Виталий Останин – Сверх (страница 10)

— Закончили!

Глава 6

Я все-таки не христоматийный Халк. Не груда мышц, которая в состоянии зверинной ярости сносит все на своем пути и устраивает побоище просто потому, что иначе не может. К счастью, я только выгляжу, как уменьшенная копия марвеловского супергероя (и то сам виноват), а по факту — "обычный" биокинетик, то есть — высокоранговый метоморф. Но зрелище почти трехметрового здоровяка, который вынужден склонять голову набок, чтобы не пробить потолок, действует на людей вполне определенным образом. Сработало и на этот раз. Желающих продолжить драку с таким вот… существом, не возникло.

— Я не ищу конфликта. — сказал я. Ну как сказал — прорычал. — Мне ваша борьба за лидерство неинтересна. Поэтому, если мне не придется никого убивать — это хорошо. Мы друг друга поняли?

Судя по лицам альфачей сверховской казармы, дошло до всех. Кроме, пожалуй, Бегуна, с лица которого так и не сошло выражение злобы. Он понимал, что сейчас, даже ударив всем скопом, им не победить. Но я так же видел, что он затаил. И будет ждать возможности нанести удар в спину.

Поэтому, протянул к нему руку. Он попытался увернуться, но мое зрение в боевой форме работало не так, как у обычного человека. Я считал все его намерения еще до того, как он сам их понял. Мельчайшие изменения мимики, положения тела, перенос веса с левой на правую ногу — все.

В общем, он рванул налево, но там уже была моя рука. Обхватившая его поперек туловища, и поднявшая к потолку. Там, где находилось мое лицо.

— Но есть нюанс. — проговорил я неспешно, игнорируя вопли снизу. Пусть поорут, напасть у них кишка тонка. — Зоновские порядки мне тоже не нужны. Чтобы ты понимал, шустрила, в боевой форме я вижу, куда ты побежишь раньше, чем ты это сделаешь.

— А ты на голос не бери! — полузадушенно прохрипел Одинцов.

— А я не на голос. Я на факт. Расскажу тебе небольшой секрет. В армии мирного времени считается нормой убыль личного состава, не превышающая трех процентов. Могу прямо сейчас организовать эту убыль. Естественным путем.

И чуть сжал ладонь, выразительно при этом посмотрев на лидера альфачей. Мол, проведи несложные арифметические вычисления, и прикинь, сколько здесь нужно минусануть людей, чтобы получились эти самые три процента? И, главное, кандидата даже искать не надо.

Инстинкт самосохранения у Родиона был развит прекрасно. Как у всех мелких хищников.

— Ладно! — прекратил вырываться он. — Погорячились…

— Был неправ. — поправил его я.

— Был неправ! — послушно повторил он. И уже сам, без понуканий, добавил. — Извини.

— Рад, что мы поняли друг друга. — оскалился я во всю свою обаятельную пасть.

И поставил его на пол. Тут же начал кряхтеть и морщится, будто я ему что-то сломал. Но даже, если и так, то регенерация ему в помощь. У такого шустрика она должна быть неплохой.

"Ну, лови тогда еще одну плюху!"

Я повернулся к энергету.

— Андрей, расскажешь мне, как все устроено? А то я ведь тут новенький.

Для Стрелка это был момент истины. Он мог отказать, фыркнуть, что-нибудь вроде — "нашел шныря!" Или согласится, и навсегда отрезать себя от группировки Одинцова. Взгляды банды буквально прожигали Белоусова, когда он кивнул, и повернувшись ко всем спиной, бросил.

— Пойдем. Тут, правда, особо нечего показывать.

Чудом, не иначе, мне удалось провести обратную трансформацию гладко. А то был бы позор, конечно. Такой — нагнал жути, а сам способности свои контролировать не умеет! Но я мягко перешел из образа здоровенного бугая к своему обычному облику. За два шага, что впечатлило меня самого. Со стороны, наверное, вообще смотрелось очень устрашающе. На лицах сверховской шпаны буквально читалось — да он вообще без усилий это делает! Что за чудовище к нам подселили?!

Другими словами, нужное впечатление я произвел. И спокойно отправился исследовать свой новый дом, оставив четверых молодых людей за спиной. В то, что они воспользуются открывшейся возможностью, и нападут со спины, я не верил.

Андрей оказался прав. Обход располаги занял у нас пару минут. Мы прошли по взлетке. Я приветливо кивнул зрителям — потом познакомлюсь. Уселись на дальней двухярусной кровати — таких незанятых еще здесь было еще около десятка.

— Круто ты с ними. — произнес подросток, насторожено глядя на меня. — Дальше что будешь делать? Родя это так не оставит, поверь.

— Верю. — кивнул я. — Спасибо, что поддержал.

— Достали эти утырки! — дернул он плечом. — Сначала, вроде, нормально было — кто-то должен рулить. А потом им крышу снесло совсем. И местные вояки не вмешивались, позволяли делать, что хотим. Лишь бы по учебному плану отрабатывали, а там — всем плевать, что в располаге происходит.

