Виталий Останин – Товарищ Халков (страница 4)

И поддавшись этому очарованию, я сбавил шаг, впитывая этот мир, этот город, эти деревья и пробивающийся сквозь листья солнечный свет. В конце концов — куда мне спешить? Я снова молод, мне снова двадцать, я иду по южному городу и у меня нет никаких трудностей. И вся жизнь у меня впереди — что мне какие-то проблемы с захолустной бандой провинциального города?

Волосы синего цвета? Какая ерунда, честное слово! Волосы — это же не голова, отрастут.

Распределитель, божество, апостол Петр или Вселенский Разум — как же это было хорошо! Просто произнести эти слова и принять их всей своей не молодой, но по щенячьи тявкающей от восторга душой:

«Вся жизнь впереди!»

Взирая на мир через призму этих розовых очков, я заметил девушку. Она шла чуть впереди меня и была самая обыкновенная. Видел ее я только со спины, но почему-то решил, что сейчас обязательно нагоню ее, поздороваюсь и познакомлюсь. Без всякой цели и смысла — просто потому, что могу и хочу это сделать.

Чуть прибавив шаг, но не слишком сильно, чтобы это не казалось, будто я за ней бегу, я стал понемногу настигать девушку. Один раз, заслышав мои шаги, она обернулась, и я сумел разглядеть ее лицо. Не модель, но очень хорошенькая. Точнее, приятная во всех отношениях. И фигурка что надо, и личико не подкачало, и платье летнее, такие, помниться, носили во времена моей первой, кхе-кхе, молодости.

Когда до прогуливающейся красотки осталось не больше трех шагов, она остановилась, и повернулась ко мне.

— Вы меня преследуете! — заявила она строго.

— Это правда. — тут же нашелся я с ответом. — Но как, скажите на милость, не преследовать такую красивую девушку? Давайте познакомимся? Я — Виктор.

— Лена. — представилась она, и улыбнулась.

На щеках у нее обозначились едва заметные ямочки, а вот глаза остались серьезными. Слишком уж серьезные для девушки, которая знакомится на улице с парнем-ровесником. Наверное, это из-за моих волос, подумал я. А она осуждает эту дурацкую моду.

— На спор с ребятами покрасил. — буркнул я, ткнув пальцем в шевелюру. — Сегодня же перекрашусь.

— Да нет, вам идет, Виктор. — она наклонила голову. — Вот только разит от вас, вы уж меня простите за прямоту.

Точно! Я тут на волосы грешу, а от самого запах такой, что не только с девушками знакомится нельзя, но и вообще в обществе появляться. Как я про это мог забыть-то? Вот ведь — попал под очарование летнего приморского города. Мысли будто выдуло.

— Есть такое. — признал я. — Доставал из мусорки котенка, вот и…

Девушки любят котят — все это знают. И выдумка эта сразу же подняла мои акции на небывалую высоту. Лена даже начала говорить, как это благородно с моей стороны, не оставить бедное животное. Но глаза у нее все равно оставались очень уж серьезными. Я бы даже сказал — оценивающими.

Я предложил ей прогуляться. Она согласилась. Сказала, что идет домой, и ей скоро сворачивать. Я ответил, что мне все равно куда идти, поскольку я просто гуляю, поэтому пойду туда, куда она поведет. Она спросила, чем я занимаюсь, и я сказал, что недавно вернулся из армии. Начал травить армейские байки первой своей молодости — вот уж в чем Лена не должна была разбираться, а значит и не смогла бы меня поймать на какой-нибудь оговорке.

Там мы шагали и болтали о всякой чепухе. Сворачивая с одной узенькой улочки на другую, постоянно углубляюсь в частный сектор. Пока не подошли к ветхой избушке.

Я огляделся. Странно. Вроде не так далеко от центра отошли, минут двадцать всего гуляли, а такая глушь. Впрочем, если судить по карте, то это и правда окраина. Всю Анапу из края в край за полчаса пройти можно. Если, конечно, не по побережью вдоль пансионатов и санаториев идти. Там, навскидку, километров 10–15 сплошной пляжной зоны.

Но странным было не это. Странным казалось, что такая девушка, как Лена может жить здесь. Я ведь правильно понимаю, что эта избушка и есть ее дом? Повернувшись к ней, я хотел было спросить, верно ли мы пришли, но обнаружил на ее месте невысокого, но очень плечистого парня.

Недоуменно покрутив головой, я попытался найти Лену, и в этот момент незнакомец меня ударил. Довольно сильно, я даже упал на пятую точку от неожиданности.

— Ну ты, Витек, конечно, придурок! — сплюнул в мою сторону этот бычок. — Как телок за бабой пошел! Идиот!

То есть меня второй раз, если считать тот случай с грабителями в прежней жизни, развели на такую пошлую уловку, как девушка-приманка? Это наполнило меня такой яростью, что я моментально вскочил на ноги, и зарядил незнакомцу прямой в челюсть.

Бил быстро, сильно, без скидок на дряхлое тело, то есть, как в лучшие свои дни, но имея опыт всей прошлой жизни. И не попал. Противник неуловимо сместился в сторону, а когда я проследил его взглядом, оказалось, что там стоит уже не он, а Лена.

