Виталий Пищенко – Разлом времени (страница 70)
В глазах Бесса вспыхнул охотничий огонек.
— Вечера Шарксон проводит в игорном доме «Пути мечты», — значительно произнес он.
— Да? Это интересно. Особенно если учесть побочные эффекты твоей премьеры в Лас-Вегасе. Ну почему, мой друг, ты всегда идешь путем порока?
Бесс с недоумением уставился на приятеля.
— Почему ты не веришь в христианскую добродетель и в ее сестер деловую честность и буржуазную законность? — продолжал Паркинс. — Ведь осталось же в грязной душе Шарксона то великое и неизменное начало, которое заложил в нее Творец наш? Не благороднее ли попытаться найти эту чистую основу, помочь забить роднику нежности и любви? Кстати, друг мой, как ты относишься к религии?
— Видишь ли, Эд, — осторожно начал Бесс, пытаясь сообразить, куда клонит приятель, — в свое время соседка заманила меня в церковь, соврав, что там бесплатно раздают тело и кровь Христовы. Помню, как потрясла меня надпись над церковной дверью:
— Ты, как всегда, прав, — Паркинс кивнул с видом апостола, нашедшего отклик в темной душе закоренелого язычника. — Христианская добродетель всегда найдет дорогу. Вытолкни ее в дверь, она влезет в окно. Нет нашей вины и в том, что плоды, произрастающие на древе добродетели, часто неотличимы от плодов, которые мы привыкли рвать с ветвей древа порока. Разойдемся же, сын мой, по своим дорогам. Скорее всего они пересекутся, ибо пути эти ведут не в Рим, а к миллионам Сэма Шарксона.
Ступеньки игорного дома «Пути мечты» были сделаны из настоящего гранита. Бесс понял это, пересчитав их все до единой своими ребрами. Оттолкнувшись от последней ступеньки, он уткнулся носом в хорошо знакомые ему ботинки. Бесс поднял глаза. Черную сутану, застегнутую до подбородка, венчала широкополая шляпа, из-под которой смотрело на свет божий умиротворенное лицо Паркинса.
— Надеешься взять патент на новый способ передвижения? — осведомился Эд.
— Видишь ли, — Бесс тщетно пытался придать своему голосу интонации снисходительной твердости. — Сэм Шарксон не снисходит до карточного стола, а его телохранители не захотели соглашаться с тем, что ко мне постоянно приходит больше козырей, чем к ним всем, вместе взятым.
— Значит, Шарксон здесь? — Эд пропустил мимо ушей признание компаньона в провале взятой им на себя миссии.
— Сидит в салуне у окна. Это самое дешевое место. Сэм Шарксон до безобразия экономен. Боюсь только, что у него сегодня слишком воинственное настроение для бесед о добродетели.
— Ну что ж, спасибо за информацию. Прими благословение божье, сын мой, — и, сунув под нос оторопевшему Бессу тщательно сдобренную благовониями руку, Эд Паркинс степенно направился к входу в игорный дом.
— Вы позволите, мистер Шарксон?
Стол ростовщика стоял так близко к окну, что Бесс, притаившийся в кустах, слышал каждое слово.
— Прошу… Но мы, кажется, незнакомы?
Заскрипел стул, видимо Паркинс устраивался за столиком основательно.
— Ах, мистер Шарксон, — в голосе Эда Бесс уловил скрытую иронию. — Деловые люди часто не замечают скромных служителей церкви, отдающих все силы на поприще добродетели…
Шарксон коротко хохотнул:
— Просто слуги божьи зачастую сторонятся деловых людей. Но я вас понимаю — делиться урожаем с поля, щедро унавоженного добродетелью, никому не захочется. Не обижайтесь, святой отец, не обижайтесь! Сам я истинный христианин и примерный прихожанин. Просто меня всегда восхищало умение дщери Христовой успешно совмещать то, что Священное писание полагало несоединимым!
— Что вы имеете в виду? — Паркинс явно не считал себя специалистом в области богословия.
— Ну как же. «Всякому свой черед и время всякому под небесами. Время собирать камни и время разбрасывать камни…» Кажется, так? А вы, святой отец, щедро разбрасывая камни божественных истин, в то же время успешно собираете вполне реальные камни материальных благ. Да и положение у вас полегче, чем у нас, бизнесменов.
— Разве? — Паркинс выглядел святой наивностью.
— О господи! Подоходных налогов вы не платите, отчетны только перед господом богом, а с ним с глазу на глаз договориться несложно. Да и территориальных границ у вас нет. А возьмите меня. Я зажат в этом жалком городишке. Стоит выбраться за его пределы, и кредитка прибыли влечет пять кредиток убытка. Ведь везде есть свои Шарксоны. Так вот и существую… И силы есть, да крылья не расправить. Где уж мне до вас, — в голосе ростовщика звучала нескрываемая зависть.
— И все же вы заблуждаетесь…
— Блажен заблудший, ибо он помогает остальным идти верным путем!
