Виталий Храмов – Северная Башня (страница 25)
– Да? Ну, отдохни. А теперь я тебе расскажу про Северную Башню.
– Да? Очень интересно.
– Тогда не перебивай! Камень добыл он. Сам ничего тут не знает. Потому камень продавал его брат, кузнец. Опять забыла его имя. Предложил какому-нибудь из наших магов. У мага не хватило денег. Он стал занимать, и ты узнал про камень. Так?
– Ну, если одному из тех, на ком основана моя мощь как властителя, нужны деньги, это разве не повод для беспокойства? Так можно остаться и без магов, и без головы.
– А ты давно искал повод впихнуть в наши западные рубежи мешок золота так, чтобы остальные смотрители тебя не сожрали. Сколько?
– Две тысячи и немного угля сверху.
– Совсем даром. Ты и так бы их Вилу всучил при случае. Друг же. Наглец! От семьи оторвал! Мне ходить не в чем! Детей надо в Университет собирать! Будешь наказан!
– Слушаюсь, моя госпожа. Чуть позже.
– Ладно, сжалюсь, недостойный. А потом твоя старая раздоенная кляча едет к магу жизни, и маг в срочном порядке её принимает. Это сразу ставит много вопросов перед тайными службами всех, кому хватило ума их завести. Так ты заявил о себе в столице. У нас будет много завистников.
– А для чего я закупаю сталь, уголь и пестую знать, леплю из мальчиков воинов? Чтобы петухами по замку ходили? Нет, для боя они мне нужны. И у меня полон лен огненных магов.
– Ах ты, кобель! И ты смеешь свою похоть интересами властителя прикрывать?
– Кто бы говорил! Почему тебя Башня девочкой называет?
– Потому что я – девочка. Была. Когда-то. Он настолько старый, что я ему как дочь. А давай теперь я рабыня?
– А в чём сладость? И так вьются вокруг стайками эти… не знают, как на меня ноги закинуть.
– Я пленница, а ты палач.
– И что я должен узнать?
– А что ты хочешь узнать?
– Я и так всё знаю.
– А хочешь, я для тебя прямо сейчас девочкой узкой стану?
– Как? Где? Ах ты, сука! Тварь! Девка трактирная! Убью! Порву! Как козу драную!
– Нет! Нет! О, да-а-а! Да! О, да, мой огненный демон!
– Почему ты уже отправил караван? А я? А живчик?
– Ну, надеюсь, не умрёт глубокоуважаемый живчик ещё пару дней. Будет ещё караван. И детей на учёбу отвезёшь. Заодно.
– Милый, что с тобой? Ты не болен?
– Все вон! Быстро! Ты посмела усомниться в моём решении, тварь? На колени! Буду из тебя скверну изгонять!
– Я люблю тебя!
– Я люблю тебя больше!
– Гора, отстань! Я уже ходить не могу! Заполнил ты меня любовью до краёв!
– Лежи. Будешь знать, как хвостом крутить!
– Да что ты, как с цепи сорвался! Не могу я больше! Не-ет! Не туда!
– Крути хвостом!
– Господа, оставьте нас. Муж мой, я непраздна! Ну, доигрался? Как я к живчику поеду?
– Да и… хвост на него! Камень я к себе уже привязал. Разрешишься от бремени – съездишь.
– Тебе теперь придётся опять себе девку искать.
– Ну их! Достали. Может, старею? Ну, не влюбился же я в тебя снова? Нам сколько ещё можно? Хотя… ты у меня такая умелица стала.
– Вот ты похотливый бык! Но девку найди. Ты меня совсем изъездил!
– Не хочу! Только ты! Не до девок мне. Война. А пока… Иди сюда, тёлочка моя стельная. Поднимай хвост! Ух, и сладкая ты, любимая моя жена! И как я раньше тебя не раскушал?
– Да съел ты меня уже всю, без остатка! Не могу больше! Сбегу от тебя! Ой! Больно, бычара! Ты что так сразу и туда?
– К Северной Башне сбежишь? А, тварь? На тебе, на!
– Ой! Ай! Да!.. Зачем?!.. Он!.. Нужен!.. Мне?!.. Я!.. Тебя!.. Же!.. Люблю!.. Же!.. Что ты так рычишь? Всю стражу небось перепугал!
