Виталий Иволгинский – Её звали Делия (ещё одна отходная жанру ужасов) (страница 52)

— Эмм... — Гэлбрайт замер с открытым ртом.

— Нет, это была не беременность, это было нечто иное, — уверенно сказал Мэтт.

Гэлбрайт, которого замечание доктора немного успокоило, спросил его о том, что произошло дальше.

— А потом гинеколог сказал Морису, что они пока положат молодую леди в палату и начнут подготовку к операции по удалению... Чёрт, забыл этот медицинский термин... Но я помню, что, по словам Мориса, этому человеку никогда раньше не приходилось сталкивался с чем-либо подобным за всю свою карьеру.

— Довольно интересная история... — кивнул Гэлбрайт.

— Я ещё не закончил, — сказал Мэтт, — Морис, оставив гинекологу номер своего домашнего телефона, покинул больницу и отправился домой. Это было позавчера.

— Ладно, так что было дальше?

— А вчера ему позвонили поздно вечером — сказали, что уже всё посмотрели и ко всему подготовились, и поэтому завтра маленькой девочке проведут гистерэктомию.

— Что именно? — не понял инспектор.

Гэлбрайту показалось, что он уже встречал такое слово раньше, но забыл его значение.

— Удаление матки, — с мрачной торжественностью ответил Мэтт.

— Бог ты мой! — выкрикнув это, инспектор схватился за голову.

— Я тоже потрясен этим, как и ты, — начал успокаивать его доктор, — даже в двадцать восемь лет такая операция — уже серьезный шаг, а тут маленький ребёнок...

— Почему они решили это сделать? — Гэлбрайт с огнём в глазах вскочил со скамейки.

— Ладно, приятель, успокойся, — Мэтт попытался урезонить собеседника, но тот не унимался.

— Скажи мне, почему? — почти театрально воскликнул Гэлбрайт.

— Ну... Морис сказал мне, что эта штука — не помню термина — почти полностью вросла в эндометрий, и без полного удаления матки гинеколог не видел другого способа помочь молодой леди.

Взрыв отчаяния сменился унынием, и Гэлбрайт снова опустился на скамейку рядом с Мэттом.

— И сегодня утром Морису позвонили, дабы сообщить, что девочка, как бы это сказать... — доктор начал подыскивать слова.

— Не томи меня, пожалуйста... — пробормотал инспектор

— В общем, сотрудник детской больницы Рэндалла сказал Морису, что её пульс перестал прощупываться.

Наступила тишина, нарушаемая только шумным дыханием Мэтта. Гэлбрайт почувствовал, что его собственное сердце готово было выпрыгнуть из груди.

— Как звали того гинеколога, который проводил эту операцию? — спросил он через минуту.

В его голове начал складываться план дальнейших действий.

— Помню, Морис говорил, что это был... — начал вспоминать доктор.

— Имя, приятель, мне нужно имя! — заорал Гэлбрайт на розовощекого мужчину.

— Экой ты горячий... — Мэтт отстранился от него. — Итак, он сказал мне, что гинеколог представился ему доктором Бэйзлардом.

В следующее мгновение Гэлбрайт вскочил со скамейки и бросился в полицейское управление. Мэтт что-то крикнул ему вслед, но ветер в ушах помешал инспектору расслышать его слова. Оказавшись внутри самого здания, он притормозил и, ни с кем не здороваясь, поднялся на второй этаж в свой кабинет. Там он сел за стол и, придвинув телефон поближе к себе, набрал номер телефона справочной службы. Когда в трубке раздалось «Алло, я вас слушаю», Гэлбрайт, стараясь придать своему голосу как можно более спокойные интонации, попросил продиктовать ему номер телефона руководства детской больницы Рэндалла. Ответ, который он получил, был «Подождите пару минут».

Инспектор положил трубку телефона рядом с аппаратом и начал искать бумагу. Когда он наконец положил перед собой чистый лист и достал ручку из ящика стола, в трубке раздалось «Пишите». Придерживая её плечом, Гэлбрайт схватил ручку и под диктовку записал на бумаге номер телефона больницы. Поблагодарив человека из справочной службы, он закончил разговор и, пробежав глазами по листку, набрал номер. Трубку сняли почти сразу.

— Вы позвонили в детскую больницу Рэндалла, — услышал Гэлбрайт мелодичный женский голос.

— Здравствуйте, не могли бы вы дать мне домашний адрес доктора Бэйзларда?

— Мы не разглашаем личную информацию своих... — начала было девушка, но инспектор перебил её.

— Я из полицейского управления Портленда, — сухо сказал он.