спросил он.

— Да, — отозвался один из всадников.

— Так еще раз смените! — раздраженно сказал Смирягин и наморщил лоб.

Всадник склонился к тоненькому стебельку микрофона:

— Смените крупье за первой рулеткой.

— Кто играет? — спросил Смирягин.

— Блондинка в черном.

Смирягин отыскал взглядом Лизу. Она сидела, выпрямив спину и изящно держа руки над столом.

— Хороша… — пробормотал Смирягин и добавил громко: — Увеличьте-ка ее.

В зале под потолком камера повернулась, неслышно жужжа моторчиком, объектив наехал, давая Лизу крупным планом. Румянец на ее щеках был заметен даже на черно-белом мониторе.

— Звук включите.

Невидимые колонки наполнили комнату звуками игрового зала.

— Делайте ваши ставки, господа! — раздался голос девушки-крупье. Но это была уже не блондинка, а круглолицая полноватая шатенка. Смирягин внимательно следил, как она раскрутила колесо, как запустила шарик.

— Почему она не став…

В это время Лиза двинула фишки на табло. В ту же секунду девушка огласила:

— Ставки сделаны, ставок больше нет!

Смирягин дождался, пока колесо остановится.

— Шесть плейнов, — произнес всадник. Смирягин промолчал. Он ждал повторения.

Семь плейнов никто озвучить не решился.

— Сколько она выиграла?

— Четыре тысячи, — сообщил всадник.

— Карту дайте, — потребовал Смирягин, не отрываясь от монитора. Всадник подал ему распечатку принтера. Смирягин пробежал глазами колонки цифр и вопросительно взглянул на него.

— Никаких отклонений. Рулетку проверяли. Крупье незаметно заменил шарик. Все то же.

— Она что, каждый раз ставит сразу перед объявлением?

Всадник кивнул.

— Системщица?

Всадник едва сдержал усмешку:

— Скажите мне такую систему. Я запишу.

— Но-но, — прикрикнул Смирягин, впрочем, не слишком грозно. Он проследил, как Лиза взяла еще один выигрыш.

— Проверьте по картотеке, — приказал он. Но он делал это, понимая, что таких игроков он знал бы. Значит, это новенькая. Либо приезжая, либо человек с улицы, который просто сидит вместо рук. Прерывать игру он не имел права, убрать из-за стола Лизу тоже, Нужно было доказать, что она — мошенница. А Лиза играла демонстративно, хотя могла ставить один к одному, два к одному или выигрывать хотя бы через раз. Она словно говорила: поймайте меня, если сможете. И грош цена была Смирягину, если он даст ей выиграть столько, сколько она хочет.

— Пустите человека с глушилкой, пусть постоит рядом.

Всадник кивнул и наклонился к микрофону.

— На ней даже колец нету, — позволил себе заметить Валера.

— Откуда ты знаешь, где кольца бывают, — раздраженно отмахнулся Смирягин. Он и сам видел, что никаких украшений, где можно было бы спрятать электронику, на Лизе не было. Да и какая электроника, если крупье сменили дважды, если шарик падает так же непредсказуемо, как обычно. Но видимо, непредсказуемо это было для всех, кроме красивой блондинки в черном платье.

На мониторе Смирягин видел, как с четырех концов зала к столу устремились охранники. Четырех было явно много, но всадник, не уверенный в успехе этого предприятия и предвидя упреки, решил перестраховаться. На охранниках были спрятаны глушители радиоэлектроники, действовавшие в пределах полутора метров, но очень сильно. Владельцам пейджеров и сотовых телефонов придется пострадать. Впрочем, они этого не должны заметить.

— Чертовщина какая-то! — воскликнул Смирягин, видя, что это не возымело никакого действия.

— Кажется, будто она знает, куда упадет шарик, — сказал один всадник.

— Да нет, вы смотрите: она всегда ставит, когда шарик уже пущен, причем выжимает максимум, пока крупье не объявит окончание ставок. Она просто считает скорость вращения.

— Да ты совсем придурок! — не выдержав, резко произнес Смирягин. — «Просто считает», — передразнил он, — Какую скорость вращения! С точностью до ячейки? Это что, по-твоему, суперкомпьютер со сканером?

— Такие вычисления суперкомпьютер не потянет, — уверенно заявил третий всадник, лопоухий и очкастый. — Я физмат окончил, я вам точно говорю. Это невозможно. Про рулетку можно много всякого разного сказать, но то, что шарик выпадет случайно, — это абсолютно точно.

— Да ведь и он выпадает случайно, — сказал первый. Просто она эту случайность предсказывает.