Ну, я где-то так и предполагал. Еще с момента предложения возглавить этот коллектив, которое прозвучало не далее, как полчаса назад. Поставить одного сверха над другими, не используя для этого кадровых офицеров, возможно в двух случаях. В первом — создание козла отпущения. Несчастного, на которого можно повесить все грехи. И во втором — когда тебе и не нужно, чтобы был порядок.

Подполковник Боширов пошел по древнейшей педагогической методике — посадил пауков в банку. В свое время, в моем мире, так поступили с ворами в законе. Собрали всех в одну тюрьму, одних авторитетов, без шестерок, "мужиков" и "петухов". И уже через месяц эта новая колония обзавелась всеми вышеперечисленными ролями. Которые заняли те, кто раньше ими верховодил. Природа власти, построенной на силе, что тут скажешь.

Хорош бы я был, если бы согласился! Влетел, такой, в располагу — здравствуйте, я ваш новый взводный! А тут уже есть свой лидер, который может, и не устраивает всех, но имеется. И мы бы в любом раскладе с ним схлестнулись, а подполковнику только бы и осталось, ручки довольно потирать.

А идти на риск, приводить уголовников со сверхспособностями к порядку и дисциплине, терять людей в конфликтах с ними — зачем это было командиру части? Ему и так такой подарок сделали — в элитную секретную часть прислали шпану!

Гораздо проще было очертить сверхам границы, за которыми уже шли обещания расстрела. А в установленных рамках — творите, что хотите. Пена осядет, пирамида власти выстроится, и уже с выжившим лидером можно будет вести дела.

Не очень мудро, как по мне. Такой подход может привести с появлению оборзевших от вседозволенности подонков. С которыми потом договориться будет не просто сложно — невозможно. И останется только один путь — зачищать всех.

Впрочем, кто сказал, что подпол именно этого и не хочет?

— Расскажи, как все тут устроено. — попросил я.

Краем глаза я продолжал наблюдать за группкой недовольных альфачей. Они прошли к своим кроватям, и устроились на них, держа совет. Одинцову задавали вопросы, он огрызался. Я мог бы вслушаться, и разобрать, что они там конкретно обсуждают. Но не видел в этом смысла. Известно, что — претензии Акеле, который промахнулся.

— Да как… — пожал плечами энергет. — Как везде, только еще армия.

Белоусов, наверное, имел ввиду, что порядок тут установился, как в любой молодежной банде. Но меня интересовала конкретика, которую он мне вскоре и рассказал.

С его слов выходило, что я в своих первоначальных выводах нисколько не ошибся. Командование части демонстративно не обращало внимания на то, что творилось за пределами учебки. А творилось много чего. Более слабых сверхов опускали на роль прислужников, несогласных били, а пару дней назад дошло до того, что Рыжий попытался изнасиловать девушку. Та была слабым энергетом, атакующими способностями не владела, только и умела, что ставить щиты. Ими тогда и отбилась.

— И никто не вмешался! Вояки знали про это, но…

— И ты? — щадить самолюбие подростка я не собирался. Лучше сразу все проговорить.

— А что я мог! — вечной фразой всех времен и народов ответил вскинувшийся Стрелок. — Они бы меня укатали в момент! Я по Родиону даже попасть не смогу!

Девчонка отбилась, но рыжий допель собирался довести дело до конца. Сегодня или завтра. Остальные сверхи из банды Одинцова ему не помогали, но посматривали на это с интересом. Для них это было еще одной проверкой человеческого стада. Прощупыванием пределов его терпения.

Эта компания уже почти уверялась в своей неприкосновенности. И не понимала, что веселые денечки совсем скоро могли закончится жестокой расправой. С последующим докладом "наверх" о том, что "группа сверхов из малолетних преступников, оказалась неспособна к сотрудничеству и обучению и, в ходе вспыхнувшего бунта, была полностью уничтожена".

Не все вояки, короче говоря, поддерживали идею получения новых боевых единиц из незапланированных сверхов.

— Ясно, в общем. А можешь эту девушку позвать?

— Сашу? Которую?..

— Ага.

— Зачем?

— Андрюх, а сам как думаешь?

— Ну, да…

Подросток ушел, бросая опасливые взгляды на группу четырех сверхов, а я задумался. По всему выходило, дела тут творились нехорошие. И банальная учебка может стать серьезным испытанием. А то и похоронить. Подвоха ждать теперь стоит отовсюду — и от обиженных альфачей, и от военных, которые, оказывается, не горят желанием обучать сверхов.

Одному мне с этим не справится. Нет, я, конечно, сильный и страшный, но спать-то мне тоже нужно. А значит, стоит подумать о создании собственной группы. Один в поле не воин, это даже Одинцов, не слишком умный парень, понимал. Потому и собрал вокруг себя сильнейших из призывников. Мне же остались, как говориться, лучшие из худших.