Виталий Хонихоев – Сяо Тай и Божества Северного Ковша (страница 33)

— Меня немного удивило то, что Преисподняя вовсе не такая уж и большая. — откликнулась Сяо Тай: — когда я там была, то заметила, что у нее есть границы. Мо Ван говорил, что в пределах Преисподней все во власти Господина Ямы, однако это не так. Существуют общие законы для всех Трех Миров… например гравитация. Скорость распространения света и звуковых волн. Все Три Мира по сути своей одинаковы, если бы я создавала Ад и Рай, я бы избежала шаблонов, но бедная Лилинг, несмотря на мою максиму все еще осталась простой деревенской девчонкой в душе и создала Преисподнюю и Небеса так как она всегда их представляла. Как говорится можно вывезти девушку из деревни, но нельзя вывести деревню из девушки… когда я говорила о том, что ничто не истинно, я имела в виду в первую очередь границы своего воображения, я хотела, чтобы она — преодолела вот эти невидимые ограничения в собственной голове, а не захватывала Поднебесную. Дело не во внешних границах, а во внутренних… — она качает головой: — но конечно меня не было с ней рядом, некому было направить и подсказать в нужный момент.

— То о чем ты говоришь — ересь. Чушь. Этого не может быть, потому что не может быть никогда. — твердо заявляет Матушка Доу Мо: — как ты объяснишь величие и бесконечность Небес? Если ты сама утверждаешь, что магия твоего Жемчужного Озера действует лишь в пределах этого самого озера на земле? В пределах города ты говоришь… или ты утверждаешь, что это озеро — выросло до размеров Трех Миров?

— Не думаю. — качает головой Сяо Тай: — насколько я поняла, Жемчужное Озеро довольно статично. Если бы его можно было бы растягивать… все было бы немного по-другому. Но… позволь мне задать тебе вопрос, Матушка Доу Мо, Верховное Божество Северного Ковша — когда ты в последний раз посещала южные регионы Поднебесной?

— Что?

— Там бесчинствуют пираты, знаешь ли. Власть Императора там на волоске висит, да и Нефритовому Императору там не служат… дикие места. Так, когда в последний раз ты являла свой лик в Поднебесной и хоть раз… хоть раз ты делала это вне Славного Города Лань?

— О чем ты, воробушек? Что ты хочешь этим сказать?

— Восемь Бессмертных Даосов — это обычные люди, владеющие магией. Талантливые, одни из лучших, но в основе своей — люди. Интересно так же то, что и госпожа Цзю Мэй, которую ты послала за мной, пусть и невероятно сильная во владении своей Ци, владеющая техникой Идеального Разреза, но — человек. Уверенная в том, что она теперь божество, обласканная Небесным Дворцом, гуанем «Владыка Северной Звезды», но — человек. А вот ты, Матушка Доу Мо, всесильная в пределах своего Небесного Дворца — когда в последний раз была внизу, в обычном мире? И… хоть раз была ли ты за пределами Славного Города Лань, вне пределов магии Жемчужного Озера?

— Смешно! — по полноватым губам цвета алой крови скользнула легкая улыбка: — воробушек, ты разговариваешь с Божеством. Я побывала везде, я покоряла ракшасов на Юге, сражалась с дэвами и ледяными змеями на Севере, привела к покорности языческих богов западных племен и…

— Нет, нет, нет! — перебивает ее Сяо Тай: — я не говорила «бывала ли ты там вообще». Я имела в виду — за последние сто лет. Все что было раньше — может быть лишь воспоминаниями, вложенными тебе в голову.

— У меня было слишком много дел. — откликается Матушка Доу Мо: — за последние сто лет ничего особенного не происходило.

— В качестве доказательства я могу предложить тебе навестить Дракона Южного Моря прямо сейчас. — пожимает плечами Сяо Тай: — не уверена, что таковой вообще существует, но хотя бы на море сгонять… у тебя не получится. Не будет желания. Не будет возможности. Однако я уже поняла, что создания Жемчужного Озера — действительно разумны и могут обладать критичным мышлением. Вот ты, например… если у тебя получится сейчас слетать к Южному морю, к портам Макао… я признаю, что неправа. Поклонюсь тебе, признаю Волю Небес и стану твоей фрейлиной… или кем тут еще? Буду подогретое вино тебе с утра подавать. А?

— Я в любой момент могу появится в любом месте в Поднебесной! — выпрямляется Матушка Доу Мо: — таково мое умение. Для меня не существует расстояний.

— Именно поэтому я и говорю с тобой. — кивает Сяо Тай: — ты самая верная кандидатура. Давай, попробуй.

Матушка Доу Мо поднимается со своего места, и воздух вокруг нее начинает дрожать от концентрации божественной силы. Ее пальцы чертят в воздухе сложный узор, и пространство перед ней начинает искажаться, словно поверхность воды, в которую бросили камень.

