Виталий Хонихоев – Башни Латераны (страница 10)

Утро. Нужно вставать. Нужно идти в трактир. Ему еще повезло что старый Клаус его семью знает и на работу взял, а так — что бы они сейчас ели? Матушка целыми днями у постели отца, когда ей работать? Да и не сможет она в таком состоянии… хорошо хоть Мильда забылась, заснула под утро, а то тоже маялась. Осторожно, чтобы не разбудить сестру, — он накинул рабочую одежду и собрался уже было выходить, но его окликнула матушка. Попросила, чтобы он хлеба домой купил и мяса кусочек в трактире достал — бульона сварить. Может еще сыра овечьего, потому что закончился у них сыр. Лео кивнул. Вильгельм был строг и суров, никакого спуску ему не давал, но кусочек мяса у него он, наверное, мог выпросить. В крайнем случае — купить, потому что у мясника на рынке в мясном ряду нормальное мясо втридорога продадут, а вот в родной таверне не обманут.

Быстро управившись с утренним штурмом постояльцами кухни, натаскав воды и выкинув мусор — он выпросил у Вильгельма кусок мяса с косточкой для бульона. Повар не стал вставать в позу или читать нравоучения, видать Лео уже стал своим в «Трех Башнях», так что в ответ на просьбу он молча рубанул топором по деревянной колоде и подвинул отрубленный кусок плоскостью стального лезвия к нему.

— Возьми. С косточкой. Со спины кусок самое то будет. — сказал повар, поднимая топор снова: — тут и кость хорошая, и мясо мягкое. Слыхал — жаркое на косточке готовят? Это для благородных дейнов самое то… — он хэкнул, с силой опустив топор вниз, отрубая следующий кусок: — для супа чуть хуже. Тебе бы говядинки постной, да нету у нас нынче, только свинина. На следующей неделе обещали четверть телки молодой привезти, тогда приходи, отрублю кусок.

— Благодарю, дейн Вильгельм, — Лео поспешил завернуть кусок мяса в пергаментную бумагу и перевязать бечевкой для удобства и сохранности: — а во сколько это мне обойдется? Сейчас денег у меня не то чтобы много, но из моих заработанных можно…

— А ни во сколько. — хмыкнул повар, придержав топор внизу и многозначительно посмотрел на Лео: — ты же свой теперь. Бери свой кусок мяса и дуй до дому пока завтрак кончился, а ужин ишо не начался. Эту стрекозу Маришку попроси, чтобы подменила за стойкой, неча ей лясы на улице точить. Беги, беги домой, матери своей мяса принеси, пусть батьке бульона сварит. — и Вильгельм похлопывает его по плечу своей рукой, больше похожей на толстый мясной окорок. На самом деле Лео догадывается почему Вильгельм так легко отдал ему кусок мяса… старый Клаус в последнее время не так уж и часто бывал на кухне, да и за стойкой появлялся только после обеда, ближе к вечеру, когда основной поток денежных клиентов шел, когда эль лился рекой в испущенные жаждой глотки посетителей, а серебрушки с медяками — капали в карман владельца таверны. С утра же и до обеда таверна была в полном распоряжении и управлении повара Вильгельма и пухленькой Маришки. Лео не раз замечал, что повар мог отложить себе в сумку какие-то продукты, особенно это касалось колбас и мяса. Маришка же довольствовалась тем, что таскала домой объедки со столов и то, что было приготовлено, но не куплено — остатки каши и зачерствевшие горбушки хлеба. Как-то раз один торговец цельного поросенка заказал, а поел чуть, так она домой всего порося считай и унесла. Владелец таверны, старый Клаус словно бы этого и не замечал, основной доход ему приносила торговля вином, светлым элем и темным пивом, да сдача комнат на втором этаже на постой. То ли он знал, что повар и Маришка его понемногу обносят и глаза на то закрывал, то ли не знал вовсе. Лео все это не очень сильно нравилось, в конце концов Клаус его на работу взял и по-доброму ему бы быть старику Клаусу благодарным за то, что дал такую возможность, особенно когда в семье больше зарабатывать некому. Однако же и выдавать повара или Маришку он не собирался, не его ума это дело, видать так тут заведено. Потому он и делал вид что ничего не замечает. Но после сегодняшнего… когда Вильгельм вот так просто выделил ему кусок мяса… Лео был уверен, что старый Клаус про это мясо не узнает. И опять-таки по-хорошему нужно было бы самому на рынке тогда мяса купить за свои деньги или там у Клауса вечером попросить… но хорошее мясо стоит дорого, может и по серебрушке за фунт. А у его семьи весь доход сейчас — его заработок в таверне, жалкие пять серебрушек в месяц, плюс питание. И это неплохо, вон Маришка почитай в два раза меньше получает, ему Клаус за экономию дров и скорость готовки платит, так сказать за Дар. Был бы он полноценный магикус…

Лео чувствовал себя странно. С одной стороны, так здорово что он кусок мяса бесплатно получил, что у него дома и бульон будет и на доходе это не сильно скажется, а тут еще Вильгельм намекнул что как говядина на следующей неделе придет — чтобы тот обратился и повар ему еще мяса отрубит. А с другой стороны, было слегка не по себе, как будто это он старого Клауса обманывает.

