Виталий Кленов – Дина (страница 12)

– Ты понимаешь, Толь… Ну, это самое… Я не по мальчикам. Понимаешь, да?

– Ты че, лесбиянка, што ли? Ни фига себе!

– Ну че сразу лесбиянка-то? Я, может, только хочу попробовать «это самое»! – Дина тоже потерла указательными пальцами. – Вдруг фартанет! Тебе ведь тоже девушки нравятся!

Толик недолго выглядел растерянным и тут же нашелся:

– Короче, если че, я тоже готов!

Этот диалог начал Дину забавлять. Толик был настолько неотесанным, наивным и искренним, что ее так и распирало подыграть ему. Да и роль, которую она выбрала для защиты, ей нравилась.

– В каком смысле? – спросила она, делая вид, что не поняла намека.

– Ну, это самое… В смысле, присоединиться к вам.

– Тройничок замутить?

Толик улыбнулся и многозначительно повел бровями.

– Классно было бы, да?

– Ну посмотрим, это же не от одной меня зависит. Понимаешь, да?

Хорошо, что лететь до Сочи было не так долго. Вот если бы они направлялись в Таиланд, Дина вряд ли бы вынесла такое испытание, и тогда после прибытия кого-нибудь из них точно пришлось бы увозить на скорой.

К счастью, вскоре самолет благополучно приземлился и все засобирались на выход. Первым встал Толик и достал с полки сумку.

– Это твой чемоданчик здесь лежит? Давай помогу! – решил он впечатлить Дину еще и галантностью.

– Помоги, – согласилась она и встала с кресла. – Там еще кожаная сумка есть.

И только сейчас Толик заметил ее живот. Похоже, ему стало неловко. Он тут же покраснел и стал смущенно смотреть по сторонам.

– Ты… это! В общем! Прости, што ли? Ну, сама понимаешь! – принес он свои извинения. – Давай я тебе чемоданчик донесу. Ладно?

– Давай. Будет клево!

Толик как-то странно посмотрел на нее и криво улыбнулся.

***

В гостинице почти никого не было: не сезон. В холле играли в шахматы двое пенсионеров, и, пока девушка за стойкой оформляла документы Дины, мимо прошла всего одна семейная пара. Обстановка была как раз что надо – спокойная, размеренная.

Девушка задумчиво посмотрела на Дину, сразу обратив внимание на ее положение, и сказала:

– Вы знаете, я хотела бы предложить вам другой номер. Он немного дороже, но, думаю, руководство будет не против предоставить вам его без доплаты. Сезон уже закончился, а вам там будет намного удобнее. Правда, он находится на третьем этаже, но у нас есть лифт, – девушка указала в сторону ниши рядом с лестницей, – и вообще на третьем этаже только два номера. Утром в соседний вселилась женщина. На вид очень приличная.

– Вы знаете, это необязательно. Я не привередливая, – сказала Дина.

Она в эту минуту почему-то подумала о Филиппе, и ей вдруг стало совестно.

– Пойдемте, я сначала вам его покажу, а там уж решите, – предложила девушка.

– Ну хорошо, – согласилась Дина, подумав, что за просмотр денег не берут.

Поднявшись на лифте, они столкнулись с той самой женщиной, снимавшей соседний номер. Она как раз закрывала свою дверь и собиралась на прогулку. Дине стало неприятно, что женщина так оценивающе рассмотрела ее и, еле заметно кивнув в ответ на приветствие, прошла мимо них в кабинку лифта.

Девушка распахнула дверь номера и пропустила гостью вперед. Дина в свое время останавливалась в самых дорогих отелях и не понаслышке знала, что такое роскошь. Но номер ей понравился. Он не был шикарным – никаких просторных кроватей на пьедестале и двухместных мраморных джакузи, – но в нем все оказалось продумано до мелочей и создана атмосфера домашнего уюта. В одной комнате находилась спальня, в другой – диван с телевизором, небольшая кухонная зона с чайником и холодильником. Все в простом классическом стиле. Но главное, что в санузле был не только душ, но и отдельно стоящая у полукруглого окна ванна. Было бы приятно набрать в нее воды с пеной и полежать с книгой в руках! Все-таки она приехала сюда не на неделю.

Дина посмотрела на девушку.

– Замечательный номер! Вы думаете, руководство согласится?

– Хозяин гостиницы мой муж. Так что если вам нравится, то, считайте, номер ваш! Я распоряжусь, чтобы подняли багаж…

Алтай. Сентябрь

Каждое утро Ивана начиналось с занятий на брусьях, которые ему соорудил Валентин. Вначале казалось, что эти упражнения ничего не дадут, но со временем у него стало получаться немного опираться на ноги. Выглядело это следующим образом: Иван перемещался по брусьям с помощью рук, пытаясь, насколько это было возможно, перераспределять на ноги часть собственного веса. И вот здесь были подвижки! Ивану казалось, что он стал чувствовать в ногах напряжение, а это было уже кое-что.

