Виталий Крынин – Избранник Тота (страница 7)

Эрик наклонился ближе, чтобы рассмотреть детали. На секунду, ему показалось, что глаза бога начали слегка мерцать, как будто под тонким слоем камня что-то оживало. Он моргнул, убеждая себя, что это игра света. Но в тот же миг он заметил, как голова бога будто едва-едва повернулась в его сторону.

Эрик резко выпрямился, его сердце застучало быстрее.

– Мне это показалось, – сказал он, но в груди нарастало странное чувство, которое он не мог объяснить.

И тут он услышал:

– Эрик!

Голос был тихим, почти шёпотом, но казался слишком отчётливым, чтобы быть плодом его воображения. Он резко обернулся, но позади него никого не было, лишь безмолвные стены и пыльный пустынный ветер, поднимающийся от входа.

Он снова посмотрел на изображение бога. Каменная фигура была неподвижна, как и прежде, но внутри него уже поселилось нечто странное. Он отошёл от стены и направился дальше, стараясь уйти от этого места.

На краю территории он заметил ряды древних гробниц, которые, в отличие от пирамид, были гораздо менее известными. Их входы, закрытые решётками, казались тёмными и таинственными. Эрик захотел подойти поближе, чтобы заглянуть внутрь одной из них. Но в тот же момент вспомнил то что произошло с ним две минуты назад.

– “Наверное мне голову напекло”, – подумал он, дотрагиваясь рукой, до своей горячей от солнца головы. – “Ну конечно, додумался же, ехать без головного убора.“

Прогуливаясь обратно, он увидел верблюдов, стоящих в стороне с местными погонщиками. Мужчина в длинном белом халате махнул ему рукой, приглашая на прогулку верхом. Эрик, улыбнувшись, отказался, но на мгновение задумался, как бы это было – смотреть на пирамиды с высоты верблюда, словно древний путешественник.

Его прогулка завершилась у небольшой лавки, где он купил бутылку холодной воды и на минуту сел отдохнуть, глядя на пирамиды. Перед тем как выпить хотя бы глоток, он приложил холодную бутылку к голове, и почувствовал такое блаженство, что едва не начал скатываться вниз, будто тающий пломбир под открытым солнцем.

Это место казалось ему необъятным, наполненным тайнами, которые невозможно разгадать за одно посещение.

После возвращения в номер отеля, Эрик решил что сейчас самое время отдохнуть. Прогулка по Гизе, хотя и оказалась невероятно захватывающей, оставила после себя приятную усталость, смешанную с ощущением какого-то странного, едва уловимого напряжения.

Он направился в душ. Прохладная вода стекала по его коже, смывая не только мельчайшие крупинки песка, которые, казалось, проникли в каждую складку его одежды, но и остатки дневной жары, всё ещё пульсирующей в его теле.

Выйдя из душа, он остановился у окна, где вечернее солнце уже окрасило горизонт в глубокие оттенки золотого и багрового. Эрик смотрел на это молчаливое зрелище, обдумывая всё, что произошло за день. Его мысли то и дело возвращались к храму и тому моменту, когда, казалось, что-то ожило прямо на его глазах. Вспомнив шёпот, он едва заметно нахмурился, но тут же заставил себя отогнать это чувство, списав всё на усталость и воображение.

– "Перегрелся", – подумал он, закрывая шторы. – "Определенно".

Но странное ощущение связи с чем-то большим, чем он мог понять, не отпускало его.

Эрик сел на кровать, взял бутылку воды и медленно отпил, прислушиваясь к шуму кондиционера. Он пытался сосредоточиться на простых вещах: маршруте и планах на завтра.

– Долина царей, – тихо произнёс он, словно проверяя, как эти слова звучат вслух. – Вот куда я отправлюсь.

Мысль уже обосновалась в его голове, и Эрик знал, что откладывать её больше не имеет смысла. Он открыл карту на телефоне, начал строить маршрут и вдруг остановился, заметив время в пути. Его глаза невольно округлились от удивления. Он ожидал увидеть два или три часа дороги, но никак не девять. Это было больше, чем он предполагал.

Эрик углубился в поиски вариантов. Самолёт выглядел самым быстрым решением, но стоил слишком дорого. Поезд и автобус предлагали более доступные цены, но требовали одиннадцать – двенадцать часов в пути. Такси, казалось, могло бы сократить время до восьми часов, но цена за такой комфорт была совершенно неподъёмной.

Он отложил телефон и задумался. Торопиться некуда, решил он. Ночной рейс, пусть даже медленный, позволит выспаться в дороге и к утру оказаться на месте. Этот план казался наиболее разумным. Эрик кивнул сам себе, ощущая, как усталость всё сильнее накрывает его.

Эрик медленно вытянул руки и плавно упал на кровать. Мягкая, прохладная поверхность моментально окутала его, и тело, будто слившись с матрасом, расслабилось.

– “Какое блаженство”, – мелькнула мысль, пока он лежал, раскинувшись, чувствуя, как тяжесть дня уходит вместе с каждым выдохом.