— Эй, эй! Вы посмотрите, что делается! — закричал второй. Смирягин резко повернулся к монитору. Японец, си— девший рядом с Лизой, как бегун на старте, держал руку над столом, ловя момент, когда поставит Лиза, и клал свои фишки на ту же клетку, что и она. На другом мониторе было видно потерянное лицо девушки-крупье, которая на автоматизме объявляла круги и раскручивала колесо. Развитие событий было нетрудно предсказать.

— Я спускаюсь, — коротко бросил Смирягин и вышел из комнаты. Валера, как привязанный, последовал за ним.

— Блин! — сказал всадник с физмата. — И поссать не выйдешь! Я сбегаю на минутку…

Двое других кивнули, и лопоухий физик выбежал в коридор. Он, озираясь по сторонам, направился быстрым шагом в противоположный от лестницы конец коридора. Толкнув дверь с золоченой буквой «М», он проскользнул внутрь, прислушался и юркнул в кабинку. Там, присев на унитаз, он достал сотовый и набрал номер. На том конце никто не подходил. Он несколько раз жал на кнопку повтора, потом набрал другой номер.

— Алина? Привет, Алина. А Борис Васильевич где? Не знаю, его телефон не отвечает… Ладно, короче, тут такое! Кажется, я вашу блондинку поймал. Ну да, зуб даю! Она нашу казину натягивает по самые не могу. Смирягин в ауте, Все как предостерегал Борис Васильевич… Да. Приезжайте. Только быстрее: ей-богу, если она будет продолжать в том же духе, Смирягин ее за шкирку выкинет. Только я — молчок, понятно? Ага… Слушай, Алин, скажи, как она это делает?!

Смирягин подошел к рулеточному столу. Такого столпотворения вокруг рулетки он не видел давно. Да что там, никогда он такого не видел. Наблюдать за игрой в рулетку так же интересно, как смотреть на маклера, играющего на бирже. Человек нервничает, потеет, глотает валидол, а перед ним на экране компьютера бегут цифры, не говорящие постороннему абсолютно ничего. Так и на рулетке. Ну, не совсем так, конечно, но эта игра из тех, за которыми интересно следить только играющим и их спутникам. Тут же складывалось такое ощущение, будто там, в середине этой толпы, происходило сражение бойцовых рыбок или тараканьи бега.

Он протиснулся сквозь разодетую и надушенную толпу и встал рядом с блондинкой. Та, словно почувствовав его взгляд, подняла голову, встретилась с ним глазами и улыбнулась ему. Скрипнув зубами, Смирягин улыбнулся в ответ: он понял, что она поняла, кто он такой и для чего сюда пришел. При этом она сохранила полное спокойствие и невозмутимость. Значит, уверена в себе абсолютно. Значит, хрен подкопаешься. Значит, придется дать ей выиграть и унести выигрыш с собой. Эх! Почему у него не такое солидное заведение! Сейчас бы взяли ее под белы ручки, отвели в сортир и объяснили, сколько она имеет право выиграть.

Круглолицую шатенку сменил низенький лысоватый мужчина с носом-картошкой. Его короткие волосатые пальцы постоянно находились в движении, он крутил между ними шарик так, словно шарик был железным, а пальцы — намагниченными. Смирягин знал этого мужичка: он был из старых, еще подпольных мастеров и носил кличку Коперфильд.

— Делайте ваши ставки, господа! — бодро попросил он, запуская рулетку. Но господа не торопились: они ждали, когда ставку сделает Лиза. Ставку сделала только брюнетка: она и до этого не проигрывала, делая крупные ставки с большой вероятностью попадания, и выигрывала в основном один к одному.

Четыре руки замерли над столом. Лиза ждала. Но крупье вдруг быстро, скороговоркой произнес:

— Ставкисделаныставокбольшенет!

Игроки в недоумении взглянули на крупье. Тот укоризненно покачал головой: мол, что же вы медлите, господа?

«Ай да Коперфильд, ай да молодец!» — восхитился Смирягин. Как же он сам не догадался — надо просто сбить ей игру.

Разочарованные, игроки поставили в следующий круг, как обычно, не дожидаясьЛизу. Японец, видимо системщик, тихо ругался под нос по-своему, раздраженно водя карандашиком по бумаге. Все поняли, что за барышню всерьез взяось казино. А с системой, как известно, бороться бесполезно. И временами даже опасно.

Но барышню, кажется, это не больно смутило. Она теперь не ждала до последнего, а ставила через несколько секунд после того, как крупье пустит шарик. Правда, теперь она накрывала не одну цифру, а четыре. Выигрыш был ниже, восемь к одному, но если ставить больше, мож было выигрывать столько же. И она продолжала снимать ставку за ставкой.