Виталий Останин – Функция-3 (страница 39)

– Но ты, дорогой, этим голову не забивай. – вернула меня к реальности Антонина. – У тебя своя работа, у меня своя.

– Свою мы сделали…

– Не совсем. Съемочные группы “Дождя” и “Первого” уже скоро подъедут. Будь с ними зайкой, ладно.

– Что?

ЧТО?! Какая, нахрен, съемочная группа?! Об этом разговора не было!

5-3

Пять минут позора — и свободен! Где-то я слышал подобную фразу и теперь смог самостоятельно убедиться, насколько она подходит к завершению сегодняшнего дня.

Блин, я стал мутантом, сражался с функциями, выжил там, где Чак Норис копыта бы откинул (ладно, тут я может и перегнул), а на банальном интервью, которые брали у нашей группы два федеральных телеканала, поплыл. Что-то там бекал, мекал, засыпал свою речь, и без того не особо литературную, тоннами слов-паразитов. Потом, решив собраться, начал строить умные фразы, но они выходили слишком уж длинными. Настолько, что к концу одной такой, я уже забыл, с чего она начиналась, и скомкал ее словами “ну вот как-то так!”

В общем, позор. Ну и ладно! Подумаешь, меня видела вся страна, такого героического и косноязычного! Герой и должен быть таким — лихим и придурковатым. Который двух слов связать не может. Настоящий герой разговаривает исключительно по делу, а когда ему нечего сказать, то он просто произносит “я есть Грут” и делает морду тяпкой. Блин, если я хочу молока, я беру корову и пью из нее молоко! А потом съедаю корову!

– Отлично держался! – подбодрил меня Андрей. Он тоже участвовал в съемках, но был, в отличие от меня, в маске и то, как у него уши пламенели, никто не видел. – А я чет растерялся…

Я с удивлением уставился на гибрида. Когда это он растерялся? Чесал, как по написанному, словно ему суфлер текст подсказывал. Электро, вообще, такое впечатление, родилась для телевидения — что-то рассказывала, постоянно смеялась и шутила. Потом еще у оператора телефон взяла, пообещав, что перед эфиром заедет и отсмотрит материал – непонятно, то ли поощрила бедолагу, то ли озвучила скрытую угрозу.

— Угу. Отлично. Фонтан красноречия просто! — отозвался я. — Ладно, поехали на базу, раз здесь закончили.

В машине пшеки болтали, сбрасывая напряжение затянувшегося поединка с суперзлодеем, а я смотрел в окно и пытался понять, как действовать дальше. Выходило не очень.

Я же как думал, соглашаясь на предложение Стрельницкого — ничего сложного! Войду в доверие, поработаю на репутацию и смогу получать информацию, которая поможет мне понять замысел функций. И потом, вооруженный знанием, нанесу ответный удар. А теперь вот еду в микроавтобусе и в голове у меня пустота.

Слишком много было “если” у моего плана. Если вотрусь в доверие, если смогу разобраться — фигня это все! Я находился под прессингом и позволил себе принять желаемое за действительное. На хорошем счету, ха! Я, конечно, не микроскоп, но сегодняшняя акция отлично показала мое предназначение с точки зрения новусов — гвозди забивать! Гоняться за ряжеными придурками, корчить рожу на камеру. Все.

В глазах тех, кто сейчас, в том числе и моими руками, строят новый мировой порядок, я был и навсегда останусь не более, чем инструмент. Может быть даже очень полезным — на данном этапе проекта. А потом? Когда злодеи будут арестованы и перевербованы? Когда люди окончательно поймут, что власть забрали себе мутанты? Что тогда меня ждет? Отставка? Должность градоначальника в провинции?

По честному — это был максимум который я мог претендовать. И Стрельницкий, я уверен, в этом не обманет. Ему ведь нужны будут мелкие вассалы, на которых можно сбросить текучку и рутину — не вникать же в каждую проблему самостоятельно. Но долго ли продлится помещичье счастье? А с учетом функций? Которые, пока мы тут строим новый мировой порядок, спокойно закончат работы с Маяком и пошлют сигнал в метрополию. Думаю, сто-сто пятьдесят лет.

Сто лет. Я, наверное, столько смогу прожить. Если, конечно, не помру в очередной схватке с каким-нибудь клоуном в костюме. Так что у меня даже будет возможность позвонить протектору и сказать ему “а я предупреждал!” Такое себе утешение, но это все, на что я могу рассчитывать, если продолжу и дальше плыть по течению.

— Чего загрустил, Лях? — выдернул меня из размышлений Реваз. Он устроился напротив меня и очень быстро убедился, что собеседники ему достались паршивые. Один постоянно смотрел в окно стеклянными глазами, а другая — Баскетболистка -- никогда и не была разговорчивой.

Что ему ответить? Кажется, совсем недавно, на очень короткий период, мы были почти семьей. Сборище фриков и мажоров против всего мира – хитрого и рационального мира взрослых новусов. У нас были мечты и огонь в глазах. А сейчас? Что в моих пшеках осталось от тех ребят? Они выглядят довольными, вписанными в систему. Насколько я могу быть откровенным с тем, кого раньше считал братом?