После таких занятий сил у него почти не оставалось, и Валентин относил уставшего парня на настил возле дома, где Иван больше всего любил проводить время. Ему нравилось лежать под открытым небом и рисовать. Когда они только начали заниматься, Валентин подарил ему толстую тетрадь и карандаш, чтобы Иван вел дневник наблюдений о своем состоянии. Но это не пришлось ему по душе. Пытаясь себя хоть чем-то занять, Иван пробовал писать стихи – не получилось, а вот рисовать с каждым днем у него выходило все лучше и лучше. И когда он лежал на настиле, то рисовал все, что видел вокруг, – горы, кедры, клубящийся над банькой дым, морду Алтына…

Вечерами к Ивану приходил дедушка Тайбулы и лечил его своим методом. Здесь в последнее время тоже произошли изменения. Во-первых, старик теперь не вспоминал про «тырявая боцька», а во-вторых, к Ивану стали приходить видения. Странные, необычные видения, в которых он летал…

Иван хорошо помнил тот момент, с которого все началось. Во впервые возникшем видении ему представлялось, будто он шел между необыкновенно красивых гор. Со всех сторон его окружало множество незнакомых людей, и все они вместе с ним двигались в одном направлении и любовались удивительным солнечным явлением: все небо, до самого горизонта, переливалось волшебными золотистыми, красными, розовыми, голубыми красками, напоминавшими северное сияние, радугу и закатное солнце одновременно. Эта картина вызывала у всех неописуемый восторг, люди подходили к краю пропасти и, не задумываясь, с экстазом во взглядах, шагали вперед. Иван же, приблизившись к обрыву, чуть наклонился и посмотрел в пропасть – она оказалась такой глубокой, что внизу ничего невозможно было разглядеть. В голове моментально пронеслась мысль: «Если я сейчас шагну вперед, то упаду и разобьюсь», но непонятно откуда взявшийся внутренний голос громко и уверенно все ему объяснил: «А не надо падать! Надо лететь!»

Иван сразу проснулся. Вначале он подумал, что виной всему травка, которую жег дедушка Тайбулы в своем горшочке, но со временем стал все больше склоняться к тому, что это слишком простое объяснение. С тех пор он почти каждый раз летал во сне, а точнее метался, потому что эти полеты были бесполезными, ведь в конечном итоге он так никуда и не прилетал.

Нельзя было сказать, что все происходящее с ним Иван воспринимал негативно. Ведь он не помнил другой жизни, у него не было никаких картин из прошлого, он ни по кому не скучал и ни о чем не грустил. Потихоньку первые депрессивные недели прошли, и теперь у него появилось желание встать на ноги.

За последнюю неделю он с помощью Валентина научился садиться на край кровати. Тело то ли не могло, то ли разучилось делать это самостоятельно, но благодаря терпению и настойчивости этого сильного и до конца не разгаданного человека, будто выполнявшего наложенную на него епитимию по уходу за немощными, Иван заново смог сесть. А теперь он уже научился садиться даже без помощи Валентина: просто подтягивался на тренажере, подвешенном над кроватью, и поворачивал тело так, чтобы ноги сваливались вниз сами.

Да и вообще у него теперь было много занятий: брусья, подтягивания, рисование и полеты во сне. Иногда, когда не спалось, он думал о Валентине и дедушке Тайбулы. У каждого из них была своя тайна. Валентин однажды признался, что вряд ли его можно считать хорошим человеком. Молчаливый дедушка Тайбулы вообще никогда ничем не делился и выглядел весьма недоброжелательным. Тем не менее оба помогали ему – какие же они плохие? Просто люди так устроены: все разные. Главное – как человек поступает, а не что говорит, даже о себе.

У реки пасся Алтын. Он фырчал ноздрями и изредка мотал головой, отмахиваясь от назойливых насекомых. Дедушка Тайбулы сидел на скамье и курил трубку.

– Вань, смотри, чего я тебе смастерил! – сказал Валентин, появляясь из-за угла.

В руках у него были самодельные костыли.

– Давай сейчас под тебя немного подгоним и проведем испытания.

Он приложил костыли Ивану под мышки и отчертил линию, по которую надо было отпилить лишнее. Через пару минут костыли были подогнаны под его рост.

– Готовсь!

Его подопечный, помогая себе руками, скинул ноги с лежанки и одновременно с этим ловко сел.

– Ну что, Малыш, полезай к папе-кенгуру!

Иван послушно обхватил Валентина за шею, и тот выпрямился вместе с повисшим на нем парнем.

– Потанцуем? – воспользовавшись ситуацией, издевательски предложил Иван.

Дедушка Тайбулы, сидевший рядом, поперхнулся и закашлялся дымом.

– А в бубен? – беззлобно отреагировал на его шутку Валентин и посмотрел на старика, но тот часто замахал рукой: мол, все нормально, продолжайте.

– Понял. Был не прав. Приношу свои извинения, – продолжил дурачиться Иван.

– На, держи!

Валентин засунул костыли ему под мышки и сказал: