– Нет.
– А вы в Москве его точно сдавали? – продолжал резвиться Паша.
Девушка взглянула на него всё также грустными зелёными глазами и снова опустила взор.
– Ждать бессмысленно, пойдёмте искать, – прервал я диалог. – Думаю, герр Думлер нам поможет.
Мы провели её через таможню и передали лидеру группы.
– Странная девушка, вся такая несуразная, – пожалел я новую знакомую.
– Неправда, – азартно возразил мне Паша. – Эта девочка – огонь! Под этими очками чертей больше, чем лошадей под капотом Феррари. А грудь, ты видел, какая у неё грудь?
– Да нет, я видел глаза.
Сима подняла голову и открыла глаза. Такие же зелёные, как и десять дней назад.
– Понесут напитки, возьми мне колу, – попросила она, улыбнулась и снова сомкнула длиннющие ресницы.
Тогда, в Суварнабхуми, она меня точно не зацепила. Сейчас, глядя на безмятежно лежащую на моих коленях девушку, я вспомнил, как, возвращаясь на катере с прогулки на один из островов в Андаманском заливе, Паша, кивнув, в её сторону, сказал мне: «Ты сильно-то не увлекайся. Она – охотница».
А даже, если и так – я уже принял эту игру.
Когда это произошло? Да в тот же день. Первый официальный ужин проходил в ресторане на берегу реки Чаопрайя с замечательным видом на Ват Арун – Храм рассвета. Кстати, именно на его ступенях пару часов назад Таня получила своё прозвище. Но сейчас не об этом.
Вечерело. Венчающие пирамидальный силуэт гигантская башня – пранг и две из четырёх её сестёр, образующих каре у основания храма, ближних к реке, подёрнулись нежно розовым светом в лучах заходящего Солнца. Две другие – дальние – наоборот, прятались в тени величественного сооружения. Мерцающее отражение Ват Аруна тянулось к нашему берегу по серой дрожащей ряби Чаопрайи, но, не добежав до него, обрывалось на середине реки.
Утомлённые интенсивным дневным знакомством с Бангкоком мы с Пашей, навалившись на металлические ограждения, в предвкушении ужина наслаждались свежестью, накатывавшей с реки. Народ разбрёлся по террасе – кто-то фотографировал Бангкок, кто-то себя на его фоне. А кто-то, выбрав место за столиком с видом на ночной мегаполис, переваривал впечатления от бесконечно длинного дня.
– Такую красоту нельзя похерить, – многозначительно произнёс Паша, добавив: – надо и нам запечатлеть себя.
Взор его пал на Серафиму, одиноко сидевшую за ближайшим столиком.
– Девушка, а снимите нас, – обратился он к ней.
Сима удивлённо подняла взгляд.
– В смысле, сфотографируйте, пожалуйста, – уточнил я.
Девушка неспешно поднялась с места, элегантно подошла к нам. Длинное, чёрное в белый горошек платье проплыло по-над террасой. Но это была уже другая Серафима – в ней и следа не было от утренней растерянности. Слегка раскосые глаза – вечером она была без очков – открыто смотрели на собеседника, уголки губ выдавали её позитивный настрой.
– Куда нажимать? – мило спросила она, принимая протянутый фотоаппарат.
Выполнив процедуру, Серафима вернула его и неспешно повернулась к своему столику. Но эта дополнительная доля секунды оказалась не лишней.
– А-а-а-дну минуточку, – перехватил её Паша. – А теперь давайте с нами.
Он передал мне аппарат и, не дожидаясь разрешения, обнял девушку за плечи и привалился к заборчику, не выпуская из свободной руки сигарету. Серафима не протестовала. Тряхнув головой, она рассыпала по открытым плечам рыжеватые волосы, заигравшие на закатном Солнце яркими тонами. Девушка улыбнулась, и на её скуластом лице задорно обозначились ямочки. В зелёных глазах, открыто смотрящих в объектив, вспыхнули огоньки. В тот же момент я нажал на спуск камеры.