Нет, они вроде с интересом слушали мои байки про Африку и приняли так, словно мы и не расставались. В бою выкладывались на все сто и время, кажется, сделало их куда опытнее, чем они были, когда расставались. Но могу ли я им доверять?

– Да так… – протянул я, подбирая слова. – Думаю о схватке с тем клоуном. Бред какой-то – суперзлодеи, супергерои. У нас, блин, вторжение, целый континент захвачен, а мы… Мне Слава сегодня утром показывала канал в телеге, там на полном серьезе люди выбирают, кто из суперов самый сексуальный. Взрыв мозга, просто!

– Ага. – хохотнул грузин. – Видел. Прикольно. Не удивлюсь, если Миха модерит этот канал.

“Я, кстати, тоже!”

– С другой стороны, Лях… – продолжил мой собеседник. – мир изменился. И с каждым днем меняется все сильнее. Год назад мы и подумать не могли, что будем сражаться с функциями, а потом пытаться ужиться с ними на одной планете.

И я решился. Черт, ну это же Реваз! Мы с ним вместе на первый Шпиль ходили, в Новосибе еще!

– Скажи, ты в это веришь, вообще? Ну, что функции сдались и собираются просто тихо жить в Африке?

Воин пожал плечами с таким видом, будто я спросил его о сущей безделице, а не о вопросе выживания цивилизации.

– А у них, типа, выбор есть? Мы же им под Маяк ядерный заряд поставили! Да и в оцеплении они по-прежнему. Куда им бежать с Африки?

Понятно. У четвертого поколения, да и у большинства во втором и третьем, мозги уже промыты. Мы контролируем ситуацию, враг повержен, скоро будем править миром и тому подобная хрень. Блин, я что, единственный параноик на планете?

– А если это не сработает? В смысле, мы же понятия не имеем, что может устройство, которое они строят. Вдруг это такой супершпиль? Которым они сигнал пошлют своим родственничкам? Типа, приходите, тут много вкусного, поляну застолбили, бухло с вас, с нас закусь.

И снова он ответил небрежно, словно отмахиваясь.

– Аналитики разобрались же. Это типа планетарного сервака, который свяжет функций по всей планете в сеть. Они станут мощнее, да, но и только. Без доступа к ресурсам, которые мы контролируем, им все равно хана.

А мне мои функции другое говорили. Кто ошибается – они или наши Аналитики? Почему то, что я рассказал, никто не воспринял всерьез? И, наконец, откуда обычный Воин из группы захвата все это знает? Ни за что не поверю, что вожди настолько откровенны! Значит, лажа. Сто пудов лажа!

– Хана? В смысле?

– Они вымрут. – вмешался Андрей.

Он сидел через проход от нас и уже некоторое время прислушивался к разговору. Забавно, но я в этот момент вспомнил, что худой и нескладный гибрид во время нашей первой встречи, принадлежал к лагерю повстанцев. Его не устраивал сложившийся порядок вещей и он выступал за его изменение. Как быстро меняются люди!

– А как скоро, Кошеюшка, не скажешь?

– Ну, не совсем прям скоро… Лет сто пятьдесят, может двести. Как только тела, которые они занимают, выработают свой ресурс.

– Ну это же все меняет!

– Просто… – он самую малость смутился от моего ироничного тона, то тут же вернул самообладание: – Смысл им дергаться, если конец все равно один.

– Я бы дергался! И ты бы. Блин, Андрюх, да мы вообще разговариваем только потому, что решили бороться до конца! Мы сносили Шпили и только поэтому захвачена одна Африка, а не вся планета!

– Это верно. Но мы люди, Лях, а они больше на роботов похожи. У них прагматичный подход во всем. Не смогли захватить планету – пошли на переговоры. Сообразили, что их обложили со всех сторон, а помощь не прийдет – начали строить планетарную сеть и делиться технологиями. Теперь же они понимают, что их число здесь ограничено и больше их не станет. Ну и что, по твоему, они будут делать?

– Погоди, а размножаться они, типа, не могут?

Кстати, я как-то раньше над этим даже не задумывался! А правда – остаются ли в захваченных телах репродуктивные функции?

– Могут. Только не в себе подобных, а, по сути, новусов.

– Как это?

– Тебе с Родионом Павловичем надо поговорить, он плотно пришельцев изучает.

– Поговорю обязательно. Я на этот счет не в курсе был.

– Или знаешь что? У Мишки вики есть в офлайне, он ее пока не выгружал. Он все-все там собирает!

А вот это была полезная информация. Первым делом, вернувшись на базу, я двинулся к бывшему заму по мозгам. Который, в ответ на вопрос, вручил мне планшет. И сообщил:

– Там ничего такого, не думай. Просто пытаюсь обобщить то, что нам известно. Другие Аналитики тоже помогают, и Родион Павлович еще.