— Смотри же, воробушек, как легко божество может переместиться куда угодно! — ее голос звучит торжественно, но в нем уже проскальзывает нотка напряжения.

Портал раскрывается медленно, словно нехотя. Сквозь овальное окно в пространстве видны белоснежные пески южного побережья, бирюзовые волны лениво накатывают на берег, чайки кружат в небе. Соленый морской ветер врывается в павильон, принося с собой запах водорослей и далеких странствий.

— Вот видишь? — Матушка Доу Мо делает шаг к порталу, но ее движение странно замедляется. — Я просто… мне нужно сначала закончить с тобой. Невежливо будет оставить гостью одну.

Она протягивает руку к мерцающей границе портала, и ее пальцы останавливаются в нескольких сантиметрах от поверхности. Рука дрожит от напряжения, словно упирается в невидимую стену.

— Это… это неважно. Зачем мне туда идти? Там нет ничего интересного. Песок, вода, примитивные рыбаки… — ее голос становится все менее уверенным.

Сяо Тай молча наблюдает, как Матушка Доу Мо пытается заставить себя сделать еще один шаг. Лицо божества покрывается испариной, идеальная прическа начинает растрепываться от усилий.

— Я не хочу! — почти выкрикивает она, но тут же осекается. — Нет, я… я могу, просто…

Она делает еще одну попытку, на этот раз обеими руками пытаясь пробить невидимый барьер. Ее божественная аура вспыхивает ярче, золотые украшения звенят от напряжения, но все тщетно. Портал мерцает прямо перед ней, показывая недостижимый южный берег.

— Что происходит? — шепчет Матушка Доу Мо, и в ее голосе впервые звучит настоящий страх. — Почему я не могу… Это мое право! Моя власть! Я — Верховное Божество Северного Ковша! Я…

Она отшатывается от портала, тяжело дыша. Ее взгляд мечется между Сяо Тай и все еще открытым окном в пространстве, через которое виден манящий морской пейзаж.

— Это какое-то колдовство, — ее голос срывается. — Ты что-то сделала! Это твоя магия мешает мне!

Но даже произнося эти слова, она понимает их ложность. В глазах божества появляется растерянность, переходящая в панику. Она снова и снова пытается шагнуть в портал, каждый раз останавливаясь на той же невидимой границе.

— Я всегда была здесь, — внезапно произносит она, словно только что осознав эту истину. — Всегда… в Небесном Дворце, в пределах… — она осекается, не в силах произнести «города Лань».

Матушка Доу Мо медленно опускается обратно в свое кресло. Портал за ее спиной начинает дрожать и постепенно схлопывается, оставляя лишь легкий запах моря и несколько песчинок на нефритовом полу.

— Что я такое? — едва слышно спрашивает она, глядя на свои дрожащие руки. — Если я не могу покинуть это место, если все мои воспоминания о странствиях — лишь… лишь…

Она поднимает взгляд на Сяо Тай, и в ее глазах плещется бездна экзистенциального ужаса.

— Кто же я такая на самом деле? Дурга!

— Теперь ты понимаешь, почему я хочу встретиться с Нефритовым Императором… — вздыхает Сяо Тай: — пожалуй все это зашло слишком далеко…

Глава 20

Глава 20

Тронный зал Небесного Дворца простирается подобно бескрайнему звёздному своду, воплощённому в архитектуре. Колонны из тёмно-синего нефрита, усыпанные мерцающими жемчужинами, уходят ввысь и теряются в серебристой дымке, где плавно кружатся созвездия. Пол выложен полированным обсидианом такой глубины, что в нём отражается не только сам зал, но и далёкие небесные сферы.

Стены украшены движущимися фресками из лунного камня, изображающими вращение Северного Ковша вокруг Полярной звезды. По периметру зала струится мягкий свет от парящих хрустальных сфер, наполненных звёздной эссенцией. Воздух пронизан тончайшим ароматом ночных цветов и прохладной свежестью космических ветров.

В самом сердце этого величественного пространства стоит одинокий стол из белого нефрита, инкрустированный серебряными созвездиями. За ним восседают две фигуры.

— Поразительно, какой китч. — говорит невысокая девушка с темными глазами, оглядываясь вокруг: — видишь, как все нарочито роскошно? К сожалению, люди не обладают достаточной фантазией для того, чтобы придумать что-то, чего они раньше не видели. Мои знакомые, девочки из семьи Су, обычные девчонки из рыбацкой деревеньки в своей жизни не видели ничего роскошнее лодки из дерева, покрашенного в красный цвет, не ели ничего слаще чем сладкий тростник и не созерцали зданий величественней чем хижина старосты в их деревне. С их точки зрения божества каждый день спали бы на перинах, набитых пухом, на кроватях из крашенного дерева, ели бы сладкую свинину и пили теплое вино, разбавленное водой. Для моей младшей сестренки, которая видела и серебро, и нефрит, и шелк, божества должны жить вот в такой роскоши как у тебя во дворце…