— Но мы не отвергаем и заблудших, ибо «бог не желает погубить душу и помышляет, как бы не отвергнуть от себя и отвергнутого». Святая церковь с радостью принимает в свое лоно всех желающих трудиться во славу божью, — многозначительно произнес Эд. — Нам нужны функционеры.
— Что вы имеете в виду? — ростовщик уловил, что беседа пересекла границу, отделяющую невинную болтовню от делового разговора.
— Может быть, мы найдем место, более подходящее, чем этот зал? — осведомился Паркинс.
— Разумеется, здесь есть отдельные кабинеты…
И голоса собеседников затерялись в шуме салуна.
Паркинс появился в отеле под утро, когда Бесс уже начал беспокоиться о приятеле. Не разуваясь, Эд повалился на кровать и с легким вздохом облегчения вытянул ноги.
— Ну что? — нетерпение сжигало Бесса.
Не говоря ни слова, Паркинс вынул из кармана толстую пачку кредиток и небрежно бросил ее на стол. Взглянул на онемевшего компаньона и пояснил:
— Труднее всего было найти нотариуса.
— Зачем? — Бесс с обожанием смотрел на приятеля.
— Должен же был Шарксон рассчитаться со мной! Все добродетельные сделки необходимо оформлять по закону. Но как мало чистого осталось в этом человеке. Счастье его, что он встретился со мной. Может быть, это приведет его душу к спасению. Ведь я честно избавил его от плодов соблазна — этих вот денег.
— А что ты сумел дать ему взамен?
— Ах, Бесс, ты даже не представляешь себе, какой червь самомнения гложет Сэма Шарксона! Меньше, чем на планетарный масштаб, он не согласился.
— Масштаб чего?!
— Я продал ему место полномочного представителя Святой Ассоциации «Гуманных девственниц» на планете Зор. Ведь учредитель этой Ассоциации ты, а я твой компаньон.
Бесс ошеломленно посмотрел на Паркинса, на много помолчал…
— Послушай, Эд, — голос Бесса звучал тягуче и как-то обиженно, — я согласен с тобой, что обобрать эту крысу Шарксона — святое дело. Но то, что ты сделал, по-моему, не очень-то и хорошо… Планета Зор не заслужила того, чтобы отдавать ее на разграбление этому жулику. Ведь он сумеет высосать деньги даже из моей дутой Ассоциации…
— Ну, Бесс, — Паркинс повернулся лицом к приятелю, — на тебя не угодишь! Да и что плохого, если кто-нибудь позаботится о несчастных девственницах планеты Зор? Особенно если учесть, что месяц назад все население этой планеты вступило в семидесятилетний цикл стадии мужского развития.
Рекламный проспект
Фантастическая пародия в семи частях с прологом и эпилогом
Все те же детективы гонялись за все теми же гангстерами — но только в космических ракетах. Все те же мускулистые супермены… несли через джунгли все тех же тоненьких блондинок… только джунгли были инопланетные… И в крутящейся пене сюжетов вздувались пузырями научные и псевдонаучные термины…
Пролог
Из детской донесся приглушенный шум. М-р Пиггинс, журналист на случайных заработках, тяжело вздохнул и, выглянув в приоткрытую дверь, страдальчески воззвал:
— Марта!
М-с Пиггинс мигом возникла на пороге. Вид жены, будто бы только что сошедшей с глянцевой обложки журнала «Образцовая хозяйка», аромат кофе, принесенного м-с Пиггинс, несколько успокоили расстроенную душу м-ра Пиггинса, и он сменил недовольный тон на тон капризный:
— Марта, это никуда не годится. В то время как я ломаю голову, как лучше выполнить заказ сэра Арчибальда Гудвина… Ты знаешь, что такое заказ Арчибальда Гудвина?
— Это, верно, очень почетно, милый? — неуверенно сказала жена.
— Очень почетно! — саркастически хмыкнул м-р Пиггинс. — Это чертовски почетно и это чертовски выгодно. Я не знаю, как мы будем жить, если я не выполню заказ Арчибальда Гудвина. И вот, в то время, как я тут стараюсь что-то придумать…
Из детской вновь донеслись приглушенный шум и возня.
— Вот! Вот! — закричал м-р Пиггинс. — Ты слышишь?
— Не волнуйся, дорогой, — проворковала м-с Пиггинс. — Сейчас там будет тихо-тихо. Наш Билл принес из детского сада какой-то новый вестерн с очень смешным названием «Колобок». У них в детском саду на эту книжку очередь. Билл ждал целую неделю.
— Наверное, опять что-то про синего Висельника? — проворчал м-р Пиггинс.
— Нет-нет, милый. Я, правда, невнимательно слушала, но, кажется, там банда гангстеров гонится за милым мальчишкой, а он им говорит: «Я от бабушки ушел, я от дедушки ушел…» В конце концов его съели.
— Б-р-р! — передернулся м-р Пиггинс. — Черт знает что дают читать детям. Впрочем, как ты говоришь: гангстеры гоняются за мальчишкой… а он: «Я от дедушки ушел, я от бабушки ушел…» Вообще-то здесь что-то есть… Хм!