Виталий Останин – Функция-2 (страница 19)

Я собирался ехать в том же костюме, в котором был на съезде Комитета, но сделать мне этого не дали. Игнорируя наставления юного Дипломата Симоновых, в которых фигурировали слова «костюм» и «галстук», меня нарядили в спортивного кроя пиджак и джинсы, после чего я сделался похожим на молодого миллионера, получившего свой капитал на спекуляциях криптовалютой. В жизни бы такое на себя не надел, но посмотрев в зеркало был вынужден признать — мне идет.

Поместье Симоновых, как две капли воды походило на подобное же у Ланских в Благовещенске. Тоже у черта на куличках — какое-то Кольцово, до которого мы ехали около часа. Тоже обнесенное высоченным забором, и тоже представлявшее из себя крохотный, но очень богатый хутор. Главное здание, дома поменьше, какие-то постройки декоративного или хозяйственного назначения, дорожки, прудики и тэдэ. Короче говоря, видел одно родовое гнездо новусов — видел их все.

Хотя, должен признать, новосибирская версия типового кланового жилища выглядела побогаче. И как-то более стильно, что ли. Это было заметно и по материалам, явно более дорогим, и по компоновке зданий, более толковой. А еще оно было, кажется, постарше, чем у Ланских. По деревьям видно. Если в Благовещенске аллеям, высаженным на территории поместья было лет двадцать-тридцать, то тут, вероятно, не меньше шестидесяти. А той паре кедров на въезде и вовсе больше сотни.

Водитель, к слову, не наш, а от приглашающей стороны, остановил представительское немецкое купе не возле главного здания (так и хотелось назвать его корпусом), а у домика поменьше — всего-то два этажа. Где у входа нас уже нетерпеливо дожидался мой «старый» знакомый — Дарт. Живой и, по виду, ничуть не пострадавший.

— Привет! — увидев меня, он просиял, будто увидел лучшего друга. Выглядел он в этот момент сущим ребенком, несмотря на строгий пиджак и галстук. — Спасибо, что приехал.

— Привет. — отозвался я нейтрально, не очень веря в искренность этой радости. Я хоть и простил пацана за коктейль с виагрой, но осадочек остался. Да и Дипломат он, если по Антонине судить — двуличное существо.

Обойдя машину, я открыл дверь и помог выйти девушке. Глянул на Дарта и чуть не расхохотался в голос. Представитель четвертого поколения новусов семьи Симоновых поплыл, как обычный подросток. Даже жаль парня стало — дурацкий возраст, по себе помню. Полное превосходство тестостерона над высшей нервной деятельностью.

А Тоня еще и улыбнулась ослепительно этому микросамцу, отчего тот, кажется, полностью утратил связь с реальностью. Пришлось выручать. Мужская солидарность — это вам не просто слова. Это поступки!

— Дим, куда идти-то? — заняв позицию, полностью перекрывающую доступ жадному взгляду Симонову, спросил я. — И чего принимающая сторона тебя одного в дозор назначила?

Миг, и в глаза новуса вернулось осмысленное выражение. Кажется, в них даже выражение благодарности мелькнуло. Очень быстро сменившееся смущением.

— Гости еще не подъехали. Дед и отец хотели с тобой до общего приема встретиться. Только с тобой. — последнюю фразу подросток адресовал Антонине, вытянув шею, чтобы увидеть ее за моей спиной.

— Стесняется что ли? Хочет убедиться, что я не буду еду с тарелки руками хватать? — уточнил я с издевкой. Будем разыгрывать хамоватого провинциала, раз уж им так нравится. К тому же, это чистая правда. Про провинциала, в смысле, не про хама. Хотя, может я себе и льщу.

Обернулся к девушке.

— Ты же подождешь? — не спросил, уведомил. И не дожидаясь ответа, шагнул вперед. — Веди меня к своему дайме, Дарт-тян.

– «Кун» тогда уж. — буркнул подросток. — Не на дофига ты и старше.

— Вряд ли вас можно назвать друзьями. — щегольнула знанием японских суффиксов Антонина, чем заставила мои брови взлететь — цвет благовещенской аристократии знакома с аниме? Ну надо же! Или она специально японский учила?

Мою спутницу усадили в гостиной, где прислуга, обычные люди, кстати, предложили ей чай и всякие сладости. Царственным кивком отпустив меня, хотя я видел в ее глазах едва заметное негодование из-за того, что меня на беседу пригласили, а ее нет, девушка принялась дегустировать пирожные — новусам нет нужды переживать из-за лишнего веса. А мы с Дартом поднялись по мраморной лестнице на второй этаж и остановились перед темной деревянной дверью.

— Дед и отец… — перед тем, как подросток открыл дверь, произнес я. — Они тебе родные?

Видя, что Дима удивленно захлопал глазами, уточнил:

— Я около месяца, как новус. Много еще не знаю.

— Да, прости. Забываю об этом постоянно. Дед — нет. У него тут кровных родственников почти нет. А отец родной. Он Дипломат, как я. Да ты его знаешь, он же на съезде был.