– Их напугаешь! Привыкли, поди. И к твоим крикам тоже. Крикливая ты стала.
– И была. Мне как раньше кричать? По истерикам соскучился?
– Нет, только так кричи!
– От наполненности любовью. А что это ты про Башню вспомнил?
– Пропал Башня.
– Как пропал?
– А что это ты так? Аж с… сорвалась?
– Не знаю. Но как не чужой будто стал он нам.
– Только не говори, что от него понесла!
– Как? Этот старик только и может, что в уши тра…
– Это как? Что-то новенькое? Так?!
– Вот ты дурашка… любимый мой! Какая я счастливая! Спасибо тебе, Башня! Ой! Ой! Ой! Мой демон! Любимый!
Глава 19
Ничего этого, конечно, я не знал. И знать не хотел. Ноги вытащил из этого капкана, и ладно! Мне хватало своих заморочек.
Началось всё с того, что приехали мы в Медную Гору дюжиной, при одной телеге, а обратно вели целый гужевой эшелон. Глаза Клема блестели, я в очередной раз восхитился хитростью Горы и очевидным несоответствием этого человека и пословицы про силу и ум. Потому что организовано всё было очень хорошо. То, что сам властитель не появился, ничего не значит. Хорошее управление – это когда его не видно. А результат виден.
В нужное время в нужном месте собрались все, кто должен был собраться. А это совсем не просто. Кто знает, поймёт. Груженые телеги разных гильдий и купцов, стража, маг, пятёрка клириков, ездовые, верховые. Из начальства нарисовался только Нирос, кинул взгляд, кивнул, ушёл. Не уехал, ушёл. И был он без мигалок и мотоциклов сопровождения. Непорядок. А движение кто перекрывать будет? А беречь драгоценное тело правой руки властителя? Бардак! О многом говорящий бардак. Например, о том, что правопорядок в городе такой, что шишки местные не заморачиваются собственным сопровождением взвода охраны.
Как я и говорил, выехали эшелоном. Стражи за сотню. Верховых, правда, только десяток Крапа, остальные пешие. И без брони. Только в фуфайках. Чтобы не замёрзли, наверное. Осень, говорят, не за горами. А в качестве локомотива – Лохматка с Клемом и повитухой. Старая уже бабка сорока двух лет, но прям совсем баба-яга. Меня сынком называет. Не стал её расстраивать. Ну, не виновата она, что тут такая скоротечная жизнь. А если моих седин не видит, то это её проблемы. А то ещё мои вещи спихнёт с телеги, придётся щит, шлем и копьё самому нести.
Хорошо в деревне летом! Милая пастораль с бесплодной пустыней за лесополосами. Суховей пыль гоняет. Ветры тут суровые. Резкие порывы носят целые облака пыли. А потом тихо. До следующего порыва ветра.
Птицы на голову не гадят. Мало их. Нечем им тут размножаться. Вернее, прокормиться. Да и при таком климате летать – экстремизм.
Бабка говорит, что ближе к столице земли богаче. Менее ядовитые. Соответственно более населенные. Но народ там живёт не так вольготно. Простолюдины более угнетены. Есть такой общественный класс, как смерды. Почти рабы. Хозяин их только убить не имеет права, а вот продать, купить, даже без земли – запросто. А где-то вообще далеко (не знаю, как её «далеко» соотносится с моим ощущением пространства) рабство процветает в открытую. В южных княжествах, за водоразделом, в царствах тьмы (есть, оказывается, такие), в землях за Гиблым морем. Но что именно происходит за этим самым Гиблым морем, известно мало. Потому как разбитые легионы демонов пришли оттуда. И все остались на поле битвы, куда упал чудовищных размеров астероид, образовав Гиблое море. Или море Погибели.
А тут народ живёт вольготнее. Лорды не сильно притесняют, даже безродные носят оружие. Потому как порождения тьмы могут выскочить из-за любого куста, из любой ямы. А не понравилось человеку житуха у этого лорда – можно свалить к соседу. А беспонтовый лорд останется на бобах и рано или поздно потеряет свои владения. Справедливо – выживает сильнейший. Закон силы в действии. Потому край этот и зовут Пограничьем. Порубежьем. Потому что дальше – только скверна.