Это… Это, как? Я тряхнул головой, прогоняя наваждение, однако картинка перед глазами не изменилась. Там, где должен был находиться плечистый бычок, стояла милая барышня в летнем платье.

— Ох и рожа у тебя сейчас, Витек! — хохотнула она.

Сделала шаг вперед и ударила меня ногой в лицо.

Попыталась ударить. Может я, конечно, не понимаю происходящего, но рефлексы, которые я старательно оттачивал несколько десятков лет, проснулись, и переключили сознание в боевой режим. Девушка бьет или парень — какая разница. Важно, что бьет. Меня. А этого делать не нужно.

Уйдя кувырком от пинка, я тут же перешел в контратаку. Два прощупывающих удара в корпус, уклонение от ответного удара, подсечка и добивающий удар в голову. Вообще, по схеме, он должен был пройти в горло, ломая трахею. Но в последний момент я сменил вектор, и удар пришелся в висок. Трупы здесь мне были не нужны.

Но странности на этом не закончились. Поверженная Лена вдруг… я не знаю какое лучше слово подобрать — превратилась в бычка. Потекла, как туман, и вот я смотрю не на бесчувственное лицо девушки, а на мужское.

Это было странно.

Нет, это было чертовски странно.

Такого со мной никогда не было, чтобы один человек вдруг превращался в другого. Чтобы женщина в мужчину… Это, вообще, как?

Разум отказывался это понимать и признавать. Выдвинул версию, мол, глюки от переноса. Солнечный удар. Неизвестные мне технологии маскировки, которые изобрели советские ученые.

А пока он так развлекался, управлением телом занялись рефлексы под управлением подсознания. Выдернул из брюк неизвестного ремень. Перевернул его на живот и стянул руки за спиной. Оттащил к забору, чтобы один особо раскидистый куст, закрывал меня от любопытных взглядов.

К этому времени уже и мозг очухался.

Итак, сказал он. Лена эта — вовсе не Лена, а какой-то мужик. Который знает Виктора, то есть меня. Точнее, все же именно Витю, поскольку я этого типа не помню и не понимаю, чего он на меня набросился. Превратился в Лену (тут я сморщился, но не стал себя поправлять), он для того, чтобы заманить меня в глухое место и там расправиться.

Вывод прост. Этот человек — из банды Карыча. Они меня срисовали на прогулке и подослали этого… ну пусть будет оборотнем. Вот, его и подослали. А сделали они это потому, что удивились, увидев меня живым. Были уверены в моей смерти, а когда обнаружили разгуливающим по улицам, испугались. Решили устранить вторично.

Это понятно. Из непонятного — какого хрена и что за превращения? Это маскировка или он в самом деле… блин, даже произносить этого не хочется — перевоплощался в Лену? Я же шел рядом с ней, чувствовал цветочный запах ее духов — и вдруг мужик. Как такое возможно?

«Возможно все. — успокаивая себя, подумал я. — Если ты чего-то не знаешь, это не значит, что такого не существует. В конце концов, ты умер и попал в другой мир! Что же теперь ведешь себя как институтка? Ну, оборотень! Подумаешь! Победил же? Победил. Вот и допроси теперь!»

Еще раз оглядев улочку, я убедился, что свидетелей у нашей схватки не было, а бдительные соседи не спешат вызывать милицию, я пару раз, довольно сильно ударил незнакомца по лицу.

— Ты кто такой? — спросил его, когда глаза мужчины открылись.

— Ты дурак что ли? Или у тебя после коматоза мозги отключились? — выплюнул он. — Не узнал меня?

— Нет.

— А так.

Контуры парня опять потекли, она начал превращаться в Лену. Не дожидаясь завершения сеанса магии, я ударил его кулаком в нос. Все изменения сразу же откатились назад, а из разбитого носа полилась кровь.

— Ах ты тварь! — заорал пленник.

Пришлось прижать ему ладонь ко рту и немного придушить. Когда он немного обмяк, спросил.

— Ты меня убил?

Убрал руку.

— Да никто тебя не убивал, козел! Ты сам решил сыворотку первым попробовать! Никто тебя не заставлял! О риске ты знал, так что не надо меня тут виноватить!

— А потом ты меня увидел, и решил заткнуть окончательно?

Я не понимал, о чем он говорит, но решил пока на этот акцент не делать. Сам потом все сложу.

— Ну, да! Витек, ну ты че, это же я Мишаня! Ну бес попутал, перепугался, когда тебя живым увидел. А потом ты еще в мусарню ушел, я вообще запаниковал. Решил ты нас с братанами заложить решил. Ну, и… Слушай, ты меня развяжи, а? Все еще можно нормально порешать, серьезно!

— Как ты превращаешься в… Лену?

— Чума, да? Это способность у меня такая открылась, после сыворотки. Я же вторым, после тебя попробовал. Ну и вот. Стал теперь сверхом. Я теперь вообще в кого хочешь могу превратиться! А девку специально такую взял, ты на такой тип всегда велся.