– А теперь с моим другом, – потребовал Паша. – Кстати, не думайте, что он такой же скромный, как выглядит. Он притворяется. К тому же у него очень богатый внутренний мир. Он философ-задира и чуть-чуть поэт.
Серафима внимательно и, как мне показалось, с интересом, посмотрела на меня.
– Вы же не против? – мило улыбнувшись, уточнила она.
Что за вопрос?! Конечно, я был не против.
Серафима, повернулась ко мне вполоборота, плотно прижалась, зафиксировав меня выше локтя сразу двумя руками. Её волосы засыпали моё плечо и шею, обдав безумно жарким ароматом. Попавшая в плен рука запылала то ли от ладони, ушедшей вверх по её тыльной стороне, то ли от обжигающего осязания девичьей груди – упругой и такой близкой.
– Ну всё, можете разъединиться, – из нереального далека прозвучал голос Паши.
– Обед проспите, – сиплый голос Паши выдернул меня из состояния дремоты. Приятель ехидным взглядом оценил нашу идиллию и направился в хвост самолета.
Обедом ещё и не пахло. Наши тётушки повставали со своих мест и, держась за спинки кресел, разминали затёкшие спины, ноги и прочие элементы опорно-двигательной системы. Впереди алтайские мальчики, скучковавшись в центральном ряду, рассматривали и бурно обсуждали фотографии из поездки. Как красиво они испарились в первый вечер.
В отеле, по возвращении с велком-ужина на берегу Чаопрайи, герр Думлер предупредил всех о завтрашнем раннем выезде и отдельно обрадовал Серафиму новостью о том, что её багаж нашёлся. В течение часа чемодан должны подвезти в гостиницу.
Пара из шумной группы барнаульских турагентов, прозванных Пашей «алтайскими мальчиками» – они действительно были на одно лицо и внешне, и манерами – вызвались помочь ей в получении багажа, а заодно и скоротать ожидание.
Паша тем временем предложил прошвырнуться по окрестностям в поисках сигарет и текилы. Ни то, ни другое мне не было нужно, но прогуляться по ночному мегаполису я согласился с удовольствием. Таня увязалась с нами.
Стемнело. Бангкок погрузился в электрический свет – пёстрый и яркий неоновый на центральных авеню и выцветавший до бледно-жёлтого по мере удаления от них. Мы гуляли по наитию, сворачивая с магистралей в боковые улицы. Некоторые из них неожиданно заканчивались жилыми тупиками, вынуждая нас возвращаться уже пройденным путём.
… Часа через полтора мы вернулись к отелю. У входа возле брендированной машины стояли Серафима и два тайца – оба в форменной одежде. Один из них был швейцаром отеля, другой – водителем. Последний, активно жестикулируя, что-то доказывал Серафиме, швейцар переводил с тайского на английский. Сима растерянно кивала.
– Чемодан привезли, – догадался Паша.
– Похоже, у них проблемы, – предположил я.
– Сами разберутся, – мудро решил Паша и направился в отель. Таня проследовала за ним.
«Красавцы», – подумал я и подошёл к автомобилю.
– Мадам, Вам нужно заплатить за доставку, – наверное, в сотый раз швейцар вежливо информировал Серафиму.
Увидев меня, она искренне обрадовалась. Было видно, что общение с туземцами давалось девушке нелегко.
-Проблемы? – неожиданно дрогнувшим голосом спросил я.
– Он просит пятьдесят долларов за доставку, – с ужасом пролепетала Серафима.
– А где ваши спутники?
– Ушли за Думлером минут двадцать назад.
Водитель вновь разразился эмоциональной тирадой, периодически указывая на часы.
– Ему нужно ехать. Его накажут за задержку, – мило улыбаясь, перевёл швейцар.
Варианта было два. Вслед за алтайскими мальчиками уйти на поиски герра Думлера или…
– Вы сказали пятьдесят долларов? – уточнил я и достал бумажник.
Серафима одарила меня восхищённо-благодарным взглядом…
– Ты просила колу
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