— Спасибо. — говорит он склонив голову и опустив взгляд вниз, в пол: — спасибо, дейн Вильгельм. Мне… батьке и правда очень суп нужен. Чтобы восстановиться.

— Оно конечно. — кивает толстяк, вытирая руки тряпицей, которая свешивается с пояса сбоку от его кожаного фартука: — суп первое дело если болеешь. Организму твердую пищу переварить трудно, а суп самое то. Маришка! — рявкает он и на кухне тотчас появляется пухленькая и веселая девица, имеющая крайне разбитной вид и помятую прическу.

— А ну хватит с солдатами миловаться! — командует повар: — посиди за стойкой с утра, пусть наш магикус домой сходит, мяса отнесет, чтобы мать его суп приготовила.

— Вот еще! — фыркает Маришка и кокетливо поправляет прическу, бросает быстрый взгляд на Лео: — вот ежели скажет что я — красотка, так и посижу. А так…

— Хватит из себя королевишну строить, стрекоза. Дело серьезное. Иди за стойку, а я на ужин жареху соображу, нынче вечером торговцы из Бедуйниц прибудут, опять все сметут…

— Как же помню. — подбоченивается Маришка: — такой там еще красавчик смуглый, из далеких земель на юге, где Мавритания и Королевство Оз. Все на меня глазами своими стрелял, пока этот придурок Бринк ему челюсть набок не свернул. Вот же пакость какая, вечно он все испортит! — она топает ногой и снисходительно смотрит на Лео: — ну так и быть, юный магикус, посижу я за стойкой, ступай, да только не задерживайся нигде! Мне еще вечером между столами порхать, а там порой не протолкнуться!

Лео благодарит Маришку и Вильгельма. Вот вроде и хорошие люди, думает он, а старину Клауса обманывают. А может и не обманывают. Может быть у них с ним уговор такой, мол вы с утра сидите и до обеда, а я только в обед выхожу, вот за то и распоряжайтесь кухней. Если что надо — берите. Вот они и берут. А значит и ему кусок мяса выдали не просто так… а считай, как оплату, да? В глубине души Лео подозревал что все не так, но сейчас он предпочел об этом не думать. Какая разница, главное, что он мяса добыл и не потратился, а то если бы на рынке покупал, то одну пятую от месячного заработка оставил бы… а как тогда семье из четырех человек прожить до конца месяца? Тем более что лекарства покупать надо, а если целителя приглашать, то и вовсе в копеечку все встанет. Нет у них денег на целителя…

Он выходит в зал, кивает головой старику Гракху, здоровается со знакомыми постояльцами и толкает дверь таверны. Наконец он на улице, а его плечо оттягивает его старая холщовая сумка с куском мяса, завернутым в пергаментную бумагу и стянутым тонкий бечевой. Он чувствовал гордость от того, что смог достать мяса, причем хороший кусок и при этом даже не потратил денег. Матушка будет довольна, подумал он, глядишь и отцу легче станет. А кусок порядочный, так что и Мильна сможет досыта мягкой свинины поесть, чем не праздник. И кстати, хлеба нужно купить и сыра. Ладно хлеба, хлеба можно в пекарне купить, а вот за сыром он на рынок сходит, благо по пути.

На рынке воздух был насыщен запахами и событиями, толчея, зазывающие выкрики торговцев, звонкий смех какой-то девицы слишком уж легко одетой, флиртующей с каким-то ландскнехтом в мягком берете с ярким изумрудным пером. Запахи специй и жаренного мяса, свежей выпечки и чего-то еще. Лео быстро расправился с покупками, когда вдруг заметил яркие, огненно-рыжие волосы и его сердце пропустило удар. С такими волосами в толпе могла светиться только она…

Он попытался свернуть вбок, спрятаться между рядами овощных прилавков, но она уже заметила его и помахала рукой, приветствуя. Он вынужденно взмахнул рукой ей в ответ, чувствуя неловкость за свою рабочую одежду и… запах. Он же весь пропах таверной, запахом прогорклого масла и смрадом пролитого эля, так сказать ароматом «Трех Башен». Тем временем она уже оказалась совсем рядом, легко ступая по камням городской мостовой.

— Лео! — её голос прозвучал неожиданно тепло, словно они виделись вчера. — Куда пропал? Сперва я думала, что ты в библиотеке ночуешь, а теперь тебя вообще не видно! Что случилось? Решил что слишком образован и все уже знаешь и так?

Лео опустил глаза, заёрзал на месте.

— Просто… Мне было нехорошо. Со здоровьем не очень… домашние дела, папа болеет… — выдавил он из себя.

— Ты бы хоть записку оставил! Или передал через кого-нибудь из наших, — мягко упрекнула она его: — про твои вопросы по энергетическим кругам Марта спрашивала, думала, ты ворчать придёшь что она все неверно поняла. Кстати! Она же Первый Круг Воды взяла! На целительский факультет переводится.