Он наслаждался этим моментом, не желая шевелиться, чтобы не разрушить хрупкую гармонию. Даже несмотря на то, что его ноги свисали с края кровати, а подушка оказалась не в том месте, ему казалось, что всё идеально. Тепло, покой и уют.

Сон пришёл быстро и без усилий, унося его в объятия спокойной ночи.

Он ощутил, как тело словно подхватили невидимые потоки воздуха, унося его в лёгкость и покой. Теперь он лежал на пушистом облаке, которое обнимало его мягче любого матраса. Вокруг простиралось бескрайнее голубое небо, а солнечные лучи грели его лицо, вызывая ощущение умиротворения. Эрик глубоко вдохнул, наслаждаясь этим волшебным моментом, где не было ни забот, ни времени.

Облако под ним слегка колыхнулось, словно качаясь на невидимых волнах. Всё казалось таким лёгким, таким идеальным. Где-то вдалеке послышались звуки, напоминающие смех, и он повернул голову, пытаясь найти их источник. Но вместо этого перед его глазами начали появляться образы: золотые пески пустыни, величественные пирамиды, сияющее солнце над горизонтом. Это было похоже на воспоминание, но не его собственное.

Внезапно всё изменилось. Тепло исчезло, небо потемнело, и облако под ним исчезло, словно его и не было. Эрик начал падать. Он хотел закричать, но был не в силах сделать это, звук застрял где-то в горле. Он разрезал невидимые слои воздуха, не видя земли. И вдруг, неожиданно, он перестал падать. Эрик оказался стоящим в безмолвной пустыне. Ветер дул, принося с собой песок, который, казалось, шептал что-то едва различимое. Он оглянулся, и его сердце сжалось от странного ощущения: он не был один.

Из темноты медленно возник высокий силуэт с головой ибиса. Это был тот самый бог, чьё изображение Эрик видел на стене храма. Он был гораздо выше человека, возвышаясь над Эриком, словно статуя. Его глаза, яркие и холодные, пронзали насквозь, будто читали каждую его мысль. В руке он держал длинный скипетр, на который едва опирался, словно этот жест был больше символическим, чем необходимым.

Фигура казалась одновременно величественной и пугающей. Он смотрел прямо на Эрика, не произнося ни единого слова. Его одежда, напоминающая древние царские одеяния, едва заметно колыхалась под слабым, но ощутимым ветром. Этот взгляд – глубокий, пронизывающий – заставил Эрика застыть на месте, словно он оказался не в состоянии даже сделать шаг.

Неожиданно бог повернулся, развернувшись к Эрику спиной. Его движения были медленными, но наполненными какой-то неоспоримой силой. Он шагнул вперёд, не говоря ни слова, словно приглашая следовать за ним.

Эрик посмотрел вокруг. Пустыня тянулась во все стороны, теряясь в бесконечности. Горячий песок был освещён лишь слабым светом полной луны. На горизонте – только тёмное небо, сливающееся с песками. Никаких ориентиров, никаких признаков жизни. Лишь этот силуэт, уходящий вдаль, и тишина, которая с каждой секундой становилась всё более оглушающей.

Бог продолжал идти вперёд, не оборачиваясь, и Эрик, словно зачарованный, следовал за ним. Его шаги были медленными, но каждый оставлял за собой странные вихри песка, будто пустыня оживала под его ногами. Вокруг царила тишина, нарушаемая только шорохом ветра, который теперь казался голосом, что шептал слова, ускользающие от понимания.

Вдруг, словно по мановению невидимой руки, прямо перед ними начала вырастать гигантская тёмная фигура. Из пустоты появился храм, величественный и таинственный, с колоннами, которые, казалось, уходили в небо. Он не был похож ни на что, что Эрик видел раньше. Его стены были покрыты древними иероглифами, которые светились мягким золотым светом, словно вспыхивали изнутри.

Эрик замер, заворожённый видом величественного сооружения.

Бог с головой ибиса указал своим скипетром на массивные двери, а затем шагнул в сторону, исчезнув так же внезапно, как и появился. Эрик сделал шаг вперёд, чувствуя, как его сердце колотится в груди. Он медленно толкнул тяжёлую каменную дверь, которая с тихим гулом начала открываться.

Внутри его встретил огромный зал, освещённый мягким, тёплым светом, который, казалось, исходил прямо из стен. В центре зала, на коленях, стоял человек в царственном облачении. Его спина была прямой, а на плечах лежала красочно украшенная накидка. Эрик сразу понял, что перед ним не кто иной, как сам Фараон Древнего Египта.

Он, казалось, не замечал присутствия Эрика. Он был погружён в молитву. Перед ним стоял небольшой алтарь, на котором покоилась статуэтка всё того же бога, который держал в одной руке свиток, а в другой – жезл. Голос фараона звучал уверенно и мощно. Он произносил слова на языке, который Эрик не понимал, но ощущал, что это был призыв или прошение. Вся сцена казалась нереальной, но от неё исходила необъяснимая энергия, которая пробирала Эрика до глубины души.