— Посоветуешь, как себя с ними вести?

— Да обычно веди, не дерзи только сильно. Они нормальные. Деда может переклинить, но это его из себя надо вывести крепко. Иди, потом поболтаем. Я внизу подожду.

— Слюни только сильно не пускай!

— Отвали!

В кабинете было темно. Применительно к ситуации — опереточно темно. С таким оформлением хорошо встречаться с таинственными личностями, но никак не с руководством клана.

Окна прятались за плотными шторами, искусственных источников света не наблюдалось, но все это не помешало мне осмотреться. Около сорока квадратных метров, обшитые лакированным деревом стены, тяжелая мебель — три кресла и небольшой диван на гнутых ножках. Два новуса, сидящих лицом к входу.

И третий у меня за спиной. Дарт? Я думал он вниз пошел?..

Юный Дипломат молча подвинул меня и щелкнул выключателем. Яркий свет рассеял тени и позволил мне увидеть лица верхушки клана Симоновых. Очень и очень молодые лица.

Первый был постарше Дарта, мой ровесник, примерно. Рыхлый толстячок в очках а-ля Гарри Поттер — только шрама не хватало. Не думал, что среди новусов встречаются такие жиробасы! Как бы обмен веществ диктует…

Второй парень был сверстником Димы. Этот наоборот — худой, как скелет, словно его без еды держат и заставляют постоянно регенерировать. Лицо, хоть и осунувшееся, приятное. Но вот взгляд ботана все портил. Жертва какая-то, а не мутант.

Дед и отец? В недоумении я повернулся к Дарту и увидел, что тот давится смехом, зажимая рот ладонями. Встретившись со мной глазами, он перестал таиться и задыхаясь выдавил:

— Второй раз! Ты неисправим!

И тут в моей голове все сошлось. Первый его розыгрыш с коктейлем, теперь вот это — якобы встреча с главами семьи. Паршивец просто развел меня, пранкер драный! И ржет теперь, сволота малолетняя!

Внутри вскипела злость. Не ярость Ликвидатора, требующая убить носителя мутации, а обычная злость человека, который стал объектом розыгрыша и насмешек. Под такой эмоцией я обычно просто рожу бью.

Однако, сработала привычка сдерживаться. Не говоря ни слова, я схватил пацана за грудки, приподнял над полом и впечатал в стену.

— Я смотрю заживает на тебе все слишком быстро. — выдохнул я ему в лицо. — Так быстро, что ты, сученыш, не успеваешь правильных выводов сделать. Давай мы тебя на подольше в койку уложим, дней хотя бы на пять-шесть? Столько у тебя будут оторванные руки отрастать? Или подольше?

Симонов побелел, видел, поганец, что я не шучу ни разу. Руки поднял, губки сложив в интернациональное «воу-воу, полегче», и взглядом с меня на товарищей своих забегал. Те, что характерно, даже не дернулись другу помочь — тоже мне, друзья называются!

— Вань, ты че такой нервный? — просипел придушенный подросток. — Я ж тебя на… собрание тайного клуба… позвал! Отпусти, блин!

— Ща. Руки только вырву!

— Правда, Лях, отпусти его! — вступился наконец один из сидящих, мой ровесник. — Дарта реально заносит на поворотах, но он нормальный пацан.

Надо же, кто-то тут мое прозвище знает! Хотя, чего удивляться — небось у каждого благородного новосибирского дома имеется папочка с полной информацией на меня.

— Ага! — сделав вид, что меня совсем не покоробило это панибратское «Лях», я кровожадно оскалился. — Вот и приделаю ему тормоза сейчас. Для поворотов.

— Слово даю — не буду больше! — взмолился Дима и миг спустя кулем рухнул на пол.

Ну а что, я ж не зверь, детей уродовать. Так только, попугать для пользы дела.

— Значит у нас тут собрание тайного клуба. — совершенно спокойно, будто и не грозил недавно страшной расправой, произнес я. — И меня на него затащили хитростью, под видом беседы с Лидером семьи Симоновых. Прием-то хоть настоящий?

— Настоящий! — с совершенно неоправданной, по моему мнению, обидой, буркнул Дарт. — Я поэтому тебя и попросил приехать на час раньше, чтобы тебя старичье в оборот не взяло.

— А по-другому никак нельзя было?

— За тобой же следят постоянно! А на территории клана никто не сможет. Ну, кроме наших. Но они уверены, что я тебя позвал пораньше, чтобы поблагодарить за спасение. Еще и похвалили за то, что инициативу проявляю.

Хм, логично. В мозгах пацану не откажешь, только работают они как-то избирательно. Вот бы его потенциал, да в мирное русло.

— Ну вот я здесь. — пройдя мимо сидящих в креслах новусов, я плюхнулся на диван. — Вещай, чего сказать имел.

Подросток и оба его старших товарища некоторое время хранили молчание. Вероятно, они не так планировали начало разговора (а как, вашу маму?) и теперь не могли придумать с чего начать. Я решил им помочь.

— Вероятно, у вашего тайного клуба есть цель. — слово «тайного» я максимально выделил сарказмом.